Но из образовавшегося прохода начали выходить новые скелеты. Продолжая идти напролом, мне удалось добраться до середины их рядов. Это и пугало, дальше конь шел с трудом, рука без устали махала топором. Иной раз при взмахе вверх вместе с топором летели кости. Продвигаясь вперед, заметил, как я становлюсь все ниже и ниже. Поглядев под ноги, ужаснулся: валявшиеся руки и ноги, вцеплялись в коня и отрывали куски мяса. Соскочив с него прямо в толпу, поднялся на ноги и начал косить топором как косой. Но кто-то ударил по руке, и топор остался в чьем-то черепе. За спиной раздался свист, успев прикрыться щитом, ощутил, как град из булыжников прошелся по нему, сбив меня на землю.
Немного полежав, я с трудом поднялся и заметил открывшийся коридор. Вытащив меч, как одержимый спортсмен на дальние дистанции, побежал вперед. Почти пробежал весь путь и уже вступил на развалины стены, как сильный удар в спину подкосил меня. Выгнувшись от боли, я обернулся: под ногами валялась палица Петра. Беглым взглядом окинув весь тыл, я заметил, как куча скелетов держат за руки и ноги Петра, срывая с него доспехи. Рядом стоящий скелет поднимает предметы и кидает в кого не попадя.
От сильной боли я не сумел встать, поэтому пополз на четвереньках по развалинам. Путь был свободный, на пустой улице бегали лишь собаки, не верящие своему счастью.
– Счас отметелю, как щенков на привязи! – хриплый голос Петра за спиной продолжал доноситься до моих ушей.
Не обращая внимания, я полез вперед, проползая переулок за переулком, пока вскоре не увидел дом, где сидели старики. Он стоял неподалеку от крепости, но ворота в крепость были нараспашку.
– Значит так? – удивился я.
Не успев двинуться дальше, увидел, как из крепости выходит очередная толпа скелетов. Чтобы не столкнуться с ними, я решил заползти в дом стариков. Домишка была старый и ветхий, дверь вообще отсутствовала, вместо нее висело покрывало. Заползя за него, наткнулся на неожиданную картину. Около десятка дедов сидели в трансе. Сразу поняв, в чем тут дело, я снова согнул кисть, арбалет уже был разложен. Первой стрелой свалил рядом сидящего на полу: поскольку в доме эта комната была наибольшей, они все сидели на полу вдоль стенок.
Мысленно сказав спасибо Ути за семизарядный ручной арбалет, повалил еще пятерых, остальные продолжали сидеть, как ни в чем не бывало. Полностью погрузившись в транс, и, видимо, управляя скелетами, они не ведали, что творится рядом. Превозмогая боль в спине, я поднялся, и, обходя по кругу, ссекал головы.
– Теперь можно проверить теорию, – выдохнул я.
Медленно подойдя к покрывалу, аккуратно выглянул наружу. Толпа скелетов продолжала маршировать мимо. Дождавшись, пока они не пройдут, вышел из убежища и пошел к крепости. Войти внутрь не составило труда, все двери нараспашку, а охраны нет. Обходя комнату за комнатой, я заметил одно совпадение. Они все были пусты, даже мебели не было. Рыскать по крепости можно бесконечно, но, прикинув в уме, где обычно бывают комнаты королей и людей, занимавших высокий пост, пошел искать дальше.
Чутье и догадки меня не подвели, наткнулся на длинный коридор, в котором стояли десять охранников. Охрана была вооружена лишь палками, к тому же они были людьми.
– Шли бы вы отсюда! – громко сказал я, но остался не услышанным.
Подойдя к первой паре, сразу убил левого, а, замахнувшись на второго, заметил, как он закрыл глаза. Вначале мне стало жалко его, но, подавив в себе эмоции, воткнул меч в живот. Труп охранника медленно опустился на пол. Из раны чуть не фонтаном била кровь. Выдернув меч, ускорил процесс кровоизлияния.
Тихим шагом подошел к следующим, и так же заколол. Когда подошел к двери, за спиной лежали десять трупов. Толкнув дверь плечом, я зашел в зал, где сидел на троне Евремей, а перед ним четыре ряда по пять человек в каждом. Они все были в трансе, мое присутствие в зале обнаружил лишь Евремей. Он следил за стариками и его испуганный взгляд упал на меня. Подойдя к старикам, я начел резать их, пока последний не упал с окровавленной головой. Увидев, как я расправляюсь с колдунами, Евремей кинулся ко мне. Без всякого оружия, он начал пытаться ударить меня. Но получив рукоятью меча по носу, он упал на пол и застонал.
Убрав меч в ножны, я схватил мальчишку за воротник и потащил его к трону. Воткнув его головой в спинку трона, для профилактики ударил по спине, достал копию мирного договора. Кое-как выгнувшись, он все же сел правильно.
– Ну что, подпишешь? – серьезным голосом спросил я.
Он сидел и глядел на меня, привыкший с детства к тому, что все делается только так, как он хочет. Евремей не мог смириться с тем, что кто-то заставляет его подписывать мир.
– Писарь! – закричал он.
Из двери за троном вышел человек с подносом. На подносе лежало перо и рядом чернильница. Схватив перо, он быстро подписал и кинул перо в писаря.
– Да, кстати, я заберу всех коней, каких найду! – я улыбнулся и пошел к выходу.
Проходя мимо двери, я услышал за спиной детский плач. По всей видимости, он не смирился со своей ошибкой. На выходе у крепости меня ждал Петр с ликующей толпой. Ко мне подошел Кевин и серьезно спросил:
– Ты с самого начала знал о скелетах. Почему ничего не сказал другим?
– Я лишь знал, что будет что-то необычное. Ведь приехав сюда, меня встретил Евремей и старики, одетые в дорогие наряды. По ним легко было догадаться, что это колдуны.
– Во, голова, с тобой и в бой идти не страшно, – засмеялся Петр.
Но смех оборвался, под ногами зашаталась земля, и все вокруг запрыгало. От сильной тряски я упал и лежал на животе, озираясь по сторонам. Виновник не заставил себя долго ждать. Из-под земли на расстоянии десяти метров от меня вылез гигантский скарабей.
– Вот хрень! – доставая меч, я сильно трясся.
Толпа людей кинулась на жука, но он лихо орудовал лапами, раскидывая в разные стороны воинов. Поднявшись на ноги, я увидел, как Кевин махал руками и уводил людей к лесу, запрещая им сражаться с жуком. Дело дошло до того, что скарабей погнался за толпой на поле. За ним следом бежал Петр, сильно хромая на левую ногу.
– Петр, что он делает? – крикнул я следом.
– Уводит к орудию. У нас остался заряд гарпуна, – ответив, он побежал дальше.
– Блин, кто-то становится умней меня.
Первые два шага сразу заявили о летающих безделушках. Сильная боль в спине не проходила даже после массажа землей. Тихим шагом идя следом, я не поспевал за ними, но видел, как скарабей шел целеустремленно на Кевина.
– Петр, у меня еще лучше мысль, Петр, стой!
Хромая, мускулистый мужичок остановился и поглядел на меня.
– Тащи веревку!
– Ну нет, мы его прихлопнем – и точка! – ответил он, быстро поскакав на целой ноге в поле.
Вскоре они скрылись из виду за переулками. Когда я дошел до поля, то толпа людей уже добивала гигантского жука длиной около двенадцати метров и пять шириной.
В нем торчала стрела, предназначенная для выбивания ворот, пройдя через голову, она вышла из брюха. С наконечника стекала зеленая кровь, но скарабей не умер, он долго сопротивлялся, правда, уже не так активно. Подбежавшие люди всеми способами пытались перерубить ему лапы. Кто-то для надежности срезал две задние. Находясь на приличном расстоянии, я все равно почувствовал запах внутренностей скарабея. Зловоние заставило меня призадуматься. Решив не спорить с их действиями и тихо уйти, я пошел в лес, где был разбит лагерь. Найдя флягу с вином, прилег возле ближайшего дерева и спокойно наслаждался вкусом вина и победы.
Как всегда незаметно подкрался Кевин, присев рядом, он взглянул на меня.
– Ты любишь неоправданный риск! Это когда-нибудь погубит тебя.
– Я даже не успел ударить его, даже бросить камень в его сторону, – тихо ответил я, выражая обиду.
– Брось, еще успеешь, – передразнил он меня и взял флягу.
– А тебе не рано? – я взглянул на него и понял, что выгляжу дурачком.
Кевин спокойно глотал вино и даже не морщился, будто я сидел рядом с профессиональным алкашом. Но по его зеленым глазам можно было увидеть, как после каждого глотка глаза косели сильней и сильней. Протянув мне флягу, он глядел в никуда. Я быстро понял, в чем дело, и, допив флягу залпом, выбросил в сторону.
– Не хочешь пройтись? – предложил ему.
Парнишка привстал и, зашатавшись, взялся за дерево. Опираясь на него, он встал полностью, но, сделав пару шагов, рухнул на землю. Я знал, что вставать ни в коем случае нельзя: на своем опыте проверил. Зато теперь Кевин мирно спит, а если бы сидел, то бубнил бы до утра. Перепуганный Петр прихромал к нам.
– Что случилось? Что с ним, а?
– Напился и вырубился, прямо лицом вниз, – объяснил я.
Петр покачал головой и взвалил на плечо Кевина, похромав куда-то дальше. Меня поражала сила этого глупого друга, неся Кевина как пушинку, с больной ногой, он еще и руками махал, чтобы ему уступили дорогу. Поглядев на небо, я невольно затосковал по родине. Мне сильно хотелось домой, но не в тот дом, что отстроен на тридцать шестой территории. Мне хотелось в свой мир, правда, вспомнив, что там я был никто, резко перехотелось, ведь здесь меня знают и чтят. Вернувшийся Петр показал мне кулак.
– Еще раз споишь…– но не успел он договорить, как я перебил его.
– Знаю, лучше сделай доброе дело. Выключи меня.
Я не раз просил Петра об этом, когда сильно напивался и начинал буянить. Не раз наутро я жалел о просьбе, отмывая кровь и глядя на почти сломанный нос. Но Петр всегда знал свое дело, подняв одну руку, вторую я увидел мельком.
Обновлено: 16.02.2026