Глава 48 — Глава 26.2 Другие отношения

Она невольно приближалась к нему, обнимала его за руку, или напрашивалась на его объятия, а так как на ней была надета широкая пижама, то, едва опустив голову, Хань Цзэчэн увидел то, что не должен был… Как же он раньше не обращал внимания на то, что она такая?.. Святых она же тоже с ума сведёт. Но что он мог поделать? Оставалось только терпеть. Составлять ей компанию за чтением книг. Он всегда считал себя сдержанным. Ему никогда не приходилось задумываться о вопросах самоконтроля и силы воли, потому что он был настолько сдержанным, что ему такие понятия были не нужны. Но теперь он обнаружил… Хотя нет, раньше обнаружил… что при встрече с Су Жо ему тяжело себя контролировать. В прошлом он ни за что бы не поверил, что у него действительно были похотливые наклонности… Хотя у Хань Цзэчэна не было другого выбора, кроме как поддаться ей. Но ещё он понял, что способен себя контролировать. Наверное, Бог специально послал ему Су Жо, чтобы она его извела. Когда пробило десять, и пришло время ложиться спать, мужчина забрал у неё книгу, прижал к себе и целовал, пока она не заплакала. Он обнял её и уложил в постель, а сам собрался спать на своей жёсткой складной дощатой кровати. Су Жо обняла его и прошептала: — Правда, почему бы тебе не переночевать здесь? Разве на этой кровати удобно спать? Хань Цзэчэн коснулся её лица и сказал: — Разве ты не хочешь поспать сегодня ночью? Су Жо замерла, подняв голову и встретившись с ним взглядом. Освещение в комнате было слабым, и казалось, что внутри девушки бушевали волны. На мгновение её сердце пропустило удар, и её охватила паника. Су Жо оттолкнула его, откинула одеяло и съёжилась на кровати, затем натянула одеяло до подбородка и пробормотала: — Иди спать. Хань Цзэчэн молча улыбнулся, глядя на неё, повернулся и выключил свет. * * * Похоть подобна ящику Пандоры. Если окунуться в неё с головой, то вернуться к прежним отношениям уже невозможно. Хотя Хань Цзэчэн всё ещё сдерживал себя, он не проявлял свои эмоции. Его жизнь, казалось, ничем не отличалась от прежней — но он не мог смириться с тем, как отношение Су Жо поменялось. Су Жо уже относилась к нему как к любовнику. Непринуждённое кокетство и близость будоражат сердца людей, поэтому, каким бы сдержанным ни был Хань Цзэчэн, они с Су Жо всё равно каждый день целовались и ласкали друг друга. Хотя их отношения сейчас казались ему одновременно и сладостью, и горечью, и всё же он не мог понять, чем их отношения были для него, наслаждением или пыткой. Особенно после того, как Су Жо несколько раз переставала быть пассивной. Ей доставляло удовольствие бросать вызов его сдержанности. Каждый раз, когда она собиралась использовать свой пистолет, она без раздумий стреляла и боялась только тогда, когда Хань Цзэчэн мог жестоко ответить на её забавы. Если бы Хань Цзэчэн не беспокоился о том, что через десять дней ей уже предстоит сдавать вступительный экзамен, он бы уже не выдерживал того, сколько раз она провоцировала его. Но несмотря на это, Су Жо его ужасно вымотала. Чуть ли не заставляла плакать. Но обычно он баловал её ещё больше. Он уже был к ней очень привязан. А теперь ещё сильнее. Даже если обыкновенно выражение его лица не менялось, на самом деле девушка и не подозревала, насколько сильно он о ней заботится. Не говоря уже о том, что Хань Цзэчэн не позволял ей брать на себя какую-либо работу по дому. И даже нижнее бельё они стирали вместе. Поначалу Су Жо было очень неловко, но мужчина сказал ей: — Тебе придётся делать всё самой, когда меня не будет рядом. Тогда сердце Су Жо пропустило удар, но она не понимала, смягчилось оно или сжалось от боли. Девушка сказала: — Я с детства делала всё сама. Она всегда сама справлялась со своими делами. Услышав её слова, Хань Цзэчэн взглянул на неё, затем опустил глаза и продолжил делать то, что делал. Но Су Жо всё думала о тех годах, которые она не помнила. Они были женаты уже пять лет, но практически не проводили время вместе. Подумав об этом, Су Жо оставила мужа в покое. Только по-прежнему настаивала на том, чтобы каждый день готовить ужин. Но иногда, когда он мыл посуду, Су Жо всё же сетовала: — Сначала я хотела взять Гого с собой в общежитие, когда поступлю в университет, но теперь сомневаюсь, что смогу это сделать. Она не шутила. Она ничего не помнила и не знала, как раньше заботилась о Хань Го. Но теперь Хань Цзэчэн каждый день купал Хань Го и сопровождал его на плавание и бокс по вечерам и по выходным… Девушка боялась, что не сможет как следует позаботиться о нём. По крайней мере, не так, как сейчас, когда она может сделать его таким счастливым. Хань Цзэчэн взглянул на неё. Он хотел сказать, что останется в военном округе, но так получилось, что сейчас он мог возвращаться домой каждый день. Но это не означало, что он сможет и в будущем каждый день ездить домой. Он принадлежал к полевой армии, что означало, что мирное время было не про них. Операции могли длиться месяцами. Так что он не только не мог сказать, что позволит Гого остаться, но даже не решался оставить её. Но день ото дня Су Жо чувствовала, что узнаёт его всё лучше. Похоже, невестка была совершенно права. Однажды Хань Цзэчэн принёс ей большой самоучитель по математике, физике и химии. Су Жо удивилась и спросила его: — Откуда у тебя это? Следует уточнить, что такие учебники продаются только в Шанхае, и каждый раз, когда появляются новости о том, что книжный магазин Синьхуа выставил их на продажу, посреди ночи у магазина выстраивается длинная очередь. Книгу распродают, как только открывается дверь. Так что обычным людям вообще не удаётся её купить. Хань Цзэчэн без выражения сказал: — Я слышал, что эти книги очень полезны, поэтому попросил кое-кого купить её тебе. — Но я… Су Жо хотела сказать, что у неё уже есть такая книга, но не договорила, когда увидела выражение его лица. У неё уже была такая книга, но в виде записей. Точнее, конспекты, которые дал ей коллега из школы коммуны в деревне Ханьцзя. А Хань Цзэчэн специально купил эту книгу и, вероятно, беспокоился по этому поводу. Су Жо ещё и каждый день донимала его с этой книгой. На мгновение девушка почувствовала себя одновременно счастливой и расстроенной. Она подошла к мужу, взяла за руку и, встав на цыпочки, поцеловала в подбородок, прошептав: — Спасибо.