Рёв автобуса стих, сменившись оглушительной, по сравнению с городом, тишиной. Дальше только шорох хвойного леса, далёкий крик птицы и свист горного ветра в скалах. Класс 1-А высыпал на грунтовую площадку перед большим, бревенчатым домиком, больше похожим на убежище, чем на учебный корпус.
После торгового центра и встречи с призраком прошлого в лице Шигараки, для Мидории эта внезапная смена декораций действовала как ушат холодной воды. Воздух был чистым, острым и пах смолой и влажной землёй.
— Ну что, детки! — оглушительный, жизнерадостный голос разорвал идиллию. Из двери домика выпрыгнула женщина в облегающем геройском костюме с ушками и хвостом. Пиксибоб скалилась во всю ширь, её энергия, казалось, заставляла вибрировать воздух. — Добро пожаловать в ад! Нет, не так. Добро пожаловать в летний тренировочный лагерь «Диких-диких кошечек»!
За ней вышли остальные. Мандали, спокойная и улыбчивая, наблюдала за ними тёплым, но проницательным взглядом. Тигр, громадный и молчаливый, скрестил руки на груди, его присутствие было ощутимо, как скала. Рэгдолл махала им с порога, её милое лицо светилось радостью.
— Здесь вас ждёт не бой с роботами и не тактические головоломки, — объявила Мандали, её голос, спокойный и мелодичный, прозвучал прямо в их умах благодаря её причуде. — Здесь вас ждёт работа. Та, с которой вы никогда не сталкивались. Спасение и выживание в дикой, непредсказуемой среде. Горы не прощают ошибок. И мы здесь не для того, чтобы вас баловать.
План был простым и пугающим. Первая часть дня — интенсивные физические тренировки на природе: бег по сложнейшему горному рельефу, преодоление естественных препятствий — рек, ущелий, обрывов — с минимальным использованием причуд, чтобы развить базовую выносливость и ловкость. Вторая часть — специальные занятия: учиться правильно эвакуировать «пострадавших» (в роли которых выступали тренировочные манекены или сами Кошечки) из-под завалов, с горных склонов, из бурных потоков.
Изуку слушал инструкции, его аналитический ум уже оценивал местность: переменная плотность грунта, коварные склоны, риск камнепадов. Это была новая задача на контроль, но теперь не в условиях хрупкого города, а в суровой, равнодушной природе. Ошибка здесь могла привести не к разрушению здания, а к сходу лавины или обвалу.
Тренировки начались, и они действительно оказались адскими для большинства учеников. Пиксибоб, используя свою причуду «Земляной поток», могла в любой момент поднять под ногами студентов стену земли, заставить грунт уйти из-под ног или создать яму. Она гоняла их по лесу, как кот — мышей, заставляя прыгать, карабкаться и думать на бегу.
— Не рассчитывай на свою причуду, зелёненький! — кричала она Изуку, когда он инстинктивно приготовился просто проломить возникший перед ним земляной вал. — Здесь сила — твой враг! Слишком сильно схватишь — сорвёшься. Слишком сильно ударишь — обрушишь склон! Работай ногами и головой!
Изуку перестроился. Он применял не грубую мощь, а точные, микроскопические импульсы для коррекции баланса, цеплялся за выступы пальцами с силой, достаточной для удержания, но не для разрушения камня. Он учился чувствовать гору.
Рэгдолл, с её способностью находить слабые места, постоянно подсказывала, как лучше распределить вес, куда поставить ногу на шатком склоне, за что ухватиться на каменной стене. Её советы были неоценимы.
Тигр, молчаливый и грозный, демонстрировал невероятные примеры гибкости и силы, вытаскивая «пострадавших» из самых немыслимых ловушек, созданных Пиксибоб. Он учил их экономить силы, использовать рычаги, работать в команде для перемещения тяжёлых грузов.
А Мандали… Мандали была их центром. Её телепатическая связь объединяла разрозненную группу, позволяя координировать действия без слов, что было критически важно в условиях, где крик мог спровоцировать обвал. Она мягко, но настойчиво направляла их, помогая преодолеть панику и страх высоты.
Для класса это была встряска иного рода. Не страх смерти от злодея, а усталость до изнеможения, борьба со стихией, осознание собственных физических и ментальных пределов. Здесь не было зрителей, не было славы. Была только тяжёлая, потная, грязная работа и суровые, но справедливые наставники, которые не давали сдаваться.
К вечеру, измождённые, но странно удовлетворённые, студенты валились с ног в большом общем зале домика. У них горели мышцы, были в ссадинах руки, но в глазах многих появился новый, твёрдый блеск — блеск преодоления.
Изуку сидел у камина, глядя на огонь. Его тело почти не устало, но разум был насыщен новыми данными. Он понял, что горы — это идеальный полигон для оттачивания «иглы». Здесь требовалась невероятная точность в каждом движении, иначе последствия могли быть катастрофическими не из-за его силы, а из-за сил природы, которые он мог ненароком высвободить.
Он смотрел на спящих уже одноклассников, на добродушно переругивающихся у стойки Кошечек, и чувствовал… не принадлежность, нет. Но некое уважение к этому месту и к этому труду. Здесь его сила не делала его изгоем. Здесь она была просто ещё одним инструментом, которым нужно было научиться пользоваться с ювелирной точностью, чтобы не нарушить хрупкое равновесие дикой природы. И в этой мысли была странная, суровая гармония.
Обновлено: 23.01.2026