Том 2 Глава 220 — Глава 220. Кошмар

— На меня напала Орор. Эти слова, словно разорвавшаяся плотина, обрушились на Люмиана, пробудив в его памяти скрытый под толщей воды ужас. Ужасный, болезненный, пронизывающий до самых костей. Перед глазами Люмиана пронеслись одна за другой разные сцены: падре Гийом Бене, окруженный толпой нежити в пустынной местности, мадам Пуалис, парящая в воздухе с распростертыми крыльями, и в её глазах мелькнула знакомая светловолосая фигура. Орор! Люмиан перевел взгляд на стены третьего этажа замка, покрытые полупрозрачными, голубовато-белыми лицами. Он увидел, как Луи Лунд рожает, как Сибилла Берри перерождается в теле служанки, как Гийом Бене, Пьер Берри, Понс Бене и группа верующих Неизбежности сражаются с акушеркой, администратором Беостом и их соратниками… Все эти события происходили в его собственных видениях, исходивших из маленького пузырька, плавающего в воздухе. Белая Книга… Белая Книга! Люмиан, с исказившимся от боли лицом, пошатнулся и попятился назад. На его теле проступили голубовато-фиолетовые вены. Густые, словно паутина, они обозначали каждую вену и каждый кровеносный сосуд. В этот момент ему на ум пришли слова психиатра Сьюзи: «Всегда напоминай себе, что нельзя слишком остро реагировать. Как только почувствуешь, что эмоции захлестывают тебя, сделай несколько глубоких вдохов, успокойся…» Люмиан жадно хватал ртом воздух. Ему казалось, что весь мир вокруг превратился в вакуум. — Ты и правда многое забыл, — сочувственно произнесла мадам Пуалис. — Вернее, запрятал глубоко в сердце, боясь смотреть правде в глаза. — Мне тоже было нелегко. После того, как я стала Банши, то впервые встретила женщину, которая по-настоящему тронула мое сердце. Она была обаятельна, добра, нежна, жизнерадостна. Я и представить себе не могла, что она, будучи последовательницей злого бога, предаст меня. — К тому моменту она уже была Присвоителем Судеб, которому Неизбежность благоволила больше, чем Гийому Бене. Люмиан невольно схватился за голову, словно она сейчас взорвется от внутреннего давления. Делая глубокие вдохи, он вспоминал Орор, которая отмахивалась от его вопросов о странностях деревни. Вспоминал, как она предупреждала его, чтобы он не смотрел на то, на что не следует смотреть. Вспоминал, как Орор часто сидела по ночам на крыше, глядя на бескрайнее звездное небо. Ему приснился полупрозрачный «ящер», выползающий изо рта Орор. Он вспомнил, что Назели и другие, ставшие зачинщиками ереси о гороскопах, были близки к Орор. Вместе с этим Люмиан вспомнил, как не смог отомстить за смерть Реймунда и Авы и оказался в плену у Понса Бене. Как его мучили, а потом отпустили. Вспомнил, как Орор разрезала «синюю книгу» и вместе с ним составила текст с просьбой о помощи. Вспомнил, как Орор рассказывала ему о тех мистических знаниях, которыми обладала. И самое главное — он вспомнил, как во время ритуала Орор столкнула его с алтаря. В её глазах тогда горел какой-то новый, живой огонь… «Ха… Ха…» — Люмиан жадно хватал ртом воздух, словно всё еще не мог вырваться из кошмарного сна. — Мне нужно было раньше обратить внимание на её странности, — мадам Пуалис тихо вздохнула. — Хотя мы нечасто пересекались, но я всегда чувствовала, что с ней что-то не так. То, как она смотрела на ночное небо, как говорила о своем родном городе. — В мире мистицизма космос — опасное место. Особенно — для Потусторонних. Позже я хотела обратить её в веру Великой Матери, но было уже поздно… — Когда… — губы Люмиана дрожали, — …она… начала… меняться? Он хорошо помнил, как Орор смотрела на звезды и рассказывала о своем родном городе, но в первые годы всё было нормально. Правда, в последний год Орор все чаще засматривалась на космос, но сказать точно, когда всё началось, Люмиан не мог. — Это ты мне скажи, — мадам Пуалис покачала головой, подавляя свои эмоции. В её голосе послышались нотки веселья. — Ты же проводил с ней каждый день. А я — нет. Иногда я тебе очень завидую. А иногда думаю, что у тебя — свои преимущества. Зачем нам следовать правилам обычного общества, лишая себя свободы и радостей жизни? Люмиан словно не слышал её слов. Он продолжал сидеть, сгорбившись, уткнувшись головой в пол экипажа. — Кто… кто… обратил её в веру Неизбежности? — бормотал он себе под нос. — Наверное, это известно только ей. К сожалению… — мадам Пуалис снова вздохнула. Люмиан замолчал, делая глубокие вдохи, пытаясь успокоиться. Раз… два… три… Время словно размылось. Наконец, он выпрямился, опустил руки и посмотрел на мадам Пуалис. — Вы… встречали в деревне существо, похожее на ящерицу, с эльфийскими чертами лица? — Нет, — мадам Пуалис покачала головой. «Получается, тот полупрозрачный "ящер" из моего сна — просто символ? Он символизирует влияние Неизбежности? Или он реально существует, но глубоко спрятан?» — Люмиан не мог остановиться. Ему казалось, что только так он сможет удержать острые лезвия, которые готовы вонзиться в его разбитое сердце. — А легенду о Чернокнижнике вы не встречали? — задал он новый вопрос. — Ту, где говорится, что гроб с его телом могли тянуть только девять быков? — Нет, — мадам Пуалис снова покачала головой. Люмиан продолжал задавать вопросы. Один за другим. В конце концов, он уже перестал понимать, о чем спрашивает, и отвечает ли ему вообще мадам Пуалис. Её лицо в его сознании стало расплывчатым, словно она стоит в десятках, а то и сотнях метров от него. В какой-то момент четырехколесный экипаж остановился. Люмиан снова оказался на обочине дороги и шел вперед, сам не зная куда и зачем. Бом! Бом! Бом! Зазвонил церковный колокол, возвестив о наступлении полуночи. Люмиан словно очнулся. Он понял, что вернулся к Гостинице «Кок Доре». Он почти машинально поднялся по ступенькам и хотел было толкнуть дверь, но, помешкав пару секунд, развернулся и вышел на улицу. Словно потерянная душа, он брел к концу улицы Анархии. Он шел и шел, пока не дошел до Рыночного проспекта. Небо, которое всю ночь было пасмурным, затянулось густыми темными тучами. Багряной луны и звезд не было видно. Наконец, Люмиан добрался до входа в Танцевальный зал «Бриз». Оттуда доносились громкие голоса, ритмичные удары барабанов. Было как-то необычно оживленно. Люмиану стало не по себе от этой атмосферы. Он резко развернулся и, пошатываясь, отошел на обочину. Найдя место в тени, подальше от ближайшего газового фонаря, уселся на землю. Кап. Кап. Кап. Время шло, и на землю начали падать капли дождя. На дорогу, на голову Люмиана, на землю перед ним. Дождь усилился, забарабанил по мостовой. Люмиан сидел неподвижно, словно окаменев, и позволял дождю мочить его волосы, лицо, одежду. Внезапно над ним появилась тень, и капли дождя исчезли. Люмиан с недоумением поднял голову и увидел темно-синий зонт. Металлический каркас поддерживал ткань. Зонт держала Дженна. Люмиан отвел взгляд и уставился на середину дороги, где начал подниматься туман. Он не стал останавливать Дженну и даже не взглянул на неё. Дженна была с макияжем, в блестящем, красном платье с глубоким декольте. На плечи она накинула светлую шаль с большими дырками, чтобы хоть как-то прикрыть свою наготу. Она несколько секунд смотрела на Люмиана, не задавая никаких вопросов, а потом встала рядом с ним и подняла зонт. Сильный дождь лил целый час, а потом постепенно стих. Теперь только отдельные капли срывались с крыш домов и с уличных фонарей. Люмиан медленно поднялся, словно что-то потеряв. — Дождь все равно заканчивается, как и тьма, — пробормотала Дженна, складывая зонт. Её голос был еле слышен. — Солнце все равно взойдет, и его свет обязательно осветит землю. — Что ты почувствуешь, когда поймешь, что тот, кому ты доверял, оказался не тем, за кого себя выдавал? — Люмиан помолчал, не отрывая взгляда от потемневшей дороги. — Ты ему всё еще доверяешь? — вместо прямого ответа спросила Дженна. — Да, — Люмиан поджал губы. — Если ты ему доверяешь, то выясни, почему он так поступил, — спокойно посоветовала Дженна. Люмиан сделал несколько глубоких вдохов. Руки его слегка дрожали. Наконец, он пришел в себя и повернулся к Дженне. — А ты тут откуда взялась? — Черт побери! — в голосе Дженны послышалась смесь раздражения и веселья. — Да это же Танцевальный зал «Бриз»! У меня сегодня выходной, вот я и пришла сюда, попеть, деньжат подзаработать. Вышла на улицу — а ты тут сидишь, мокнешь. Люмиан снова отвел взгляд и пошел вперед, ничем не выражая своих эмоций. Он шел по лужам, направляясь в сторону Улицы Блуз Бланш. — Ты куда? — в голосе Дженны послышалась тревога. — Выяснять причину! — ответил Люмиан, не оборачиваясь. Он вспомнил слова Орор, когда та отталкивала его от алтаря: «Мои гримуары…» В сложившихся обстоятельствах Люмиан заподозрил, что сестра хотела сказать, что в её гримуарах он сможет найти подсказки о том, откуда взялась эта аномалия! — Думаешь, за одну ночь найдешь? — Дженна пошла следом за Люмианом, держа над ним зонт. — Может, на это потребуется много времени, — нетерпеливо ответил Люмиан. — Тогда чего ты так торопишься? — пробормотала Дженна. — Отдохни, приведи мысли в порядок. Может, так ты быстрее найдешь причину. Люмиан подумал о том, что не очень-то хорошо понимает содержание гримуаров, да и мистических знаний у него маловато. Он замолчал. — А Франка дома? — снова обратился он к Дженне. — А что? — Дженна посмотрела на него с недоумением. — Она сегодня, наверное, не вернется на улицу Блуз Бланш. Сказала, что хочет провести приятный вечер с Гарднером Мартеном. «Фух…» — Люмиан выдохнул и повернул в сторону улицы Анархии.