Глава 11 — Глава 6

— Фотки? Я ведь говорил уже вам, дамочка. Нет у меня их… И да, я понимаю, как это не нормально для типичной пары влюбленных, но что есть, то есть. — — Фото Рейны? Знаете, кажется, у меня нет… ни одной. — — Фотографии Рейны? У меня их нет. Думаю, она могла выбросить их в те сумасшедшие времена, когда мы продали наш дом. Она тогда училась на третьем году обучения старшей школы. Это что-то вроде помешательства, я считал. Так что у меня ни одной нет. Ах… Они вам нужны для поминального фото, да? — Ровно в 20:00 Эрика отправилась домой, как если бы только что покончила с утомительным поручением. Мы же прошли через автоматические двери Третьего корпуса. Третий корпус участка Токийского залива – относительно новое здание, которому около десяти лет. Однако объявления о розыске и прочие листы висели друг на друге на стенде, в приемной на столе валялись кипы документов, а также в перегородке зияла большая дыра в форме кулака неизвестного человека, – все это придавало зданию изношенный вид места, вобравшего в себя истинный характер офицеров. Естественно, внутри висела типичная для полицейского участка напряженная, беспокойная атмосфера, а комнатные растения и грустные попытки легкомыслия никак не помогали разрушить грозный воздух. Трое людей, которых мы пригласили на добровольной основе в качестве свидетелей, и офицер стояли перед синей лампой с надписью «Приемная». Шота Акияма, самопровозглашенный парень Рейны. Двадцать пять лет. Кен Накахигаши, жених Рейны. Двадцать семь лет. Коичиро Мёко, отец Рейны. Пятьдесят семь лет. Накахигаши был директором R&D в Йокогамском отделении Центральной Строительной, большой генподрядной компании. Он – третий сын Хейджи Накахигаши, президента ЦС, и следовательно, кандидат на пост следующего президента. Накахигаши носил очки без оправы на бледно-белом лице, которого будто не касалось солнце. Человек небольшого роста, худощавый – одет в дорогой на вид костюм. Что-то в нем напоминало мне работника банка. Он оставался спокойным, но я видела метания в его взгляде и могла точно разглядеть волнение из-за предстоящих вопросов. Я посмотрела налево от него. Коичиро Мёко. Независимый член Токийской ассамблеи, отец Рейны. Ему было всего пятьдесят семь, но из-за волос с проседью и глубоких морщинок он казался старше. Он создавал впечатление неуверенности и ненадежности. Выглядел, скорее, владельцем небольшого магазинчика, а не политиком. В нем я не ощущала ту таинственность Рейны. Лицо побелело, и вел он себя странно, постоянно смахивая пот со лба зеленым платком. В общем, полная противоположность Накахигаши. Все трое были очень близки с Рейной. Потому мы спросили их о наличии ее фотографий. Но трудно в это поверить, ни одной у них не нашлось. — Так что, типа я не могу отказаться отвечать, а? — злостно рявкнул Шота Акияма на Ямаджи. — Просто отпусти меня домой, ну? Мужик, вы же относитесь ко мне как к преступнику. Полный отстой. — Мы вызвали вас добровольно, так что по закону можете уйти, — сказала я ему. — Но раз уж пришли сюда, должны нам помочь. Разве вы не хотите найти убийцу? — Меня это уже не волнует. Это вот тот парень. — Он подбородком указал на Кена Накахигаши. Тот громко вздохнул. — Грубые слова, да только пустые они. Надеюсь, ты перестанешь позволять эмоциям брать вверх в рассуждениях. — Барышня, — вспылил Акияма, — этот парень вообще не в себе. Рейну убили, а я слышал, как он, сука, обвинил ее за смерть в неподходящее время. Накахигаши нахмурился и неистово закачал головой, как бы говоря, насколько это глупо. — Я такого не говорил. Я ему не нравлюсь, вот он и искажает мои слова. Перестань обманывать их. Я просто имел в виду, что стал подозреваемым только из-за своей связи с Рейной. — ЧЕ?! — взревел Акияма. — Да это, блин, одно и тоже! Ты даже не опечален ее смертью! Это-то я в тебе больше всего и ненавижу! — Я также опечален. Просто в моем понятии печаль есть нечто большее, чем открытое проявление эмоций, как поступаешь ты. Для меня сказанное Накахигаши имело смысл. Но все равно в холодном выражении лица я не видела изорванные чувства. Коичиро Мёко встал между ними в замешательстве. — Хватит препираться, — упрекнул он. — Вы оба потеряли кого-то важного. Но Акияма не дрогнул. Он вздернул бровью и стал еще злее. — Ты тоже подозреваемый, в курсе, а? И ты трясешься просто потому, что тебя копы позвали? У тебя определенно кучу скелетов в шкафу припрятано. — Н-не в этом дело… Акияма заметил потерянного Коичиро Мёко, что подтолкнуло его обострить разговор. — Ты знал, Рейна любила меня, но все равно давил, чтобы она вышла за муж за этого парня? Ты втянул ее в брак по расчету для собственной выгоды. Никогда и ни за что я не поверю тому, кто использовал ее таким образом! Упрек Акиямы никак иначе понять было нельзя. Его невинное выражение лица окрасилось в красный от гнева. — О-о чем ты говоришь? — проговорил Мёко. — Т-ты же… — Заткнись! Теперь вмешалась я, не желая и дальше выслушивать их вопли: — Шота, сейчас не время и не место для вымещения злобы! Вас не заботит поимка убийцы Рейны? Мы прикладываем все усилия, чтобы найти его! Ваши показания имеют огромное значение! Акияма наконец выглядел пристыженным; казалось, он осознал серьезность ситуации. Остальные двое смиренно молчали. Доктор Хигано, быть может, почувствовав и мое смущение из-за сорвавшегося голоса, вышел и предстал перед тремя людьми. — Мне тут вспомнилось, — начал он, — вы видели тело жертвы? Все трое кивнули. — Я понимаю, вопрос странный, но это точно тело Рейны? Накахигаши нахмурился. — Оно… Что именно вы пытаетесь сказать? Коичиро Мёко озадаченно кивнул. — Она моя дочь. Отец всегда узнает свое дитя, даже без лица. — Да, мы понимаем, — сказал доктор Хигано. Тогда нас окликнул Кондо из того же 1-го следственного отдела: — Ямаджи, есть секунда? У Кондо были коротко подстриженные волосы, загорелое лицо и острый взгляд. Ему двадцать семь – на три года старше меня, – и он пользовался популярностью среди женщин-офицеров – возможно, причина тому идеальный возраст. Но он был не в моем вкусе. — Сюда, — позвал он и отвел в пустой коридор. Доктор Хигано пошел следом так же естественно, как будто считался частью команды. Я взглянула на Ямаджи, чтобы подтвердить его согласие с этим, но тому в целом было все равно. Хотя мы явно собирались обсуждать темы, не предназначенные для ушей кого-либо вне 1-го следственного отдела, Ямаджи и Кондо включили в круг доктора Хигано, словно тот всегда в нем находился. Настолько они доверяли ему. Кондо прислонил руку ко рту и тихо заговорил: — Я думаю, вы можете пренебречь этой информацией, но с нами связался очевидец. — Очевидец? — спросил Ямаджи. — Кто? — Да, насчет этого… — Кондо робко поскреб голову. — Очевидец сказал: «Я видел сегодня Рейну Мёко». Ямаджи скорчил гримасу на эту невероятную новость. — Как вообще эти сведения попали к нам? Мы ведь сказали медиа только об убийстве. Все остальное же держалось в секрете. — Так, э, сведения предоставил коллега Рейны. — Коллега? — Я же послал вам сообщение, — сказал Кондо. — Вы его еще не прочитали? Рейна Мёко работала в Melto Crown Entertainment, гонконгским оператором казино. Я знал, что у вас нет ее фотографии, поэтому спросил о них. Оказывается, те обязательные фото, прикрепляемые к резюме, пропали. Вновь ни одной. Рейна тщательно старалась не оставлять ни одного свидетельства того, как она выглядела. — Слухи о ее смерти уже распространились в ее отделе, — продолжил Кондо. — Наш очевидец – женщина, с которой она работала – решила связаться с нами… по-видимому. — Эта коллега наверняка должна чертовски хорошо знать ее. Думаешь, она несла околесицу? — Может быть. Во время телефонного разговора она так была напугана, словно увидела призрака. Ямаджи поскреб щетину. — Ладно, я проверю… Где она увидела ее? — У подножья Токийской телебашни, около Ошиаге. Она сказала, что видела Рейну на пассажирском сиденье красной иномарки. Номера машины не запомнила. Довольно близко к апартаментам Рейны. — Ты уверен, что она увидела не просто похожую женщину в красной иномарке и не приняла ту за Рейну? — Нет, я также об этом подумал и начал расспрашивать – очевидец не знала о наличии у Рейны красного БМВ. Она даже не знала, что у нее была машина. Я расспросил детали, и пока могу сказать, что она определенно видела БМВ Рейны. Автомобиль Рейны исчез с парковки, и его еще не нашли. Но сегодня кто-то увидел похожую на нее женщину на пассажирском сиденье этой машины? Я задалась вопросом, действительно ли все это лишь выглядело похожим? — Вот черт, — сказал Ямаджи. — Я солгу, если скажу, что совсем не заинтересован, но… Это вполне может быть ошибочное опознание. — Ага… — Кондо тихо вздохнул и провел рукой по голове. Вывод Ямаджи напрашивался сам собой. Кондо, казалось, сам это понял. Но я не согласна с этим. Стоматологические записи показали, что тело принадлежало Рейне Мёко. Ее отец, Коичиро, также узнал в нем свою дочь. Об этом я знала. И все же не могла отделаться от мысли, что Рейна была с нами. Однако я не могла высказать столь смелую идею. Я попыталась отбросить это чувство. — Не возражаете, Ямаджи? — спросил доктор Хигано. С серьезным выражением лица он крутил в пальцах куб. — Я думаю, это очень важная подсказка, которая позволит пролить свет на дело. Она даже может раскрыть нам секрет Рейны. Ямаджи достал новый леденец и постучал им по голове. — Прости, док. Некто увидел женщину, похожую на недавно убитую Рейну. Здесь мы ничего не можем поделать. У нас толком нет следователей, чтобы разделиться. — А, понятно… Похоже, и правда ничего не поделаешь. Только, пожалуйста, запомните, что мне очень любопытна эта деталь. — Ага, будет сделано. — Ямаджи кивнул, тем самым завершив разговор, и отошел к троим мужчинам. — Хм-м… Доктор Хигано, нахмурившись, перестал крутить головоломку. Что если доктор Хигано почувствовал тоже что и я? Что она все еще жива? Доктор заметил на себе мой взгляд. Я улыбнулась и старалась не отвернуться. — Юри, — сказал он внезапно, прежде чем подойти ко мне. Затем он перешел на шепот, словно делился чем-то ужасным, чем-то вроде страшной тайной. — Как ты думаешь, Рейна Мёко могла вернуться к жизни?