Давно он не стоял в створе.
Ворота – пространство высотой 2,44 метра и шириной 7,32 метра. Позиция голкипера подразумевает лишь одну задачу: не позволить мячу пересечь эту черту.
Дохён когда-то был вратарём.
Профессионалом его назвать было трудно…
Но если бы его спросили, грезил ли он футболом, он бы лишь слегка качнул головой. Юношеская страсть всё ещё жила в нём, запертая внутри этих ворот, которые теперь предстояло защищать.
Он на мгновение поднял взгляд на перекладину.
В воздухе проступило прозрачное число.
Ещё недавно там было 30. Показатель рухнул сразу на 11 пунктов.
«Всего лишь вратаря заменили, а цифры так просели…»
Неужели голкипер весит так много в общей силе команды? Вряд ли.
Ему вдруг захотелось записать свои мысли на смартфон.
Число над воротами явно имело сложную природу. Похоже, помимо мастерства игроков, оно учитывало и их моральный дух.
Стоило «синим» пасть духом, как цифры поползли вниз. И наоборот: взглянув на чужие ворота, он увидел, что значение там выросло до 20. Это стоило изучить.
«Только что было 14…»
Он внимательно следил за изменениями. Команда «белых» поднялась с 14 до 20. Состав не менялся, но причина была видна в их глазах.
Враждебные взгляды соперников буквально кричали:
— Мы заставим тебя пожалеть, что ты встал в ворота.
И следом…
— П-и-и-и-и-ик!
Словно разделяя настрой игроков, судья с каким-то мстительным азартом сжал в зубах свисток и выдал резкую трель.
Начался второй акт тренировочного матча.
Его ключевыми словами стали обида, месть и позор.
До сих пор Дохён видел две вещи: цифры над воротами и «красных» игроков.
Именно те, кто окрашивался в алый, забивали голы.
Как только он сам вышел на поле и увидел перед собой это свечение, он невольно проклял свою способность.
«Чёрт, чувствую себя приговорённым к смерти». — Подумал он.
В самом деле, каково это – заранее знать о неизбежном? Уж лучше бы он оставался в неведении.
Когда точно знаешь, что пропустишь, всё желание бороться пропадает. Тем не менее он заставил себя сосредоточиться и впился взглядом в противника.
Защитники «синих» работали спустя рукава, почти не мешая форвардам «белых». Те получили полную свободу действий – идеальный шанс для удара.
В итоге Ку Хёнмин, несменяемый страйкер ФК Сеул, нанёс прямой удар.
Дохён когда-то играл на полупрофессиональном уровне. Хотя с тех пор прошло много времени, он выжал из себя максимум, совершив животный прыжок.
Тщетно. Мяч вонзился точно в угол. Это был первый гол соперника и первый пропущенный мяч команды Дохёна.
Обиднее всего было то, что направление он угадал верно.
— Чёрт… — пробормотал он.
Мяч, всё ещё прыгающий в сетке, словно издевался над ним. Но Дохён лишь криво усмехнулся.
Он не мог просто так проиграть. Не для того он брался за управление клубом. В нём снова вспыхнула решимость.
Посмотрев на двух подошедших защитников, он с усмешкой произнёс:
— Эй… парни. Знаете, что такое произвол начальства?
— …?
— Простите, но если мы пропустим ещё хоть один, я вам этот самый произвол во всей красе продемонстрирую. Пофантазируйте на досуге, что я могу сделать. Я ведь скоро стану вашим президентом… а сезон вот-вот закончится.
Мелочно. Но на молодых игроков это подействовало.
Поскольку они не были игроками основного состава, угроза попала в цель. Дохён подобрал мяч и швырнул его партнёрам. Обернувшись к своим воротам, он увидел, что число изменилось.
20…
Теперь показатели команд сравнялись. Дохён догадался, что эти цифры отражают текущую боевую мощь. Значит ли это, что игра закончится вничью в равной борьбе?
Он слегка качнул головой, отгоняя эту мысль. И у тех, и у других по 20. Счет на табло – 3: Это означало, что они могут пропустить ещё дважды, прежде чем силы окончательно уравновесятся.
Подтверждение пришло мгновенно.
Один из противников вспыхнул красным. Тот самый нападающий, что только что забил. Девятый номер, Ку Хёнмин, снова засиял алым, многообещающе улыбаясь Дохёну.
Мяч был у другого игрока – левый вингер соперника стремительно прорывался по флангу. Но истинной целью был Хёнмин, влетающий в штрафную.
Зная наперёд, кто забьёт, Дохён не мог позволить этому случиться. Он заорал во всю глотку:
— Кройте девятого! Девятого! Вдвоём на него! Не оставляйте одного!
Подействовал ли «президентский гнев», но защитники бросились перекрывать форварда. Угроза Дохёна вынудила их действовать так, как подобает подчинённым в корейской иерархии.
В этот момент справа пошёл навес. Хёнмин и двое защитников «синих» одновременно взмыли в воздух. На лице нападающего промелькнуло удивление: он не ожидал такой плотной опеки. Его буквально зажали в тиски.
— …!
Дохён, готовый к любому развитию событий, широко распахнул глаза. Красное свечение вокруг Хёнмина погасло.
Такое случилось впервые. До этого момента каждый «красный» игрок неизменно забивал. Но стоило сиянию исчезнуть…
Бам!
Хёнмин сумел коснуться мяча головой, но тот пролетел мимо створа. Гола не случилось.
— А-а, как обидно… чёрт! — Выкрикнул форвард.
Его досада, граничащая с руганью, была вызвана улыбкой на лице Дохёна.
На самом деле Дохён смеялся не над ним. Его переполнял восторг от открытия: «красный» эффект можно нейтрализовать, если вовремя вмешаться. Тысячи позитивных мыслей закружились в голове.
Если заранее указывать, кого блокировать, можно свести пропущенные голы к минимуму. Дохён цокнул языком, сожалея лишь о том, что сам он не игрок.
«Ничего не поделаешь. Придётся искать способы применить это позже». — Решил он, и в его глазах снова вспыхнул интерес.
Он увидел красный цвет. На этот раз – у игрока своей команды.
Оглянувшись на ворота, он заметил, как цифры медленно ползут вверх.
«Двадцать один, значит…»
Показатель вырос на единицу. Дохён повернулся обратно, не переставая улыбаться. Красным светился худощавый парень девятнадцати лет.
Тот самый, которого Дохён силой впихнул в состав и который забил единственный гол «синих».
«Его зовут Сон Тхэхён, верно?»
Жаль, что он не изучил внимательнее документы, которые Сынбом дал ему в машине. В футболе не бывает, чтобы игрок внезапно «выстрелил» без причины. На то всегда есть основание.
Впрочем, об этом он подумает позже. Дохён ввёл мяч в игру через защитника и прокричал:
— Грузите на двадцать девятого! Всё через него, особенно у чужой штрафной!
Голос Дохёна гремел на всё поле. Соперники лишь насмешливо переглядывались. Требовать играть на конкретного игрока так открыто? Неужели он считает их за пустое место?
— Эй, да оставьте вы его. Посмотрим, как он забьёт. — Бросил кто-то из «белых».
— Ха-ха-ха!
— Гы-гы-гы!
Защитники соперника разразились смехом, отвечая на нелепые указания Дохёна. Но тот, не обращая внимания на насмешки, продолжал орать:
— Двадцать девятый! Готовься забивать! Беги быстрее! Ну же! Вижу, как ноги задвигались!
Не тренер и даже не профессиональный игрок – без пяти минут президент, временно вставший в рамку, раздавал сумасбродные команды. Но, что ещё удивительнее, защитник «синих» действительно отправил длинный заброс в сторону Тхэхёна.
Везение? Мяч летел долго и опустился прямо перед Сон Тхэхёном. Защитник «белых», расслабившись, упустил его.
Тюк.
Мяч ударился о газон и отскочил прямо под удар. Девятнадцатилетний юнец, словно желая отблагодарить Дохёна за доверие, пробил в касание.
Игрок вскинул руки в победном жесте. Дохён сделал то же самое.
Счет стал 4:2, а цифры над чужими воротами упали до 19. Дохён снова обернулся: над его собственным створом теперь красовалось число 23.
Богиня победы явно начала ему симпатизировать.
Кто дольше владеет мячом? В футболе это называют процентом владения, но, похоже, высокие цифры над воротами не всегда означали доминирование на поле.
«Белые» прочно завладели центром, смяли линию полузащиты и навалились на штрафную «синих». Счет 4:2 был для них неприемлем, и они обрушили на ворота Дохёна шквал атак, вкладывая в каждый удар всю свою ярость.
Но на этом всё и закончилось.
Раньше такой напор мог бы сломить дух команды, но не теперь. Цифра над воротами соперника замерла на 19, и никто из «белых» больше не светился красным.
Знать, что как бы они ни били, гола не будет – какое же это облегчение. Ещё недавно он считал эту способность проклятием, подобным смертному приговору…
Теперь она стала источником уверенности.
Даже когда девятый номер «белых», Ку Хёнмин, получил мяч на убойной позиции, Дохён не дрогнул. Благодаря операции Ласик его зрение стало острее, чем в лучшие годы карьеры. Он видел каждое движение форварда.
Зная, что гола не будет, было легко предугадать направление удара. Правша Хёнмин выбрал правый от вратаря угол.
Дохён бросился в ту же секунду. Он намертво зафиксировал мяч обеими руками – спокойствие и точный расчёт дали свой результат.
— Ого… — выдохнул кто-то в изумлении.
У всех присутствующих округлились глаза. И у игроков на поле, и у главного тренера Хо Пхильсу у бровки. Даже Сынбом, охваченный странным азартом, не выдержал:
— Президент, вперёд!
Конечно, Дохён показал неожиданный класс, но помогла и самоуверенность Хёнмина. Тот решил, что такой силы и точности хватит, чтобы прошить любителя.
Хёнмин был опытным страйкером. Несмотря на неудачи в Европе и спад формы, он всё ещё считал, что легко «разделает» вратаря-самоучку. Но когда его удар отразили…
На мгновение он впал в ступор. Дохён же, напротив, поймал кураж. То ли поддержка Сынбома подействовала, то ли просто концентрация достигла пика.
Второй сейв, затем третий…
Дохён проводил «матч всей жизни». Можно было подумать, что это не случайность, а истинное мастерство. Вратарю нужны реакция и умение читать игру. Считается, что голкипер реагирует глазами, но на самом деле первым отдаёт приказ мозг.
А ещё раньше включается инстинкт. Уверенность в том, что сегодня ему никто не забьёт, пробудила в нём этот вратарский инстинкт.
Видя череду блестящих спасений, Хо Пхильсу удивлённо приподнял бровь и спросил у Сынбома:
— Он когда-нибудь занимался футболом? Профессионально?
— Наш президент? Да, года три назад он был основным вратарём в К3-лиге.
Обновлено: 23.01.2026