Су Чанкун шёл на риск — он ставил на то, что Лю Байжэнь захочет взять его живым и не даст ему умереть столь лёгкой смертью; и явь подтвердила, что ставка его была верна!
Этот удар меча Лю Байжэнь направил не в горло Су Чанкуну и не в сердце, а в правое плечо!
— Шмяк!
Хоть на Су Чанкуне и была кольчуга золотой нити, но этот пронзающий тучи, рассекающий мглу удар меча Лю Байжэня она лишь самую малость задержала: пробитая насквозь, она пропустила остриё, что вошло Су Чанкуну в плечо и вышло из с
Су Чанкун шёл на риск — он ставил на то, что Лю Байжэнь захочет взять его живым и не даст ему умереть столь лёгкой смертью; и явь подтвердила, что ставка его была верна!
Этот удар меча Лю Байжэнь направил не в горло Су Чанкуну и не в сердце, а в правое плечо!
— Шмяк!
Хоть на Су Чанкуне и была кольчуга золотой нити, но этот пронзающий тучи, рассекающий мглу удар меча Лю Байжэня она лишь самую малость задержала: пробитая насквозь, она пропустила остриё, что вошло Су Чанкуну в плечо и вышло из с
Су Чанкун шёл на риск — он ставил на то, что Лю Байжэнь захочет взять его живым и не даст ему умереть столь лёгкой смертью; и явь подтвердила, что ставка его была верна!
Этот удар меча Лю Байжэнь направил не в горло Су Чанкуну и не в сердце, а в правое плечо!
— Шмяк!
Хоть на Су Чанкуне и была кольчуга золотой нити, но этот пронзающий тучи, рассекающий мглу удар меча Лю Байжэня она лишь самую малость задержала: пробитая насквозь, она пропустила остриё, что вошло Су Чанкуну в плечо и вышло из с