.
**Июнь.**
** Канеки Хо.** Когда связь с сыном начала «моргать», ведьма первым делом испугалась. Колдовские узы, связавшие их вместе, появились не сразу; или она не сразу их заметила. Но едва ребёнок показал первые успехи в колдовстве, Хо поняла, что неплохо чувствует, всё ли с ним в порядке или нет. Она имела подобную связь с человеком в прошлом мире, но никогда столь яркую, как с Кен-чаном. И тут — почти обрыв сигнала. Такое было впервые. Сказать, что Хо испугалась, значит, ничего не сказать. Собралась девушка в мгновение ока. И всё равно позвонили ей раньше, чем она выбежала из дома, прихватив сумку с собственноручно собранной экспресс-аптечкой. Да, про телефон-то ведьма и забыла. Звонили из школы. Из трубки раздался тревожный голос учителя Кен-чана. — Канеки Хо-сан? — Слушаю, — отрывисто произнесла та. — Вашему сыну в обеденный перерыв стало плохо, он сейчас в палате школьной медсестры. Ну вот. — Что конкретно случилось? — спросила Хо, не зная, к чему готовиться. В руке она уже держала многострадальный складной ножик, а в сумку сгребала дополнительные упаковки зачарованных витаминок. — Мы не знаем, а Кен-кун не может объяснить. Сейчас с ним всё в порядке, он очнулся. — Он… терял сознание? — уточнила Хо. Да что там произошло-то? — Да. И у него поседела прядь волос у виска. Ох. Учитель бубнил что-то ещё, оправдываясь за какую-то ерунду. То ли, что плохо подумал о янки-мамаше; считал, что Канеки-сан красит волосы, а тут на тебе — почти на его глазах ребёнок упал в обморок и поседел. Ушёл без седины, обратно его принесли с сединой. И всё за каких-то пять-десять минут. Тут-то сенсею вспомнилась мама мальчика, которой так-то и позвонить надо. И теперь он попытался осторожно выяснить, что это за болезнь такая. — Ясно, — вздохнула Хо. — Это наследственное, не заразно, не бойтесь. В моей семье все быстро седеют, если волнуются, — соврала она. — Я сейчас буду. Скорую вызывать не надо, ничего страшного не случилось. — Не случилось?.. — Если бы случилось, мой сын поседел бы полностью. Хо бросила трубку. А ножик уже был у неё в руке. Открыть его не составило труда. Механически ведьма мазнула лезвием по ладони, получила в итоге полдюжины витаминок с мощным пожеланием здоровья, залечила наскоро ранку, бросила нож на дно сумки и рванула прочь из дома. В голове было пусто. Ну что за глупый ребёнок! Впрочем, он всего лишь повторил ошибки самой Хо. А ведь она надеялась, что подобного не случится. В отличие от неё самой, у Кен-чана есть учитель там, где Хо набивала себе шишки по незнанию. Помнится, в прошлой жизни из-за таких «шишек» предполагаемый срок её жизни сократился лет на десять-пятнадцать. К счастью, Курица до Хо ведьмой не была. И её-то ожидаемый срок жизни был полным. И седые прядки в чёлке Канеки Хо играли больше декоративную роль. Как знак, напоминание, что с колдовством шутки плохи. Да, дело всё же было в магии. И это почти ожидаемо, учитывая «моргание» связи с сыном. Связь, ярко горевшая на мысленном радаре ведьмы, потускнела. Даже отсюда Канеки Хо чувствовала, как слабенький колдун, которым был её сын, не то, что бы стал сильнее, а получил больший доступ к своим возможностям. Она тоже стала куда сильнее с появлением седины. Только пришлось заплатить жизнь за силу. Кен-чан, маленький негодяй! Твоя горе-мама суммарно старше тебя на чёртову прорву лет. Сила зависит от возраста, от пройденного опыта. Что ты такого не мог наколдовать, с чем бы не справилась она? Выкинув из головы лишние мысли, Хо быстрым шагом заспешила к младшей школе. *** — Мелкий, — позвала Хо, входя в мед-кабинет. — Я испугалась. Не пугай меня так больше, Кен-чан. Вторую половину уроков её сын уже прогулял, и Хо даже договорилась с учителями, что заберёт его сегодня домой, но так как «ничего страшного не случилось», завтра Канеки Кен снова будет в школе. — Мама, — тихо поприветствовал её мальчик. — Я теперь совсем как ты. В чёрных-чёрных волосах ребёнка торчал белый хохолок. Начиналась седая прядь от макушки, не там, где у мамы. Но общий мотив сохранялся. Вот такая они семейка, в полосочку. — Что правда, то правда, — покивала Хо, присаживаясь на табуретку рядом с койкой сына. — Но этим гордиться не надо. Не тебе ли я рассказывала, что такое техника безопасности? — Мне, — согласился ребёнок, склонив голову. — И каково же основное правило в нашем деле? — Чувствуешь, как что-то не получается — не колдуй, — послушно повторил Кен, поднимая на маму жалобные глазки. Кавай. Нужно быть сильной. — На, выпей таблетку. Почувствуешь себя лучше. Что ты пытался сделать? — Я хотел благословить моего друга. Удачей, — повинился мальчик. — Ты сама разрешила. Как бы да, но такой эффект не предполагался! Неужели, способности Кен-чана отличаются от её собственных? Может ли быть, что он имеет другие ограничения? Для самой Хо удача — одно из самых простых благословений. Проще только банальный телекинез. — Ты пожелал именно удачи? — Э… нет. Так. Хо приглашающе кивнула, показывая сыну продолжать. — Я уже желал ему удачи. Но, мне кажется, удача что-то сделала с ним. Он перестал… э… бояться. — Чего бояться? — Нарушить технику безопасности. Так. — Он при мне ткнул пальцы в розетку, хотя я знаю, что ему говорили, что так делать нельзя. Он гулял по парапету здания школы. Говорил, что с его удачей ему ничего не страшно. Так. Что тут можно сказать? Новый друг Кена — идиот. Или суицидальные наклонности ему свойственны от природы? У Хо удача тоже влияла на поведение людей, привыкших к ней. Это было легко заметить. Чистая психология и никакого волшебства! Осознав, что ты стал сверх-удачливым, некоторые дятлы теряли голову. А потом уже оказывалось, что колдовство-то и не спасает от всего. Глупость людская — это настолько опасная штука, что и магия не защитит. Но достичь подобного результата всего за неделю? Либо друг Кен-чана — всё же идиот, либо… Всё очевидно. Друг Кен-чана — просто маленький мальчик. Неопытный, бойкий, шальной. Такой же, как её малыш. — И? — Я… наблюдал за тем, как оно работает, — признал сын. — Почувствовал, как мое пожелание защитило Хиде. Но при этом само исчезло. Я еле успел пожелать новое. Хиде? Хм! Всё-таки Хиде. Хо видела это имя в классном журнале. Но она не собиралась ничего с этим делать. Знакома Хо была с ним опосредованно. Нагачика Хидеёши, друг Канеки Кена из канона «Токийского гуля». Пятнадцать лет спустя, возможно, у её сына не будет преданней друга, чем этот Хиде. От судьбы не убежишь, видать. И, похоже, этот мелкий стервец — суицидник с детства. «Токийский гуль» свидетель. Хо поджала губы. Она не могла не ценить ту одержимость, с которой аниме-Нагачика пытался помочь её аниме-сыну. Но здесь и сейчас, этот Нагачика Хидеёши не мультяшный персонаж. То аниме вообще было ужастиком. И её сын больше не один, она не допустит пыток, через которые прошёл его прототип. — Хиде не виноват! — осознав, о чём думает мама, воскликнул Кен-чан. — Я просто хотел… Наклонившись, Хо крепко-крепко обняла ребёнка. — Дать ему такую удачу, которая бы не вмешивалась по пустякам? — попробовала угадать ведьма. — Удача, работающая лишь при каком-то условии? Абстрактное действие с условием. Да, это могло вычерпать все силы ребёнка и довести до первой седины в пять лет. — Не знаю. Я сделал, как ты: мир по-прежнему красив! Ох. — О боже… — слабым выдохом вырвалось из Хо. — Это очень плохо, мама? Бледное лицо Хо было ответом ребёнку. Выдуманное волшебное пожелание всего и сразу? …Как ему объяснить, что такие маленькие мальчики от подобного и умереть могут? Сама Хо свои силы в *«хочу того, не пойми чего» *опробовала лишь недавно, и у неё добавилась вторая седая прядь. А Кен-чану пять лет! При том, что сила магии зависит именно от возраста! Так. Вдох. Выдох. Малыш жив. Даже уже здоров. И даже понял, что неправ. А как научить его узнавать свой предел? Хо задумалась. Обходить пределы похоже на заплыв за безопасные буйки. Только ещё и эффект таких заплывов накапливается. Словно в следующий раз ты плывёшь с того же места, откуда закончил в прошлый раз. И вся сила, что досталась тебе при преодолении предела, остаётся навсегда. Вот только такую же прибавку дадут и несколько прожитых лет. Зачем тогда спешить? Сама Хо считала, что спешить некуда и незачем, но свой мозг ребёнку не вставишь. Что поможет вовремя среагировать на сигнал «стоп, дальше нельзя колдовать»? Нужно чуткое восприятие собственного тела относятся к моторике и координации движений. Что помогают развивать координацию движений? Занятия спортом. Бинго. — Кен-чан, как ты смотришь на то, чтобы начать изучать боевые искусства? — улыбнулась Канеки Хо. — Если начинать, то сейчас самое время! Особенно, учитывая, что к тому моменту, как её мальчику стукнет девятнадцать, по всему Токио будут носиться террористические организации людоедов. — Отлично смотрю, мама! — Вот бы мой обормот так же считал, — произнес кто-то от двери в палату. Хо оглянулась. На пороге стояла девушка, держащая за руку маленького мальчика с ярко-рыжими волосами. — Канеки, братан! Ты как?!! — закричал ребёнок, едва увидев Кен-чана. Проскочив мимо незнакомой тёти, маленький чертёнок рыбкой нырнул поперёк кровати. Собрав руки-ноги, он уселся в рядом с сыном Хо, улыбаясь, как чеширский кот. — Хорошо, Хиде, — солнечно улыбнулся её мальчик. Кавай. Хо переглянулась с неизвестной матерью «Хиде». Молодые мамочки вместе оглядели своих отпрысков: неугомонного раздолбая и тихого, стеснительного диверсанта. Женщины понимающе усмехнулись друг другу. Противоположности притягиваются, ага. Вот ты какой, мелкий суицидник Хиде. У Хо сквозь добрую улыбку нервно задергался глаз. Похоже, намучается она ещё с этим Нагачикой Хидеёши.
** Канеки Хо.** Когда связь с сыном начала «моргать», ведьма первым делом испугалась. Колдовские узы, связавшие их вместе, появились не сразу; или она не сразу их заметила. Но едва ребёнок показал первые успехи в колдовстве, Хо поняла, что неплохо чувствует, всё ли с ним в порядке или нет. Она имела подобную связь с человеком в прошлом мире, но никогда столь яркую, как с Кен-чаном. И тут — почти обрыв сигнала. Такое было впервые. Сказать, что Хо испугалась, значит, ничего не сказать. Собралась девушка в мгновение ока. И всё равно позвонили ей раньше, чем она выбежала из дома, прихватив сумку с собственноручно собранной экспресс-аптечкой. Да, про телефон-то ведьма и забыла. Звонили из школы. Из трубки раздался тревожный голос учителя Кен-чана. — Канеки Хо-сан? — Слушаю, — отрывисто произнесла та. — Вашему сыну в обеденный перерыв стало плохо, он сейчас в палате школьной медсестры. Ну вот. — Что конкретно случилось? — спросила Хо, не зная, к чему готовиться. В руке она уже держала многострадальный складной ножик, а в сумку сгребала дополнительные упаковки зачарованных витаминок. — Мы не знаем, а Кен-кун не может объяснить. Сейчас с ним всё в порядке, он очнулся. — Он… терял сознание? — уточнила Хо. Да что там произошло-то? — Да. И у него поседела прядь волос у виска. Ох. Учитель бубнил что-то ещё, оправдываясь за какую-то ерунду. То ли, что плохо подумал о янки-мамаше; считал, что Канеки-сан красит волосы, а тут на тебе — почти на его глазах ребёнок упал в обморок и поседел. Ушёл без седины, обратно его принесли с сединой. И всё за каких-то пять-десять минут. Тут-то сенсею вспомнилась мама мальчика, которой так-то и позвонить надо. И теперь он попытался осторожно выяснить, что это за болезнь такая. — Ясно, — вздохнула Хо. — Это наследственное, не заразно, не бойтесь. В моей семье все быстро седеют, если волнуются, — соврала она. — Я сейчас буду. Скорую вызывать не надо, ничего страшного не случилось. — Не случилось?.. — Если бы случилось, мой сын поседел бы полностью. Хо бросила трубку. А ножик уже был у неё в руке. Открыть его не составило труда. Механически ведьма мазнула лезвием по ладони, получила в итоге полдюжины витаминок с мощным пожеланием здоровья, залечила наскоро ранку, бросила нож на дно сумки и рванула прочь из дома. В голове было пусто. Ну что за глупый ребёнок! Впрочем, он всего лишь повторил ошибки самой Хо. А ведь она надеялась, что подобного не случится. В отличие от неё самой, у Кен-чана есть учитель там, где Хо набивала себе шишки по незнанию. Помнится, в прошлой жизни из-за таких «шишек» предполагаемый срок её жизни сократился лет на десять-пятнадцать. К счастью, Курица до Хо ведьмой не была. И её-то ожидаемый срок жизни был полным. И седые прядки в чёлке Канеки Хо играли больше декоративную роль. Как знак, напоминание, что с колдовством шутки плохи. Да, дело всё же было в магии. И это почти ожидаемо, учитывая «моргание» связи с сыном. Связь, ярко горевшая на мысленном радаре ведьмы, потускнела. Даже отсюда Канеки Хо чувствовала, как слабенький колдун, которым был её сын, не то, что бы стал сильнее, а получил больший доступ к своим возможностям. Она тоже стала куда сильнее с появлением седины. Только пришлось заплатить жизнь за силу. Кен-чан, маленький негодяй! Твоя горе-мама суммарно старше тебя на чёртову прорву лет. Сила зависит от возраста, от пройденного опыта. Что ты такого не мог наколдовать, с чем бы не справилась она? Выкинув из головы лишние мысли, Хо быстрым шагом заспешила к младшей школе. *** — Мелкий, — позвала Хо, входя в мед-кабинет. — Я испугалась. Не пугай меня так больше, Кен-чан. Вторую половину уроков её сын уже прогулял, и Хо даже договорилась с учителями, что заберёт его сегодня домой, но так как «ничего страшного не случилось», завтра Канеки Кен снова будет в школе. — Мама, — тихо поприветствовал её мальчик. — Я теперь совсем как ты. В чёрных-чёрных волосах ребёнка торчал белый хохолок. Начиналась седая прядь от макушки, не там, где у мамы. Но общий мотив сохранялся. Вот такая они семейка, в полосочку. — Что правда, то правда, — покивала Хо, присаживаясь на табуретку рядом с койкой сына. — Но этим гордиться не надо. Не тебе ли я рассказывала, что такое техника безопасности? — Мне, — согласился ребёнок, склонив голову. — И каково же основное правило в нашем деле? — Чувствуешь, как что-то не получается — не колдуй, — послушно повторил Кен, поднимая на маму жалобные глазки. Кавай. Нужно быть сильной. — На, выпей таблетку. Почувствуешь себя лучше. Что ты пытался сделать? — Я хотел благословить моего друга. Удачей, — повинился мальчик. — Ты сама разрешила. Как бы да, но такой эффект не предполагался! Неужели, способности Кен-чана отличаются от её собственных? Может ли быть, что он имеет другие ограничения? Для самой Хо удача — одно из самых простых благословений. Проще только банальный телекинез. — Ты пожелал именно удачи? — Э… нет. Так. Хо приглашающе кивнула, показывая сыну продолжать. — Я уже желал ему удачи. Но, мне кажется, удача что-то сделала с ним. Он перестал… э… бояться. — Чего бояться? — Нарушить технику безопасности. Так. — Он при мне ткнул пальцы в розетку, хотя я знаю, что ему говорили, что так делать нельзя. Он гулял по парапету здания школы. Говорил, что с его удачей ему ничего не страшно. Так. Что тут можно сказать? Новый друг Кена — идиот. Или суицидальные наклонности ему свойственны от природы? У Хо удача тоже влияла на поведение людей, привыкших к ней. Это было легко заметить. Чистая психология и никакого волшебства! Осознав, что ты стал сверх-удачливым, некоторые дятлы теряли голову. А потом уже оказывалось, что колдовство-то и не спасает от всего. Глупость людская — это настолько опасная штука, что и магия не защитит. Но достичь подобного результата всего за неделю? Либо друг Кен-чана — всё же идиот, либо… Всё очевидно. Друг Кен-чана — просто маленький мальчик. Неопытный, бойкий, шальной. Такой же, как её малыш. — И? — Я… наблюдал за тем, как оно работает, — признал сын. — Почувствовал, как мое пожелание защитило Хиде. Но при этом само исчезло. Я еле успел пожелать новое. Хиде? Хм! Всё-таки Хиде. Хо видела это имя в классном журнале. Но она не собиралась ничего с этим делать. Знакома Хо была с ним опосредованно. Нагачика Хидеёши, друг Канеки Кена из канона «Токийского гуля». Пятнадцать лет спустя, возможно, у её сына не будет преданней друга, чем этот Хиде. От судьбы не убежишь, видать. И, похоже, этот мелкий стервец — суицидник с детства. «Токийский гуль» свидетель. Хо поджала губы. Она не могла не ценить ту одержимость, с которой аниме-Нагачика пытался помочь её аниме-сыну. Но здесь и сейчас, этот Нагачика Хидеёши не мультяшный персонаж. То аниме вообще было ужастиком. И её сын больше не один, она не допустит пыток, через которые прошёл его прототип. — Хиде не виноват! — осознав, о чём думает мама, воскликнул Кен-чан. — Я просто хотел… Наклонившись, Хо крепко-крепко обняла ребёнка. — Дать ему такую удачу, которая бы не вмешивалась по пустякам? — попробовала угадать ведьма. — Удача, работающая лишь при каком-то условии? Абстрактное действие с условием. Да, это могло вычерпать все силы ребёнка и довести до первой седины в пять лет. — Не знаю. Я сделал, как ты: мир по-прежнему красив! Ох. — О боже… — слабым выдохом вырвалось из Хо. — Это очень плохо, мама? Бледное лицо Хо было ответом ребёнку. Выдуманное волшебное пожелание всего и сразу? …Как ему объяснить, что такие маленькие мальчики от подобного и умереть могут? Сама Хо свои силы в *«хочу того, не пойми чего» *опробовала лишь недавно, и у неё добавилась вторая седая прядь. А Кен-чану пять лет! При том, что сила магии зависит именно от возраста! Так. Вдох. Выдох. Малыш жив. Даже уже здоров. И даже понял, что неправ. А как научить его узнавать свой предел? Хо задумалась. Обходить пределы похоже на заплыв за безопасные буйки. Только ещё и эффект таких заплывов накапливается. Словно в следующий раз ты плывёшь с того же места, откуда закончил в прошлый раз. И вся сила, что досталась тебе при преодолении предела, остаётся навсегда. Вот только такую же прибавку дадут и несколько прожитых лет. Зачем тогда спешить? Сама Хо считала, что спешить некуда и незачем, но свой мозг ребёнку не вставишь. Что поможет вовремя среагировать на сигнал «стоп, дальше нельзя колдовать»? Нужно чуткое восприятие собственного тела относятся к моторике и координации движений. Что помогают развивать координацию движений? Занятия спортом. Бинго. — Кен-чан, как ты смотришь на то, чтобы начать изучать боевые искусства? — улыбнулась Канеки Хо. — Если начинать, то сейчас самое время! Особенно, учитывая, что к тому моменту, как её мальчику стукнет девятнадцать, по всему Токио будут носиться террористические организации людоедов. — Отлично смотрю, мама! — Вот бы мой обормот так же считал, — произнес кто-то от двери в палату. Хо оглянулась. На пороге стояла девушка, держащая за руку маленького мальчика с ярко-рыжими волосами. — Канеки, братан! Ты как?!! — закричал ребёнок, едва увидев Кен-чана. Проскочив мимо незнакомой тёти, маленький чертёнок рыбкой нырнул поперёк кровати. Собрав руки-ноги, он уселся в рядом с сыном Хо, улыбаясь, как чеширский кот. — Хорошо, Хиде, — солнечно улыбнулся её мальчик. Кавай. Хо переглянулась с неизвестной матерью «Хиде». Молодые мамочки вместе оглядели своих отпрысков: неугомонного раздолбая и тихого, стеснительного диверсанта. Женщины понимающе усмехнулись друг другу. Противоположности притягиваются, ага. Вот ты какой, мелкий суицидник Хиде. У Хо сквозь добрую улыбку нервно задергался глаз. Похоже, намучается она ещё с этим Нагачикой Хидеёши.
Обновлено: 13.02.2026