Глава 31. За нацарапанную на авось летнюю домашку рискуешь тем, что родителей вызовут в школу
Это был не тот случай, когда успех приходит благодаря упорному труду. Нет, это было прямое нарушение законов человеческой физиологии. Поэтому таких, как он, чаще считали не гениями, а уродами.
Но только не в клане Зенин.
Здесь всё — и ниспосланный небесами дар, и проклятие, сковавшее тело, — считалось врождённым талантом. И Гинтоки умудрился занять странное, промежуточное положение.
В отличие от Тодзи, он обладал проклятой энергией, а потому не вызывал отторжения у большинства. Но в то же время его тело было куда крепче, чем у остальных, а сила — несоизмеримо больше.
Поэтому, за исключением Зенин Синро, которому доводилось сталкиваться с Гинтоки вблизи, остальные предпочитали лишь наблюдать со стороны.
Они не отвергали, но и не принимали его. Однако были вынуждены уважать его силу.
Они наблюдали — на каждой тренировке, во время каждой миссии. И даже эти обрывочные наблюдения складывались в единую картину, на которой Гинтоки стремительно рос.
Он вырос до такой степени, что теперь они держались с ним на равных, но в то же время ощущали, что смотрят на него снизу вверх.
Он вырос и стал тем, кто, не унаследовав клановой техники, оказался сильнее всех.
— Вам сюда, — Зенин Ранта склонился в почтительном поклоне, приглашая его войти. — Господин глава клана прибудет с минуты на минуту. Прошу вас немного подождать, господин Гинтоки.
Лицо Гинтоки оставалось непроницаемым.
Дурное предчувствие становилось всё сильнее. Его определённо ждал какой-то важный сюжетный квест.
Поместье располагалось в довольно занятном месте. Не на отшибе, но и не в центре. Единственной его особенностью была близость к тому самому особняку, где Гинтоки родился и где теперь жил Тодзи.
Тодзи мог бы добраться оттуда досюда максимум за пять минут.
Двор был чистым и ухоженным. Гинтоки было плевать, станет ли старый хрыч, который скоро явится, придираться к манерам. Он с комфортом растянулся на боку на веранде, прислушиваясь к мерному постукиванию сиси-одоси.
Солнечные лучи заливали всё вокруг, отбрасывая тёплые тени, а листья тихо шелестели на ветру. Гинтоки подпёр голову рукой, погрузившись в воспоминания и не пытаясь разогнать призрачные образы. У него на поясе висел боккен «Озеро Тоя». Слишком длинный для ребёнка, он идеально подходил Гинтоки.
— С возвращением.
Сказал он своему мечу.
Вот только ему самому этих слов больше никто не говорил.
В отличие от идиллии, в которой пребывал Гинтоки, в тёмной комнате, где собрались глава клана Зенин и два ряда высших чинов, атмосфера была далека от радужной. Все понимали, что лишь с трудом поддерживают видимость спокойствия, чтобы не довести дело до открытого столкновения.
Но даже при всей их сдержанности, в словах, которыми они защищали свои интересы, то и дело проскальзывала враждебность.
Этот совет собрался слишком быстро, слишком внезапно. Никто, кроме главы клана, не ожидал, что в преддверии смены власти могут возникнуть новые проблемы.
Обычно им нужно было лишь договориться с новым главой, выдвинув ряд предложений, не ущемляющих ничьих интересов, и тем самым гарантировать, что реальная власть останется в их руках, кто бы ни сидел во главе стола.
Однако.
Они бросили взгляд на Зенина Наобито, стоявшего рядом с главой клана. Даже в такой обстановке этот мужчина вертел в руках свою тыкву-горлянку с саке, всем видом показывая, что ему скучно до чёртиков и лучше бы выпить.
Очевидно, старый и новый главы сговорились, чтобы продавить реформы.
И что это была за реформа? Выделить часть людей из отряда Хей для обучения детей? Не смешите. Пусть формально отряд Хей и подчинялся только главе клана, но в нынешних условиях, когда его власть можно было легко свести на нет, Хей стал вооружённым формированием верхушки клана.
Захотел уйти на покой, да ещё и прихватить с собой боевую единицу? Мечтать не вредно!
Чем больше они думали, тем сильнее закипали. Наконец один из старейшин, выдержав театральную паузу, медленно произнёс:
— Отряд Хей состоит из магов первого ранга, признанных всем магическим сообществом. Это сильнейшая вооружённая организация нашего клана. В нынешнее время, когда магов катастрофически не хватает, как можно отвлекать их на подобные глупости?
На самом деле, на магическое сообщество им было плевать. Когда снаружи творился хаос, они не спешили задействовать Хей. Но мысль о потере контроля над боевой силой была абсолютно недопустима.
— Вот именно! Жертвовать драгоценным временем ради обучения каких-то детей, когда на кону стоит безопасность всего мира магов… Пф-ф, они ещё даже не определились со своими техниками. Как их можно считать полноценными членами семьи? Вопросами образования следует заниматься после шести лет.
Образование до шести лет полностью ложилось на плечи матери. А после шести, если ребёнок наследовал технику клана Зенин, его, конечно же, не обделяли вниманием.
— Верно, тратить силы на сопляков, да ещё и отвлекать на это отряд Хей... Всё это — полнейший бред!
Старейшины всё больше распалялись, и после такого блестящего отказа один из них не удержался:
— И надо же было выбрать Зенина Наобито. Хмф, силы у него в избытке, а вот манеры оставляют желать лучшего. Что подумают о нас другие Три великих клана, когда увидят такого главу?
Зенин Наобито, прислонившийся к креслу главы клана, тут же ухватился за его слова.
— Ах, вы, видимо, не в курсе. У нынешних детей не то что с манерами — с воспитанием в целом беда, — Зенин Наобито достал лист бумаги.
Это был отчёт Гинтоки о задании.
— Э-это! — последний выступавший старейшина ошарашенно застыл.
Какой позор! Да если бы ему сказали, что это отчёт не отпрыска клана Зенин, а какого-то дикого мага, подобранного на улице, он бы всё равно решил, что в ряды магов затесалась паршивая овца.
Но паршивая овца оказалась из их собственного стада!
Зенин Наобито продолжил наступление:
— Говорить, что воспитанием занимаются матери, — это всё красивые слова. На деле же они просто пускают всё на самотёк. И вот результат — ребёнок, в голове которого нет ни малейшего понятия о приличиях. Боюсь, ещё лет сто, и о репутации клана Зенин можно будет забыть.
Говоря это, Зенин Наобито невольно представил себе клан, кишащий Гинтоки.
И едва сдержал смех.
Он кашлянул пару раз и с важным видом заявил:
— Хотя бы ради сохранения лица нам следует продвигать план по обучению детей.
У старейшины затряслись пальцы.
Предложение было до смешного логичным. Если всё отдать на откуп родителям, а те и не пошевелятся, то что же вырастет из детей? Но неужели они проиграют из-за какого-то мальчишки? Он не мог смириться! И тут же сменил тему:
— Приведите его мать и накажите! Как она посмела воспитать такого негодного ребёнка! Во что она ставит правила нашего клана?
— К сожалению, его мать покинула клан Зенин. Согласно проклятию, мы не можем насильно вернуть её.
— Проклятию?! — лицо старейшины исказилось от изумления. В его голосе прозвучало чистое недоверие.
Простая матка, родившая отброса, должна была сгинуть в самом тёмном углу поместья, слившись с тенью и пылью, гнить там в страданиях!
Но она ушла? Покинула клан Зенин? Да ещё и заключила проклятие?
Три немыслимых события произошли одновременно!
Обновлено: 22.01.2026