Глава 43 — Глава 1. Эпизод 36. Все же мать есть мать

Эпизод 36. Все же мать есть мать Распрощавшись с господином Гласто, мы вернулись домой. Уже давно наступил вечер и неуклонно близилась ночь. Я окинул взглядом свое тело, грязное и израненное. У меня не было серьезных повреждений, зато ссадин, порезов и синяков хватало. То же самое было и с Мари, папа же с господином Гласто совсем не пострадали. Скорее бы попасть в дом и помыться. Отец отвел лошадей в конюшню и сразу же вернулся. Мы открыли парадную дверь и уже собирались войти, как вдруг папа замер на месте. Обернувшись, я с удивлением спросил: "В чем дело? Ты не заходишь?" "Отец? Что-то ты неважно выглядишь". "Н-нет... нет, все хорошо... ничего страшного..." Ну разумеется, ничего, так я и поверил. Честно говоря, я был настолько вымотан, что меня бы уже ничто не удивило. В чем же все-таки дело? Никогда еще не видел своего отца таким. Он всегда казался суровым и надежным, сейчас же больше напоминал испуганного зверька. "Давайте зайдем". "Что? Угу". Голос отца был хриплым и дрожащим. Мы с сестрой переглянулись и вошли в дом. "Мы вернулись". "Мама, мы уже дома". От входной двери через гостиную было хорошо видно кухню. Похоже, мама готовила там ужин. Заметив, что мы дома, она подбежала к нам. "Боже мой, наконец-то вы вернулись..." Выражение маминого лица было жестче, чем обычно. Да что вообще происходит? Она, как и всегда, встречала нас с улыбкой, но что-то в ее улыбке явно было не так. Она не была мягкой, скорее, немного пугающей. Озадаченный, я вопросительно посмотрел на сестру, но та лишь покачала головой. Видимо, она тоже ничего не понимала. Все это время отец стоял позади нас. Обернувшись, я увидел, что в его глазах застыли слезы. Невозможно... Не успел я спросить, в чем дело, как раздался тихий голос мамы: "Здравствуй, дорогой". Мама продолжала улыбаться, но явно была рассержена. Страшно. Я впервые почувствовал, что боюсь ее. Мы с Мари были встревожены и подавлены. Папа явно был напуган больше нашего, но все же шагнул вперед, следуя за мамой. Вскоре они скрылись в гостевой комнате в дальней части дома. "Что происходит?" - хотел было воскликнуть я, но тут... "Дорогая, я... А-а-а-а-а! Стой, не надо! Успокойся, Эмма!" Раздался крик отца. В это же время до моих барабанных перепонок донесся глухой стук. От этого звука по комнате прошла вибрация, и я снова услышал голос отца: "Прости, я виноват! Так, только не подсвечник, только не подсвечник в углу, пожалуйста! Нет, нет, нет, нет! Прошу, остановись! Пока еще не слишком поздно! А-а-а-а-а-а-а-а!" В течение следующих нескольких минут вопли звучали непрерывно. А затем они внезапно прекратились. Наступила тишина. От этой внезапной тишины, как в ужастиках, мои барабанные перепонки заболели. Охваченные ужасом, мы с Мари молча смотрели на дверь в комнату, в которой они находились. В следующее мгновение дверь с громким хлопком распахнулась. Там стояла наша улыбающаяся мама. От того, что мы увидели за ее спиной, мы с сестрой лишились дара речи. Отец лежал без сознания. Он судорожно подергивался, поэтому не было сомнений, что он жив, но он точно был не в порядке. Когда мама закрыла за собой дверь, мы с Мари напряглись. Неужели нас ожидает та же участь? "М-мы зашли слишком д-далеко, да? Мы б-были слишком эгоистичны? Мама всегда была так великодушна..." "Не-не-неужели нас... у... убьют?!" Нет, конечно, нет. Или?.. Жаль, что я сейчас не могу спокойно обдумать ситуацию. Когда люди, которые обычно не злятся, вдруг впадают в ярость, это очень пугает. "Присаживайтесь". На лице мамы сохранялась привычная улыбка, но глаза ее не улыбались. Несмотря на спокойный тон её голоса, мы испугались и мигом сделали то, что нам сказали, сев на стулья. Мама села напротив нас и тихонько вздохнула. "Я знаю, что произошло. Вы, детишки, отправились убивать демонов, не так ли?" "...д-да". Мама снова вздохнула. Обычно она так не реагирует. Она либо сердито фыркает, либо улыбается и говорит, что все в порядке. Папа иногда что-нибудь говорят, но мама, как правило, нет. Конечно, она тоже сердится, когда мы поступаем слишком эгоистично, но если она нас и отчитывает, то мягко, говоря: "Это было нехорошо" или "Тебе не следовало так поступать!" Поэтому нас обескуражила ее реакция, и в то же время мы почувствовали вину за то, что сделали что-то очень неправильное. "Я не пытаюсь переложить вину на вас, дети, так что не пугайтесь так сильно". С усмешкой произнесла мама, вновь став нежной и ласковой. Услышав это, мы с Мари испустили внутренний вздох облегчения. Похоже, она не сердится. По крайней мере, не на нас. "Ваш отец заранее мне все рассказал. Он не был уверен, правда ли вы собираетесь драться с демонами, но знал, что вы задумали нечто опасное, потому и отправился посмотреть, чем вы занимаетесь. На самом деле все в порядке. Дети вашего возраста нередко отправляются охотиться на демонов. Ваш отец был с вами, значит, вам ничто не грозило". "Тогда... это... почему?.." Почему она так поступила с нашим отцом? Я хотел ее спросить, но от страха мог лишь невпопад ронять слова. "Возвращаться домой изможденным, со шрамами и синяками по всему телу - это уже не нормально. Я знаю, что Мари хочет быть сильной, а Сион - изучать магию. Видимо, именно поэтому вы решились на бой с демонами. Но вы, ребята, все еще дети. Как бы умны, рассудительны и зрелы вы ни были, вы не перестаете быть детьми. Поэтому взрослые, в особенности - ваши родители, должны заботиться о вас". Мы с Мари еще раз осмотрели друг друга. Мы определенно не выглядели так, будто весь день играли на улице и вернулись домой, измазанные грязью. Одежда сестры была изодрана в клочья, а тело покрыто шрамами и синяками. Её лицо потемнело от усталости. Ребенок ни в коем случае не должен так выглядеть. "Знаете, когда этот... ваш отец увлекается, он часто не замечает, что происходит вокруг. Полагаю, он хотел воспользоваться шансом и дать вам как можно больше опыта в борьбе с демонами, верно?" В точку. Господин Гласто тоже говорил что-то подобное, мол, нет смысла спорить с отцом, когда он такой. Кстати, об участии Гласто лучше не упоминать... "Это была ваша первая охота на демонов, и все же он заставил вас пойти на нечто безрассудное. Вот почему ваша мамочка так разозлилась. Похоже, ваш отец считает, что вы оба достаточно хорошие бойцы, и в этом я с ним согласна. Однако, как я и сказала, вы все еще дети. Есть черта, пересекать которую не следует. Не поймите меня неправильно. Мамочка готова поддержать вас обоих, чем бы вы ни хотели заниматься. Есть вещи, делать которые просто не принято, но я не стану запрещать что-то лишь потому, что это необычно. Ваши жизни - это ваши жизни. Даже мы, родители, не должны навязывать вам свое мнение". Мама сделала паузу и медленно перевела взгляд на нас с сестрой. "Пока вы не унижаете людей и не причиняете им боль, вы можете делать все, что захотите. Не нужно сдерживаться лишь оттого, что вы дети. Вы можете учиться магии, фехтованию, чему угодно. Мама просит вас лишь об одном: берегите себя. Какой бы ни была ситуация, не делайте ничего, что может привести вас к гибели. Я хочу, чтобы вы ценили свою жизнь". Она придвинулась к нам и заключила в свои объятия. "Будьте живы, и ваша мамочка будет счастлива. Будьте счастливы сами, и она будет еще счастливее. Так что живите, как вам нравится". Теперь все понятно. Она волновалась за нас. Боялась, что с нами что-то случится. И когда она увидела, в каком виде мы вернулись, то поняла, что мы подвергали себя опасности. И я, и Мари хотим стать сильными, но, возможно, нам не обязательно делать это сегодня. "Мама... прости, что заставили тебя беспокоиться". "Мамочка... прости, что ушли, не сказав, куда". "Ха-ха-ха, все в порядке. Это здорово, когда дети понимают своих родителей и делают то, что они им говорят. Но у вас обоих есть свои мысли. Они могут не совпадать с тем, что думаем я или ваш отец, однако это не значит, что они неправильные. Так что, может быть, в следующий раз вам стоит с нами посоветоваться?" "Ты права, мама. Отныне я буду все обсуждать с вами". "И я, я тоже! Я обязательно буду обо всем рассказывать мамочке и папочке". "Спасибо вам обоим. Только не надо стесняться. Мы скажем вам, если посчитаем, что вы неправы, но если это будет для вас важно, мы постараемся вас поддержать. Просто помните об одном: мы с вашим отцом на вашей стороне. Что бы ни случилось, что бы ни произошло, мы всегда будем рядом с вами обоими". Согреваемый теплом маминого тела, я постепенно успокаивался. Усталость, которую я чувствовал только что, исчезала, будто это была иллюзия. Не думал, что когда-нибудь мне будет так тепло и уютно. Пока я жил в Японии, мне всегда было неспокойно. "Хорошо, что я попал сюда", - в очередной раз подумал я. "Ну все, разговор окончен. Может, примем ванну перед ужином? Я уже попросила жителей деревни наполнить ее горячей водой". "Да, с удовольствием!" Сестра с радостью согласилась. В этом мире есть ванны, но они не особо распространены. Здесь нет водопровода, воду приходится кому-то таскать, поэтому ванны в основном принимают богатые люди, например, аристократы. Поскольку в нашем доме нет слуг, горячую воду для ванн готовят деревенские жители. Разумеется, им за это платят. Я стараюсь принимать ванну каждые несколько дней. Если бы я родился в обычной семье, я бы не мог позволить себе такую роскошь. Кстати, сколько я себя помню, я всегда принимал ванну один или с отцом. Почему? Думаю, догадаться нетрудно. "Почему бы тебе сегодня не присоединиться к нам, Сион?" С мягкой улыбкой спросила мама. Ее лицо было таким добрым, что я не мог отвести от него взгляд. Что же мне ей ответить? Я почти никогда не купался с мамой. С тех времен, когда я был совсем маленьким, - ни разу. Она моя мать. Мы связаны кровным родством. Наверное, мне не стоит из-за такого беспокоиться. Но ведь в душе я старше ее. Пусть она моя мать, она моложе меня, и мы с ней разного пола. У меня смешанные чувства по этому поводу, но в конечном счете мне не по себе от мысли увидеть ее обнаженной, поэтому до сих пор я всеми силами этого избегал. Хотя, возможно, я зря так много думаю. Не знаю. "Э-э-э... ну, я..." Поняв, что я хочу отказаться, мама погрустнела. "Давай же, Сион. Мы постоянно отдаляемся друг от друга. Может, сделаем это хотя бы сегодня?" "Не... нет". "Никаких "нет"! Ты идешь с нами! Ты такой же липкий и грязный, как и я, так давай просто пойдем и помоемся!" Зря Мари думает, что все так просто. Но она тоже в чем-то права. Я бы хотел как можно скорее избавиться от всей этой грязи. Кроме того, не так уж часто мама просит меня что-то сделать. Обычно она ни к чему меня не принуждает, поэтому в такие моменты мне трудно отказать. "... хорошо". "Мы сделали это! Ха-ха-ха! Пойдемте же скорее!" Услышав мой ответ, она радостно рассмеялась. Эх, разве можно с ней спорить, когда она делает такое лицо... Видя, как она прыгает по комнате, выражая свое счастье, я окончательно смирился. Взявшись за руки, мы с мамой и Мари дружно отправились в ванную. Спасибо, что прочитали!