– Ну что, я был прав, они добрались до вас. А вы не верили, даже зуб выбили. Сейчас, наверно, думаете, как бы оправдаться! – прочавкал он.
– Уже придумал, они были не на моей земле.
– Ага, как же. Я готов забыть все обиды, если ты поклонишься мне в ножки, на площади, прилюдно.
– Вы меня позвали ради этого?
– Ты приехал получить титул? В твоих же интересах поклониться.
– Кланяться не буду, да и беседа бесполезна. Ведь вы все равно не скажете, почему…
– На твоем мече было лишь покрытие серебром. В малых количествах серебро бесполезно, но хватило, чтобы оставить шрамы и отпугнуть их.
– Но серебро мягкое! Как ваши воины сражаются такими мечами?
– Каждый воин носит два меча, одним он сражается, другим убивает.
– Пожалуй, будет бесполезно спрашивать, откуда вы все знаете.
– В этом вы правы, Джокер, – он поднял бокал вина.
Присмотревшись к его глазам, я заметил, как сквозь доброту на меня смотрит черт.
– Вино не отравлено, король ждет вас завтра.
– Я заночую в городских трущобах, – вставая, я задел коленом стол и опрокинул бокал, поставленный для меня.
– Я же сказал, вино не отравлено.
Дворецкий распахнул дверь и пошел к выходу, а когда открыл дверь на улицу, торжественно объявил:
– Карета подана.
Моя телега стояла у лесенки. Обиднее всего, что, уходя, я ничего не сломал.
Катаясь по городу, ища себе ночлег, я расспрашивал людей о самом городе. Забредя в торговый переулок, где всюду что-либо предлагали, я был остановлен старичком:
– Эй, парнишка, не хочешь продать свою клячу?
– А на чем я девушек катать буду? – начал отшучиваться я.
– На телеге, все равно когда-нибудь да запрягут!
– Лучше скажи, где здесь можно переночевать, – пытался сменить тему, но мужичок был не из дураков.
– Значит, запрягли. А ночевать-то, ночевать у…
– У кого? – заметив, что старик смотрит сквозь меня, я обернулся.
Мимо под охраной проводили мужика, он был лысый с усами и аккуратно выбритой бородкой. Даже по телосложению видны были его физические возможности. Охрана при парадном, но ее на удивление много для одного заключенного.
– Кто это? – спросил я старика.
Он долго провожал его взглядом, а потом, махнув рукой, ответил.
– И его скрутили. Можо слыхал, четверо смертников сбежали из тюрьмы, их посадил Воль, якобы за воровство.
К нему подошла бабка и начала шептать на ухо, косясь на мой щит. Хоть щит и был зачехлен, но она сквозь разрезы, оставленные оборотнями, что-то разглядела. Старик долго смотрел на меня, не произнося ни слова.
– Что-то не так? – спросил я.
– Ну что, проболтался я, терь и меня скрутят? – начал он со слезой на глазах. – Я свое пожил.
– Видимо, меня здесь недопонимают, – я дернул вожжи, и телега медленно поехала дальше.
Скорее всего, старик подумал, что я доносчик Воля. Злоба во мне росла, а выхода не было. Раскрыть себя заранее – значит упустить шанс узнать больше о дурном священнике.
Я ехал просто так, куда лошадь повернет, а доехав до конца переулка, она вырулила на площадь. Там во всю шла драка, все тот же мужичок раскидывал охрану. Посчитав, что драка нечестная и с развязанными руками у него больше шансов, я спрыгнул с телеги. Выждал неподалеку от потасовки подходящий момент, когда охрана повалила его, а руки оказались над головой. Проходя мимо, я точным ударом меж кистей перерубил веревку. Мужичок с перепугу прикрыл голову, но заметив, что руки свободны, начал метелить обидчиков.
Я продолжал свой путь, якобы я не причём. Дойдя до своей телеги, поспешно удалился на ней с площади. Ближе к вечеру, не найдя местечка для отдыха, пришлось выехать за город и присматривать сеновал. Выбрав вдали самый большой на вид, поехал к нему.
– Не, ну почему все приезжие выбирают этот сеновал? – раздался голос из телеги.
Обернувшись, я увидел того самого мужика.
– А ты как сюда попал?
– Тебе все скажи. Ты зачем руки развязал?
– Не нравится, могу обратно связать, – я остановил телегу.
– Ага, попробуй!
Мы слезли с телеги, и он насмешливо поглядел на меня. Поняв, что без мошенничества я не одолею, решил драться на удачу.
– Счас отметелю, как щенка… – он явно хотел сказать что-то еще, но прежде чем он закончил, я ударил его в пах.
Согнувшись, он орал и матерился, что-то вспоминая про мою мать. Часто менял мнение, кто я после этого.
– Нет, ты выбери что-то одно! – посоветовал ему я.
Примерно на следующее утро он смог нормально ходить. Разговорившись, он рассказал, как хорошо жилось раньше и как теперь плохо. Поведал историю, якобы Воль вместе с королем устраивают разврат на охоте, что он видел своими глазами. За это они и хотят снять с него кожу.
– Слушай, а за что остальных троих скрутили?
– Они укрывали меня, их соседи донесли – и вот результат.
– Я могу предложить вступить в ряды моей армии, тем более я недавно потерял важного командира.
– А ты кто такой? – он сделал гримасу.
– Посмотри на щит!
Он снял чехол наполовину и одел его обратно.
– Ты тот парень, что выбил Волю зуб.
Как же он был счастлив, когда узнал, куда я еду. Теперь осталось выяснить, что задумали святоша с королем.
Приехав во дворец, я был вновь встречен дворецким:
– Прошу за мной.
– Слушай, а как тебя зовут? – обратился я к новому другу, сидящему в телеге.
Он долго смеялся, после успокоился и задумался.
– Вот такая жизнь, познакомились, а как зовут – не важно.
– Ты чего, обиделся?
– Петр, – он протянул правую руку.
– Джокер. Жаль, руку не могу пожать.
– Тебе лень снять щит? – он сильно нахмурился.
– Нет. У меня нет правой руки. Походи пока по дворцу, если кто пристанет из дворцовой охраны, скажи, что ты со мной.
Я проследовал за дворецким, он привел меня на кухню. Короля можно было узнать и без знакомства. Разноцветное тряпье и парик выдали его с головой.
– Король Дикон, я пришел просить…
– Я знаю, о чем ты пришел просить. Главное в том, что ты сделал для своей страны? Пожалуй, нам лучше пройти ко мне в кабинет.
Он направился к кабинету, оглядываясь по сторонам. Дойдя до двери прихожей, остановился, глядя, как рабочие заносят новую статую обнаженной женщины.
– Ты даже понятия не имеешь, сколько мне пришлось заплатить за это искусство. Она, можно сказать, бесценна.
– Это барахло? – я постучал по ноге статуи.
– Не смей трогать своими грязными руками! – он достал белый платок из кармана и протер ноги статуи.
Сделав виноватый вид, я решил промолчать.
– Варвар! – выкрикнул он и пошел дальше.
Зайдя в кабинет, он успокоился и продолжал:
– Ваш друг Николай немного поведал нам о вашем характере. Кстати, ему успешно удалили почку…
– Мало… – буркнул я.
– И он снова скоро будет наслаждаться жизнью. – Дикон сделал вид, что не заметил моего бурчания. – Теперь насчет титула. Насколько мне известно, вы просите Лорда, но за зуб отца Воля придется поработать. Выполните маленькое поручение, и вам это зачтется. Мифии под командованием Евриема собрали войско, грозясь идти на нас. Правда или нет, не знаю, но ты должен привезти мне договор о мире сроком не менее чем на пять лет. За это я рассмотрю твою просьбу. Но будь уверен, она бесполезна. Поскольку ты варвар, ты можешь напасть на гарбальцев и отхватить часть земель, присоединив их к нам. Тогда да, уже будет над чем призадуматься. А если между нами, то мне бы сильно хотелось получить от гарбальцев свиток с обязательством выплачивать по тридцать тысяч монет ежегодно. Тогда титул Лорда у тебя в кармане, да и на денежное вознаграждение я не поскуплюсь. У меня сейчас будет банкет, должны приехать важные люди, некоторым не понравится твое присутствие, – дав намек, он вышел и пошел куда-то вверх по лесенке.
Я тоже покинул кабинет, а возле статуи встретил Петра. Он смотрел на грудь, и на лице у него отразились приятные воспоминания.
– Пойдем отсюда! – дернул я его за руку.
– Она напоминает мне мою жену, – продолжал пялиться он.
– А где она сейчас?
– Умерла, – спокойно ответил он.
– Ну возьми кусочек статуи себе на память и поехали, у нас дел по горло, – я вручил ему маленький мешочек, в котором обычно хранят деньги, золотые монеты сунув под ремень.
– А как отколоть-то?
– Как-как, взял да толкнул на пол. Я жду тебя на телеге.
Когда я выходил, то через еще не закрытую дверь услышал за спиной грохот. Поспешив к телеге, я вскарабкался в один момент, тут же вскочил Петр.
– Куча денег, куча хлама. Варвары, – вспомнил вслух слова Дикона.
Петр взял вожжи и погнал лошадь, словно мы ограбили короля до нитки.
– Ты что взял? – спросил я.
– То, что мне нравиться в женщине, – он хохотал, но темп лошади не сбавлял. – Куда едем?
– Домой.
Обновлено: 16.02.2026