Глава 15 — глава 15

глава 15 Я плавал в забытьи и это было блаженством. Мне казалось, что я плыву по бескрайнему, огромному космосу. Кругом было темно, но это не пугало. Редкие искорки тусклых звездочек создавали некое ощущение движения в этой бесконечной пустоте. Не было ни страха, ни боли, ни ярости, ни ненависти, ничего. Только умиротворение и пространство. Пространство и спокойствие... Это было божественно приятно. Но к сожалению, все кончается. Кончилось и это состояние. Я начал приходить в себя. Но знаю точно одно - теперь я не боюсь смерти. Когда бы она не настала. Ведь, когда я умру, я вернусь туда. Туда, где есть эта беспредельность и умиротворение. Возможно будет и что-то еще. Не знаю, но теперь не боюсь. * * * - С новым рождением, мистер Крид, - раздался голос Иоганна. - Это не преувеличение. Вы были мертвы около пяти минут. Сердце не билось. Дыхание отсутствовало. Зрачки не реагировали на свет. Клиническая смерть, как еще называют это состояние, - голос был неприятно громким. Освещение в комнате слишком ярким. Запахи слишком насыщенными. Тело покалывало, словно тысячами иголочек. - Долго... - прохрипел я. - Долго я... без сознания? - язык ворочался с трудом, но немец меня понял. - Семьдесят восемь часов, мистер Крид, - ответил Шмидт. - И... как? - Что именно? - Остался... человеком? - А вы им были? - саркастически улыбнулся он. - ...человекоподобным, - поправился я. Вопрос действительно интересовал, ведь посмотреть на себя я был не в состоянии. - Не переживайте, остались, - хмыкнул он. - А вообще? - Результат интересен, но я разочарован: ускорение регенерации всего на пятьдесят процентов. Плотность тканей - на сорок. Твердость когтей - сорок пять. Волосяной покров выпал полностью. Мышечная масса уменьшилась на пятнадцать процентов. Рост уменьшился на два сантиметра. Клыки также немного уменьшились в размерах. Прирост есть, но чуда не произошло. С первым применением сыворотки не сравнить. Жаль, многообещающий был опыт. - Чем же? Ведь формула у вас не Эрскина, та, что он применил на Роджерсе, а ваша, та, что вы испытали на себе, герр Шмидт, - решил поддержать разговор я. Все равно ведь спалился, а быть "животным" слегка утомило за эти месяцы. - В том-то и был весь интерес! - отозвался Иоганн. - Судя по моим данным, окончательная формула Эрскина была слабее. Этот трус искуственно ослабил действие сыворотки после "неудачных", по его мнению, испытаний на мне. То, что вы называли с ним "сывороткой суперсолдата" - слабо подкрашенная водичка в сравнении с нашей первоначальной разработкой. Наша действовала сразу без всяких вита-лучей. Вот мне и стало интересно, что будет, если совместить обе формулы на одном испытуемом. - Огорчу вас, герр Шмидт, - растянул губы в невеселой улыбке я. - Формула Эрскина на мне не испытывалась. Я - природный мутант, как и предполагал доктор Клаус. - Не правда, - спокойно ответил он. - Анализы показывают явные следы изменений вашего организма. - Это постарался Иссей. Думаю вы его знаете. - Маг? Удивительно. Его работа впечатляет, - задумчиво проговорил он, рассматривая меня. И взгляд его мне не нравился. Иоганн расплылся в улыбке. - Но это означает, что опыт только начался! Пусть ослабленной сыворотки Авраама у меня нет, но вторую дозу моей версии, я изготовить могу, и изготовлю! - с этими словами он стремительно покинул мою лабораторию и кинулся в соседнюю. "Язык мой - враг мой" - в который уже раз пришла мысль, правильная, но запоздалая. * * * - Мистер Крид, - расплылся в улыбке герр Шмидт. Вот только не Иоганн, а Клаус. - В вас погиб гениальный актер! Я скосил на него глаза. Хмуро это сделать не получалось, так как голова была зафиксирована, а этот усатый гад стоял в неудобном для разглядывания положении. - Но как же приятно бывает утереть нос этому выскочке из Гидры! - Чем же? - не утерпел я. - Тем, что я ему говорил про естественную природу мутации, а он как тупой баран уперся в свою сыворотку. Ну и кто в конечном этоге прав? - Вы, герр Шмидт, - признал я. - Вот!! - воздел он палец к потолку. - Но вы же признали меня бесперспективным. Так он сказал. - Я признал таковым безумное агрессивное животное, - наставительно произнес он. - Но разумный, адекватный мутант - это же совсем другое дело! - Чем же? - Мутанты чрезвычайно редки. И способности их поражают воображение. А если их развивать и использовать разумно... А хотите я познакомлю вас с еще одним представителем вашего вида? - У нас есть вид? - удивился я. - Есть, - улыбнулся он. - Все мутанты единый вид, способный иметь общее потомство, наследующее признаки вида. - Способности наследуются? - искренне удивился я. - Нет. Должен признать, что способности уникальны и непредсказуемы для каждого мутанта. Но некую наследственную схожесть имеют. Наследуется сама возможность иметь способности. Но все равно: мутанты - единый вид. - Вот как... - задумался я. - Хочу. Познакомьте. - С кем? - сбился Клаус. - С еще одним представителем моего вида. Вы же только что предлагали... - А! Точно! Совсем сбился с мысли, - хмыкнул в усы он и быстрым шагом двинулся к двери. Открыл ее и на какое-то время исчез из поля моего внимания. Затем вернулся, ведя перед собой тощего пацана в полосатой робе с номером нашитым на правой стороне. - Знакомьтесь! Макс Эйзенхардт, - указал он на подростка. - А это Виктор Крид, - показал он уже на меня. - Он тоже мутант и обладает удивительнейшей способностью! - И что он может? - ломающимся голосом спросил Макс. - Он обладает высочайшей регенерацией. Способен восстанавливать потерянные органы и даже целые части тела. - А почему он прикован? - Потому что на его поимку с фронтов пришлось снять больше половины действительно сильных бойцов. И то не обошлось без потерь. Перед пленением он перебил почти треть отряженной группы. - Просто так им удобнее вырезать из меня органы, - позволил я себе перебить доктора. - И это тоже, - не стал отрицать Шмидт. - Но факт есть факт: ты не один! Вы не одиноки! - Не самые приятные обстоятельства, чтобы узнать об этом, - вставил в копилку с его шилингами и марками свои пять копеек я. - Это преодолимо! - многозначительно ответил он. - Но вы правы, мистер Крид. На сегодня достаточно. Герр Шмидт уже должно быть заканчивает свою ненаглядную микстуру, - с этими словами он вывел подростка и вышел сам. Я же расслабил мышцы шеи и прикрыл глаза. Будем надеяться, что едва слышный щелчок в моих оковах на правой руке, раздавшийся в момент окончания разговора, слышал только я. * * *