Глава 16 — Глава 16. Минус на минус плюса не дает

Глава 16. Минус на минус плюса не дает Гинтоки был не одинок в своей битве. Зал был заполнен черной, колышущейся массой людей. Сжимая в потных ладошках клочки бумаги, эти несчастные, потратившие бесчисленные скучные дни и ночи ради мгновения призрачного чуда, вместе с ним вскинули руки с зажатыми ставками. — Да как вам не стыдно?! Верните деньги!!! Проорав это, Гинтоки яростно почесал затылок. Нет, стоп. Он же должен был выиграть. Он *обязан* был выиграть. Зачем ему возврат? Пусть выплевывают выигрыш, да еще и с процентами! — Приносим извинения, уважаемые гости. В зале по неизвестным причинам произошел сбой сигнала. Результаты будут объявлены сразу после буферизации. Гинтоки поднял взгляд на экран, где бесконечно вращался значок загрузки. — … Тревога нарастала. Она проявлялась в дрожащих руках, холодном липком поте и нервном хождении туда-сюда. У Тодзи от этого мельтешения уже голова шла кругом. Он ухватил Гинтоки за шиворот, как нашкодившего котенка. Тот даже не сопротивлялся. Дано: у Гинтоки есть некое подобие удачи в азартных играх. Но, во-вторых, эта удача большую часть времени обходит его сторону за километр. Он с мукой во взгляде уставился на билет в руке Тодзи. А что, если это тот самый шанс, который выпадает раз в тысячу лет? Если он сейчас поменяется билетами, сможет ли он обмануть злобный замысел автора этого мира? После секундного колебания он молниеносно выхватил билет у спутника, сунув ему свой. Тодзи прекрасно понял, что произошло, но не видел смысла вмешиваться. Потенциально выигрышный билет теперь у него. А это почти то же самое, что выиграл он сам. В конце концов, на ставках имена не пишут. Иначе и Тодзи, и Гинтоки давно бы вышвырнули из казино пинком под зад. Гинтоки с непонятным облегчением выдохнул. Тодзи же, напротив, с легким любопытством ждал, удастся ли Гинтоки затащить его на дно или наоборот — вознести к вершинам. Оба, затаив дыхание, уставились на огромный экран. Значок загрузки наконец исчез, и монитор показал повтор финиша. Номер 11, лошадь по кличке 【Рекламное место сдается】, гордо вскинула уши, пересекая черту. А вот 【Циклонная Нео Армстронг Реактивная Генераторная Пушка】 перед самым финишем по какой-то неведомой причине высунула язык, склонила голову набок и начала танцевать крабий танец. — Да какого чёрта?! Вам что, так сильно нужна реклама?! Нет у нас никакой рекламы, ублюдки! — Гинтоки в ярости вскинул билет, но выбросить не решился. Он метнул взгляд на строчку с 【Взрывной Перченой Пышногрудкой】 и обнаружил, что эта кляча пришла второй. Нет, ну почему?! Гинтоки принялся трясти Тодзи за плечи: — Кто вообще ставит на победу?! Надо было ставить на призовое место! Тогда бы точно заработали! *Прим.: Ставка на победу (Tanshō) — нужно угадать лошадь, которая придет первой. Ставка на место (Fukushō) — нужно угадать лошадь, которая войдет в тройку лидеров.* 【Взрывная Перченая Пышногрудка】, которая до этого увлеченно пыталась укусить себя за хвост, на повороте каким-то чудом обошла целую кучу соперников. Вот она, сила главного героя. Хотя в мозгу Гинтоки сейчас пульсировали только огромные красные буквы. Жизнь кончена. И еще одно. Удача Тодзи — это вообще какая-то катастрофа! — Да как вам не стыдно?! Верните бабки!!! На этот раз крик Гинтоки был полон искренней, неподдельной боли. Нищий пацан так и остался нищим пацаном. Выплеснув всю душевную боль в этом крике, Гинтоки почувствовал себя выжатым как лимон. Он с видом человека, познавшего тщетность бытия, поднял глаза к небу, ища там поэзию и дальние дали. — Тодзи... Небо такое синее... Всё вокруг окрасилось в синий цвет тоски, включая их измотанные тела и души. Трудно понять, зачем нужно было тормозить на финишной прямой. Ещё труднее осознать, откуда у лошади такая страсть к крабьим танцам. — Хочу краба... — пробормотал он, глядя в пустоту. Будь это до похода в казино, Тодзи, сорвавший куш, без проблем отвел бы Гинтоки набить брюхо. Тодзи никогда не жалел денег: заработал — потратил — заработал. Это был бесконечный цикл. Наблюдая, как купюры утекают из кармана, он чувствовал, как его утомленное сердце ненадолго отдаляется от этого раздражающего мира. Но сейчас перед Гинтоки стоял Тодзи, который уже сделал ставки. И в его карманах было чище, чем на лице младенца. Крабы, эх, крабы. — Есть одно место, где их точно можно поесть, — задумчиво произнес Тодзи. Должны быть, по идее. Он не мог дать гарантию, но Гинтоки удовлетворить легко: он не привередлив и ест быстро. Даже если крабов не будет, гора суши поверх горы суши заставит его вопить от восторга, называя это высшим классом. — Серьезно? — Гинтоки ляпнул про краба просто так, не ожидая, что Тодзи реально сможет это устроить. Вот что значит связи! Кто этот святой человек, раздающий крабов бесплатно?! В тот же вечер их, упакованных в приличную одежду, доставили в клан Годжо. Гинтоки: ? Впрочем, ничего удивительного. С того самого момента, как родился Годжо Сатору и о его существовании было объявлено миру, всё магическое сообщество замерло в ожидании. Люди жаждали увидеть чудо, накопленное кланом Годжо за пятьсот лет, — легендарного обладателя Шести глаз. Они ждали его пробуждения в шесть лет. Ждали, пока клан Годжо официально не признает: мальчик готов. Оценивали не только его имя и силу, но и внешность — эти глаза цвета небесной лазури, которые теперь можно было явить миру. — Так вот оно что... — протянул Гинтоки. — Это типа как редкая зверушка в зоопарке? Настолько редкая, что какой-нибудь принц-идиот с другой планеты захочет забрать её в коллекцию? Подумаешь, голубые глаза (ну ладно, со спецэффектами). У Гин-сана вообще красные! Такого тут ни у кого нет! Красный ведь круче! Хоть это и глаза мертвой рыбы. — Не цепляет, вообще не цепляет, — бурчал Гинтоки, шагая прямиком в специально подготовленный банкетный зал в японском стиле. Среди фальшивых улыбок и атмосферы, пропитанной сделками и выгодой, Гинтоки и Тодзи с невозмутимым видом направились к шведскому столу. Вообще-то, клан Зенин, даже отправляя делегацию, не стал бы уведомлять этих двоих. Точнее говоря, их бы не уведомили ни о чём, что бы ни случилось. Семейные посиделки для укрепления связей? Проверка лояльности? Тодзи игнорировали полностью, а положение Гинтоки было еще более неловким. Что-то вроде: «Мы строго требуем выполнения порученных заданий, но если провалишь — плевать. Максимум урежем пайку твоей мамаше, которая сбежала из клана». Типичные капиталисты: говорят, что не заставляют работать сверхурочно, но создают условия, в которых без переработок не выжить. Так что, по сравнению с этим, статус Гинтоки в клане Зенин был, скажем так, «неловким, но терпимым». Во многом благодаря его полезности. Он делал всё, что скажут, словно работая в «Мастерской на все руки». Тодзи смешался с толпой с невозмутимым видом, а Гинтоки нагло увязался следом. В клане Зенин никто даже не пикнул. Даже Зенин Наоя, который был главным героем этого визита (посмотреть мир, пообщаться с Шестью глазами из Годжо), не высказал претензий. Черноволосый черноглазый мальчишка, прижавшись к стене, следил за ними. Он выглядел так, словно Ханако-кун вылез из своей кабинки в туалете и решил сменить профессию на сталкера. Жуть пробирала до костей. Гинтоки, прекрасно знакомый с повадками сталкеров, рефлекторно напрягся. Сработала та самая струна, которая сигнализировала: «Сейчас пнут». Но тут же он почувствовал неладное. При чем тут он? Даже если это сталкер, он должен преследовать Тодзи, верно? Отношения Гинтоки и Наои можно было охарактеризовать как вражду или, в лучшем случае, конкуренцию. Подумав об этом, он мысленно ослабил напряженную струну и на всякий случай отошел от Тодзи подальше. Тодзи: ?