Глава 134 — Глава 134. Понты — это мгновение, а бесстыдство — вечно

«Да как с тобой драться, если ты такой зверь?!» — мысленно проклинал его Ван Ци. В этот момент кто-то вскрикнул: — Классная руководительница! — Заместитель директора Чжан! Истребительница и Чжан Дэхуа вошли в класс как раз в тот момент, когда сцена достигла своей кульминации. Классная руководительница была в ярости. Опять Чу Хао! Этот парень только вернулся и уже устроил побоище! Неужели он не может вести себя спокойно? — Чу Хао, что ты творишь?! — взревела она. Ей было уже за сорок, ни мужа, ни детей, и характер у неё был прескверный. — Ван Ци напал на меня первым. Я всего лишь защищался, — серьёзно ответил Чу Хао. Все аж закатили глаза. Ничего себе «самозащита»! Ну вот и всё. В прошлый раз при драке был замдиректора, и в этот раз он здесь. Чу Хао конец. Одноклассники были уверены, что Чу Хао вернулся в школу лишь благодаря заступничеству Истребительницы. Иначе, зная характер Чжан Дэхуа, его бы давно вышвырнули. Ван Ци понял, что это его шанс окончательно избавиться от Чу Хао. Он катался по полу и истошно вопил: — А-а-а!!! Больно! Как же больно! Я умираю! Лю Чань подхватил: — У… учительница… м-мне больно… я задыхаюсь… Настоящие актёры погорелого театра. Чу Хао знал, что не бил их в полную силу. Если бы он ударил по-настоящему, оба были бы уже мертвецами. — Самозащита?! — взвизгнула Истребительница. — И при самозащите можно так избить человека?! Завтра чтобы в школе тебя не было! Раньше Чу Хао замер бы от страха, но теперь… теперь ему было всё равно. — Если бы я не защищался, избили бы меня, — спокойно ответил он. — Мне вот что интересно: если бы Ван Ци избил меня, вы бы его тоже отчислили? Классная руководительница выпучила глаза. Да этот Чу Хао совсем страх потерял! Смеет ей перечить! Ван Ци решил подлить масла в огонь. — Учительница… я… я сейчас умру. Чу Хао, конечно, виноват, но… главная вина лежит на мне. Не стоило мне нападать первым. Учительница… я был неправ. Чу Хао стало тошно. В этот момент он постиг великую истину. Понты — это мгновение, а бесстыдство — вечно. Даже он потерял дар речи. Некоторые девушки в классе смотрели на Ван Ци со слезами на глазах. Неужели он способен признавать свои ошибки? Классная руководительница, словно разъярённая львица, рявкнула: — И ты ещё считаешь себя правым?! Драться — это всегда неправильно! Чу Хао презрительно хмыкнул и повернулся к заместителю директора. — Господин замдиректора, а вы считаете, что я неправ? Лицо Чжан Дэхуа исказила гримаса страдания. С тех пор, как он узнал об истинных способностях Чу Хао, он боялся его как огня. Да что там он — сам председатель Чжан и директор школы не смели ему перечить. — Учительница У, — поспешно сказал он, — я считаю, что студент Чу Хао действовал в рамках самообороны, в этом нет ничего предосудительного. Об отчислении не может быть и речи. Так, несколько учеников, отведите этих двоих в медкабинет. Ван Ци: «…» Лю Чань: «…» Значит, всё наше представление, все страдания — коту под хвост? Тебя это ни капли не тронуло? Истребительница остолбенела. Весь класс остолбенел. Чжан Дэхуа что, с ума сошёл? Он не только не наказал Чу Хао, но и встал на его сторону! Что за поворот сюжета?! — Господин замдиректора! — возмутилась учительница. — Нельзя так потакать ученикам! Чжан Дэхуа небрежно махнул рукой. — Учительница У, я считаю, что у вас проблемы с педагогическим подходом. Мы не должны судить о ситуации поверхностно. Нужно задуматься, почему студенту Чу Хао пришлось защищаться! Я, наоборот, считаю, что он ни в чём не виноват. Виноваты Ван Ци и Лю Чань. Ван Ци и Лю Чань, которых уже собирались уносить, выпучили глаза и чуть не задохнулись от возмущения. У этого Чжан Дэхуа мозги что ли отшибло? Он их обвиняет?! — Я давно наблюдаю за этими двумя студентами. Высокомерные, неуправляемые, не уважают старших. Такие ученики — как ложка дёгтя в бочке мёда для нашей школы. Ван Ци: «…» Лю Чань: «…» Ложка дёгтя? Ван Ци больше не мог притворяться. — Чжан Дэхуа, ты совсем работать не хочешь?! Чёрт тебя дери! Я скажу отцу, чтобы он тебя уволил! Ублюдок! — Учительница У, — ледяным тоном произнёс Чжан Дэхуа, — я считаю, что ваше воспитание оставляет желать лучшего. Вам есть над чем поработать. Таких учеников нужно наказывать. Думаю, если он три месяца будет драить туалеты, может, там, среди испражнений, он и постигнет истину бытия. Вот что значит высшее образование! Отправить Ван Ци постигать дзен в школьном туалете. «Какую ещё, к чёрту, истину?!» Ван Ци обезумел от ярости. Он дёрнулся, свалился с импровизированных носилок и приложился лицом об пол. На этот раз он точно останется со шрамом. — А-а-а! Я скажу отцу, чтобы он снёс эту паршивую школу к чертям! Чу Хао вдруг понял, что на пути Короля Выпендрёжа ему ещё есть куда расти. Когда парочку унесли, Чжан Дэхуа заулыбался. — Я пришёл ещё по одному делу. Хочу объявить, что студент Чу Хао становится «Образцовым учеником» этого выпуска. Школа также приняла решение полностью оплатить его обучение в любом университете. Студент Чу Хао, — добавил он, — мы возлагаем на вас большие надежды. Учитесь усердно! Истребительница: «…» Одноклассники: «…» Образцовый ученик! Бесплатное обучение в вузе! Такой чести не удостаивался даже лучший ученик школы. За какие такие заслуги? Чу Хао это не удивило. — Меня волнует только одно, — лениво спросил он. — Этот титул даёт дополнительные баллы на экзаменах? — Даёт! Пятьдесят баллов! — выпалил Чжан Дэхуа. — Маловато. — Тогда… тогда сто баллов! Как вам? — Ладно. Двести — и по рукам. «Динь! Носитель успешно выпендрился. Получено 70 очков выпендрёжа.» «Динь! Носитель успешно выпендрился. Получено 70 очков выпендрёжа.» «Отлично, двойной выпендрёж». У Чжан Дэхуа дёрнулся уголок рта, но он всё равно кивнул. — Студент Чу Хао, я передам вашу просьбу. А теперь мне пора. Когда он ушёл, в классе воцарилась гробовая тишина. Даже Истребительница не могла поверить в происходящее. — А Хао, — взволнованно прошептал Ли Инь, — как… как ты стал образцовым учеником? Чу Хао картинно взмахнул рукой. — Что поделать, я слишком хорош. Невозможно скрыть сияние моего таланта. Эх… тяжко быть таким. «Динь! Носитель успешно выпендрился. Получено 70 очков выпендрёжа.» Весь класс потерял дар речи. — Хвастун, — фыркнула Му Юйсюнь. ... Медкабинет. Ван Ци с перевязанной головой сидел, кипя от ярости. Он был готов разорвать Чу Хао на куски. — Б-батец Ци, т-то нам тепесь делафь? — шепелявя, спросил Лю Чань. Ван Ци с силой ударил кулаком по столу. — Чу Хао! Чжан Дэхуа! Если я вас не уничтожу, я не Ван Ци! В кабинет вошла стильно одетая богатая женщина. Ван Ци тут же скорчил страдальческую гримасу. — Ой… мама, мне так больно… Мать Ван Ци, Ма Ли, ахнула. — Сынок! Сыночек, что с тобой?! Проклятье! Кто тебя так избил?! Ван Ци начал разыгрывать предсмертную агонию. — Ой… мама… если я умру… ты… ты не горюй… живите с папой хорошо… я был плохим сыном… Ма Ли разрыдалась. — О-о-о… сынок, ты не умрёшь! Лю Чань смотрел на это представление с отвисшей челюстью. Вот это игра! — Ой… мама… кажется, я… отхожу… Лю Чань: «…»