Глава 20 — Глава 20. Интерлюдия VI Буря в Щ.И.Т.е и новые старые советы

**Интерлюдия VI: Буря в Щ.И.Т.е и новые старые советы** Пока в недрах «Цитадели» Ванко и наши инженеры начинали работу над проектом «Калашников», в недрах Щ.И.Т.а бушевал свой шторм. Отчёт Наташи Романофф о встрече с Волковым и бесследном исчезновении Ванко лёг на стол Фьюри чёрным пятном. — «Вагнерии», — произнёс Фьюри, и это слово прозвучало как ругательство. — Они действуют слишком смело. Они вышли за рамки «полезных муравьёв». — Они профессиональны, как скальпель, и у них покровительство на самом верху в Москве, — парировала Хилл. — Прямой конфронтации мы позволить себе не можем. — Кому нужна прямая конфронтация, когда есть рычаги? — Фьюри развернул терминал. На экране появилось старое, потрёпанное досье. Фотография молодого, улыбающегося Говарда Старка. — Мы ускоряем «Инициативу Мститель». Миру нужны герои, которых можно показать по телевизору. И нам нужно напомнить одному такому герою, что его прошлое не так просто, как ему кажется. *** Сцена в боксе для сквоша была напряжённой. Тони Старк, измотанный и медленно умирающий от отравления палладием, отбивал свою ярость от стен. Появление Фьюри с намёком на «болезнь отца» и коробкой с наследием Говарда стало последней каплей. — Мой отец всю жизнь твердил лишь одно: «Самой большой прорыв — это не оружие, это энергия», — с вызовом бросил Тони. — Может, он был прав? — ответил Фьюри, оставляя его наедине с прошлым. — Разберись с этим. Пока такие организации, как «Вагнерии», подбирают обломки твоих ошибок, нам нужен ты. В строю. *** Этот толчок сработал. Разобрав пазл, оставленный отцом, Тони Старк совершил прорыв, создав новый элемент. Он был спасён. Он был reborn. И на пресс-конференции, с апломбом, вернувшимся к нему вместе со здоровьем, он объявил себя Железным Человеком. Ярко, громко, вызывающе. Мы наблюдали за этим, как всегда, с холодным интересом. — Он сделал это, — произнёс «Профи», глядя на трансляцию. — Он обошёл палладиевый тупик. Его технология теперь стабильна. — Значит, и наша может стать стабильнее, — отозвался Ванко, не отрывая взгляда от голографической модели «Калашникова». — Принцип тот же. Вопрос в материалах и... мотивации. Я молча кивнул. Старк снова ушёл вперёд. Но теперь у нас был свой гений. И наша цель сместилась. Мы больше не просто хотели украсть его реактор. Мы хотели понять принцип, превзойти его и встроить в наши, более масштабные и безжалостные системы. Железный Человек сиял на публике. А в это время в уральских горах рождался «Калашников» — не яркий индивидуальный костюм, а модульный, коллективный организм стальной воли. Наша тень становилась всё гуще и готовилась к тому дню, когда сияние героев может померкнуть перед лицом настоящей угрозы. И тогда миру придётся искать спасения не у одинокого гения в броне, а у целой армии, выкованной в тишине.