Только вот оговорка «почти» мне не нравится. Видимо, защиту все же можно взломать. Да и если на пользователя наложат Империус — он сам отдаст всё до последнего кната. Наверное, многие люди об этом даже не задумывались, когда покупали кошель, но как человека, использовавшего это же заклинание меньше суток назад, меня это не могло не напрягать. С другой стороны, если произойдет такая ситуация, мне будет уже скорее всего безразлично, что станет с деньгами. Беру.
После согласия мне на выбор предоставили несколько моделей разного дизайна и, поскольку розовый для меня был явным перебором, остановил свой взгляд на черно-золотой монетнице из драконьей кожи. В принципе, вид был не особо важен, но в хороших магазинах встречают по одежке, и в глазах продавцов хотелось выглядеть более-менее презентабельно. Или просто мне досталась тоска по былой роскоши от прошлого Сириуса, проведшего в камере почти десятилетие.
— Двести галлеонов, — произнес гоблин. Да, говорящее у модели название. —Требуется ваша кровь, и подпись на некоторых документах…
***Пока я вчитывался в договор купли-продажи, подтверждения замены ключа, и прочего, в залу вошёл даже на вид старый гоблин. При виде его, Грудребук склонил голову в приветствии. Гоблины, несмотря на их странные законы и уклад жизни, очень уважали тех, кто дожил до старости.
— Мистер Блэк, не ожидал Вас ещё когда-нибудь увидеть, — скрипучий голос старого гоблина был полон сарказма. Он устроился в кресле напротив, разглядывая меня через золотое пенсне. Ликбах был поверенным моего рода довольно долгое время, и уже в воспоминаниях моего детства он был довольно стар, отличаясь не слишком легким характером даже по меркам самих гоблинов. Впрочем, управлял финансами рода Блэк он весьма долгое время, причем успешно, так что отец Сириуса позволял ему некоторые вольности. Интересно, как он так быстро прибыл из Магической Британии…
— И все же я здесь, — озвучил очевидную истину.
— Да, и все же Вы здесь, — гоблин некоторое время помолчал, затем без какого-либо предисловия открыл принесенную с собой папку. — Завещание леди Блэк было оглашено шестого марта тысяча девятьсот восемьдесят пятого года, в зале Визенгамота, при полном собрании палаты. Здесь находится его полная копия, помещенная в ячейку номер четырнадцать согласно воле владелицы.
Он протянул мне пергаментный свиток, запечатанный гербовой печатью Блэк. Убедившись, что она не нарушена, я развернул свиток, уткнувшись в ровные, каллиграфически выверенные строчки.
— Если не вдаваться в подробности, то в этом завещани леди Блэк оставляет в ваше единоличное пользование личный сейф номер четырнадцать, здание особняка на площади Гриммо, летний домик во Франции, поместье четы Блэк в Германии, и всю недвижимость в пределах Лондона. С полным перечнем имущества можно ознакомиться в протоколе заседания суда Визенгамота от шестого марта тысяча девятьсот восемьдесят пятого года, которым данная недвижимость признается собственностью Министерства и изымается в пользу пострадавших от ваших рук… магглов, — под конец монолога Ликбах уже гневно шипел. — К счастью, мне удалось отговорить леди Блэк от опрометчивого шага заочной передачи вам титула Лорда, что является юридическим основанием для изъятия принадлежащих роду предприятий, и долей.
— А сейф? — оторвался я от завещания.
— Вам доступен сейф номер четырнадцать, а также ваш личный сейф. Общее состояние счета: тридцать три тысячи галлеонов, четырнадцать тысяч сиклей…
— А если просто в галлеонах? — перебил гоблина. Несмотря на память, пересчитывать эти сикли и кнаты было сложной задачей для моего совершенно гуманитарного мозга.
— Тридцать пять с половиной тысяч, — пожевав губами, ответил гоблин, — плюс-минус пара кнатов. Сейф рода Блэк также поступит в ваше владение после принятия титула, но только по полному ритуалу.
Отчитавшись, Ликбах скептически посмотрел на меня поверх очков, ожидая реакции, но так и не дождался, её попросту не было. Слова «по полному ритуалу», возможно, смутили бы Сириуса, который чурался всего, что было связано с так называемой «темной» магией, хотя на деле это всего лишь означало, что я должен провести пару ритуалов на алтаре Блэк-Хауса. Несмотря ни на какое «изьятие», проникнуть в этот особняк, особенно после смерти Вальбурги, мог только я. Ну, и Бэлла, наверное.
Как же быстро подсуетились Министерские — меня в застенки, имущество конфисковать. Если бы не Ликбах, у Блэков не осталось бы практически ничего. Хотя остатки не тронули лишь потому, что все думали: последнему Блэку не долго и осталось. После моей смерти, наверняка, добрались бы и до владений рода. Интересно только, почему в сейфе номер четырнадцать осталось так мало наличности? Это был сейф Вальбурги и Ориона, и насколько я помню, там было куда больше чем тридцать тысяч. Нет, это тоже вполне себе внушительная сумма… Но куда делись те горы золота, которые я помню из детстких воспоминаний?
— Мне нужны выписки по расходам со счета четырнадцать, — матушка всегда использовала чековую книжку, так что проследить, куда девались деньги не составляло труда.
Ликбах выглядел удивленно. Похоже, одной фразой я умудрился сломать его стереотипы, в отношении самого непутевого представителя семейства. Это, если честно, весьма грело самооценку.
— В последнее время, финансовых операций со счетом леди Блэк было очень много. Если Вы подскажете, что именно Вас интересует, я могу сказать без обращения в архив.
— Наиболее крупные траты. Кому, куда, сколько, зачем?
— Хм… — старый гоблин задумался, на пару минут уйдя в себя. — Сумма наиболее крупного списания денег со счета лорда и леди Блэк составляет тридцать тысяч галеонов.
— Кому? — тут же спросил я. Вот эта информация была ценнее, чем многое другое. И говорила о многом.
— Этого я вам сказать не могу, — развел руками Ликбах. — Леди Блэк в этот раз не использовала чековую книжку, спустившись в сейф сама. Но, могу предположить, что эта сумма ушла на… э-э. пожертвования.
— А остальные траты? — значит, взятка. Только вот кому. Дамблдору? Министру? Или остальным крысам Визенгамота, которые так шустро растащили оставшееся после ее смерти? Сомневаюсь, что до семей пострадавших от взрыва дошла хоть пара фунтов.
— Гонорар в пять тысяч галлеонов некоему Эварду Аткинсу. Это был один из самых известных адвокатов, — в ответ на мой недоуменный взгляд пояснил гоблин.
— Был? — уцепился я за оговорку.
— Умер, в феврале тысяча девятьсот восемьдесят пятого года. Несчастный случай, — пояснил Ликбах, оскалившись, и было даже непонятно, радуется он за мою догадливость или просто счастлив, что одним человеком на бренной земле стало меньше.
— А визит леди Блэк, случаем, был не в том же месяце?
Молчаливое согласие было мне ответом.
— Ясно… — я тоже умолк, погрузившись в мысли.
А думы были одна веселей другой. В принципе, теперь все стало гораздо понятнее. Вальбурга после ареста Сириуса пыталась вытащить сына из тюрьмы любыми способами. Возможно, обращалась в суд. Сначала наняла адвоката, и, видно тот что-то да раскопал. Затем его убрали, и Вальбурга попыталась освободить меня уже другим способом, у рода Блэк в свое время были друзья…
Или её шантажировали, тоже как вариант. Но в конце концов она не выдержала всего этого. Братья мертвы, муж ненадолго пережил гибель Регулуса, сын осужден на пожизненное, родных нет, а если и есть, то в не менее ужасном положении… Но обстоятельства её смерти были для меня тайной. В этой истории в принципе было множество темных мест, но я чуял, что рано или поздно покопаюсь до правды.
— И что Вы собираетесь теперь делать, молодой человек? — наконец не вытерпел гоблин игры в молчанку. Ликбах был связан с нашей семьей долгие годы, и не думаю, что ему нравилось видеть, как угасает доверенный ему род, это вопрос престижа его собственной семьи. Вопрос в том, готов ли я ему доверять? Гоблины никогда не были преданы волшебникам, этот народ кровью выбивал себе право жить в Волшебном Мире, и до сих пор ненавидел практически поработивших их на долгое время людей.
Другое дело, что несмотря на всю их нелюбовь к нам, коротышкам все-таки можно было верить, в разумных пределах. По части финансов — принципиальность этих созданий подпитывали давние клятвы. Иначе просто никто бы не пользовался их услугами. Если гоблин давал слово — гоблин его держал, чего нельзя сказать о многих людях, а Ликбах давал клятву оберегать финансы рода Блэк, чтобы стать его хранителем. Так что, в совокупности этих фактов, мне всё же следует рискнуть.
***В небольшом, изысканно обставленном кабинете сидели двое. Старый, разменявший не один десяток лет гоблин поверх пенсне с ожиданием смотрел на молодого мужчину в черном костюме. Несмотря на молодость и аристократичный профиль лица, его собеседник был изможден. Усталость чувствовалась в наклоне головы, задумчивом прищуре синих глаз, горькой складке в углу рта, неслышному перестуку подушечек пальцев по колену.
Тишина царила в этом кабинете довольно продолжительное время, и никто не торопился её нарушать, словно подписав негласный договор. Высокие восковые свечи на бронзовых подставках успели прогореть практически наполовину с начала разговора, и ещё на четверть после вопроса старого гоблина, отмеряя неумолимый ход времени, который даже искусные в хитросплетениях чар гоблины не способны были остановить.
— Все просто, — тишину нарушил глубокий, с легкой хрипотцой голос черноволосого мага. Он встал одним слитным движением и накинул на плечи пальто. — Я собираюсь вернуть роду Блэк его величие.
До этого спокойные огоньки на кончиках свечек вдруг заметались как безумные, вспыхнули с новой силой, будто кто-то капнул на них топливом. В кабинете повеяло холодом, стало чуть темнее, несмотря на горение свечей, тени в углах комнаты стали больше, выросли за несколько секунд, достигая каменного потолка, а затем всё так же быстро вернулось в норму.
Такая реакция удивила, кажется, только самого мага, который под воздействием момента решил немного удариться в пафос, но, похоже перестарался.
— Вы можете на меня рассчитывать, Сириус, — старый гоблин посмотрел магу прямо в глаза, и по помещению будто прошёлся маленький сквозняк, заставляя огоньки свечей вновь трепетать.
Магия подтвердила старую клятву.
========== Глава 4 ==========
— Если бы мне пришлось тут жить, я бы застрелилась.
— Это вряд ли. Ты бы покрасила дверь в цвет взбесившейся лососины, поставила бы на газоне пару розовых фламинго и планомерно доводила бы соседей до исступления.
(Н.Р. «Адвокат мог не знать»)
***Я пробыл во Франции ещё несколько часов, за это время обновив свой гардероб и приобретя пару полезных вещей. В частности, самой необходимой моей покупкой была небольшая, тонкая папка-портфель с чарами незримого расширения. Туда поместились все мои остальные вещи и Наземникус, вновь обращенный в табакерку. И почему именно она пришла мне на ум?
Далее хотел было купить нормальную палочку, но те, которые могла предложить мне «лавка магических инструментов Мельеза», не подходили, а делать на заказ не было времени, так что до поры оставил палочку Флетчера. Она также мне не подходила, но слушалась чуть лучше. То ли из-за непритязательности, то ли из-за "победы" над хозяином. Было такое поверье в магическом мире. Уже в маггловском Париже я постригся, обкорнал усы и начинающуюся бородку, разом скинув лет пять. Последний раз брился еще в Лондоне, на скорую руку и сейчас уже успел обзавестись не слишком ровной порослью.
Теперь, без грима, из зеркала на меня смотрел бледный молодой мужчина лет тридцати. Я явно выглядел моложе своего биологического возраста, но все равно ещё был довольно худ. К сожалению, последствия Азкабана проявлялись, в том числе и на внешности, отмотав время вперед слишком быстро. Гораздо быстрее, чем оно течет вне этого страшного места.
В магазинах французского магического квартала приобрел комплект восстанавливающих зелий. Все по-настоящему хорошие зелья делались индивидуально под заказчика, так что пришлось обойтись ширпотребом и «общим курсом», но даже они за короткое время заставили почувствовать себя гораздо лучше, давая весьма быстрый эффект, заметный невооружённым глазом.
По крайней мере, я не был похож на дикого безумца, скалящегося с фотографий розыскных листов.
Францию покинул примерно в полдень, трансгрессировав прямо в Лютный. После такой дальней аппарации «попрыгун» начал мелко вибрировать на цепочке. Судя по всему, его хватит ещё на пару раз, а потом только выбросить.
— Здравствуйте, мистер Блэк! — старик Горбин встретил меня радушно. Я буквально чувствовал, как он подсчитывает будущую прибыль. — У меня все готово. Прошу за мной…
И после этого безусловно вежливого приглашения, за последующие пять минут я стал беднее на без малого тысячу галлеонов. Кто-то грабит людей в подворотне. Кто-то, скрываясь за вежливой улыбкой. Для сравнения, спортивная метла «Комета-260», выпуск которой только-только был запущен этой компанией, и она считалась одной из лучших в своем классе, стоила всего двести галлеонов. А комплект восстанавливающих зелий, которые купил во Франции - всего пятнадцать.
Впрочем, такая высокая цена была действительно оправдана. Особенно меня порадовал маленький флакончик Веритасерума, который я сразу же положил в папку рядом с табакеркой. Пару капель я точно уже знаю, как использовать. Да и остальное пригодится.
Обновлено: 15.01.2026