Глава 19 — Глава 19. Это точно служанка?

Глава 19. Это точно служанка? Приведя в квартиру безжизненную, похожую на сомнамбулу Шиину Махиру, Лун Янь молча подошел к обувному шкафу. Он достал пару совершенно новых гостевых тапочек и поставил их перед ногами девушки. Ни слова не говоря, он отошел к дивану в гостиной и плюхнулся на него, ожидая, что она хотя бы разуется сама. Но время шло, а Шиина Махиру продолжала стоять в прихожей истуканом, опустив голову, словно окружающий мир перестал для нее существовать. — Махиру, переобувайся и проходи, — наконец не выдержал Лун Янь. Только тогда она шевельнулась. Медленно подняла голову, посмотрела на него пустым взглядом и механически, как автоответчик, произнесла: — Слушаюсь, господин Лун Янь. Она наклонилась, сменила обувь и, чеканя шаг как робот, вошла в гостиную. Встала посреди комнаты и снова замерла. Глядя на эту красивую куклу, выполняющую команды, Лун Янь почувствовал, как начинает болеть голова. Он, конечно, сомневался в мотивах своего отца, но знал одно наверняка: Лун Чжиюй, при всех его недостатках, никогда не довел бы девушку до такого состояния. Старик хотел навязать ему служанку, но превратить «Ангела» академии в живой труп? Нет, здесь явно поработали ее биологические родители. Те самые, что руководствовались лишь инстинктами размножения, забыв о родительском долге. — Махиру, что именно сказали тебе родители? — спросил Лун Янь, стараясь сделать голос как можно мягче, чтобы не напугать ее еще больше. После паузы, все с тем же отсутствующим выражением лица, она пересказала разговор с отцом. Когда Лун Янь услышал фразу Шиины Асахи о том, что она должна «подчиняться любым приказам и не сметь отказывать», его пробрал нервный смех. Если верить этому ублюдку, он отправил дочь не горничной работать. Это же… это же чистое сексуальное рабство! Разве может отец сказать такое своему ребенку? Неудивительно, что она сломалась. А что касается его собственного «Бати»… Неважно, хотел ли он просто найти сыну помощницу или пытался финансово его прижать, ответственность за состояние девушки лежит и на нем тоже. Лун Янь был уверен: отец навел справки о семье Шиина и прекрасно понимал, чем это обернется. Вспомнились последние слова отца перед тем, как тот бросил трубку: *«Если не хочешь — дело твое. Только вот девчонке идти некуда...»* Манипуляция чистой воды. Старый интриган все просчитал. — Черт… переиграл меня старик, — цокнул языком Лун Янь. В этот момент тишину нарушило громкое, протяжное урчание живота. Лун Янь удивленно поднял глаза. Махиру стояла все так же прямо, с каменным лицом, в режиме ожидания. Ни тени смущения, ни румянца. Будто это не ее желудок сейчас исполнил арию голодного кита. Тяжко вздохнув, Лун Янь скрипнул зубами. Придется принять этот «подарок» с подвохом от отца. — Ладно. Я принимаю вызов. В его взгляде, обращенном на Махиру, появилась решимость и… что-то еще. Сочувствие. …… Через некоторое время, повинуясь приказу Лун Яня, Махиру с тревогой вошла в ванную комнату. Горячий влажный воздух обволок ее. Она замерла, нервно сжимая пальцы. Снимая одежду, она чувствовала, как внутри нарастает паника. «А вдруг… вдруг он сейчас ворвется?» После долгих колебаний она обреченно потянулась к крану. Струи воды хлынули из душа, мгновенно пропитав ее длинные волосы. Тепло немного уняло дрожь в теле. Вдруг глаза защипало. «Вода попала?» — подумала Махиру и потерла веки. Но зрение расплывалось все сильнее, а по щекам, смешиваясь с водой из душа, текли горячие ручьи. «Я что… плачу?» Она замерла, глядя на свои мокрые ладони. Она сама не могла понять, где вода, а где слезы. — Я ведь… я ведь решила, что больше никогда не буду плакать… Голос сорвался на всхлип. Ее хрупкая фигурка под струями воды задрожала. Поскольку Махиру пришла только со школьной сумкой, Лун Янь нашел одну из своих футболок, чтобы она могла переодеться. Подойдя к двери ванной с одеждой в руках, он застыл. Сквозь шум воды пробивались сдавленные, глухие рыдания. Рука, занесенная для стука, опустилась. Выражение лица Лун Яня смягчилось, сменившись печалью. Пусть плачет. Слезы лучше, чем та мертвая пустота в глазах. Если держать такую боль внутри, можно сойти с ума. Он осторожно приоткрыл дверь ровно настолько, чтобы просунуть стопку одежды, положил ее на полку и бесшумно удалился. То урчание живота он не мог проигнорировать. Как ни крути, а этот сломленный «Ангел» теперь — его ответственность. Лун Янь не знал, что в тот момент, когда он отошел от двери, Махиру внутри ванной обессиленно прислонилась к стене. Напряжение, державшее ее в тисках, немного отступило. — Господин Лун Янь… он жалеет меня? Эмоции захлестнули ее с новой силой. Она пыталась сморгнуть слезы, но они текли сами по себе. Выплакавшись, она почувствовала странное опустошение, но дышать стало чуть легче. Сквозь матовое стекло она смотрела туда, где только что стоял Лун Янь. Взгляд ее упал на принесенную одежду. В памяти всплыла их встреча у входа. Его удивление. Боль в его глазах, когда он говорил по телефону. Нескрываемая ярость на лице, когда он узнал о словах ее отца… Кадры мелькали один за другим. Она не знала, что он о ней думает. И совершенно не понимала, как ей теперь смотреть ему в глаза.