Сириус в шоке уставился на Ремуса.
— Мерлин! Ремус, это звучит как...
— Как граничащая с темной магия? Именно это я ей и ответил. Я написал ей, что, хотя подобная магия не относится к запрещенной, но маги не слишком хорошо воспримут, если она воспользуется кровью своего собственного ребенка для заклинания, выходящего за рамки семейной магии.
Ремус взлохматил свои волосы.
— Что касается жертвы, то необходимо было соблюсти ряд специфических условий, в частности: нападающий должен был убить ее, чтобы добраться до ребенка. Это была рискованная попытка. Лили ответила, что сделает все, чтобы защитить Гарри. Это было последнее письмо, которое я получил от нее.
— Постой. Ты сказал, нападавший — Волдеморт — должен был убить ее, потому что ему нужно было избавиться от нее, чтобы добраться именно до Гарри?
Глаза Ремуса расширились, когда он понял, что это означало.
— Ты думаешь... ну, это имеет смысл, если заклинание сработало, но... Волдеморту был нужен Гарри?
— Лунатик, они когда-нибудь говорили тебе, почему стали скрываться? Мне Джеймс сказал, что Дамблдор узнал кое-что, и они подумали, что это хорошая идея.
— Они мне сказали то же самое, но... Лонгботтомы тоже начали скрываться в то же время, да? Из-за той же информации? Невилл родился примерно в то же время, что и Гарри... но зачем Волдеморту преследовать детей? Если только... — он резко замолчал, так как кусочки головоломки внезапно сложились в общую картину. — Что если это какое-то пророчество?
— Мне известно, кто знает точный ответ на этот вопрос, — сухо сказал Сириус, — но он вряд ли что-то скажет.
— Да, если бы Альбус думал, что существует пророчество, он держал бы его в строгой тайне, — согласился Ремус.
В этот момент появился Кричер с подносом и начал подавать ужин. Ужинали они в молчании. Каждый погрузился в свои мысли.
— Хорошо, — наконец сказал Сириус, отодвинув тарелку и потянувшись за тыквенным соком, — давай подведем итоги.
— Джеймс и Лили начали скрываться из-за информации, предоставленной им Альбусом. Мы полагаем, что это пророчество, вероятно, связанное с Гарри, — он направил палочку на доску и добавил еще один пункт: «Проверить в Отделе тайн, зарегистрировано ли у них пророчество о Гарри».
— Питер выдает их, и Волдеморт пытается убить... — Сириус с трудом проглотил ком в горле, — пытается убить Гарри, но Лили защищает его древним заклинанием защиты. Волдеморт... он повержен, но не убит.
— Я не думаю, что это была только защита крови, — поправил его Ремус, — мне кажется, проклятие столкнулось с защитными чарами, и, хотя они не смогли остановить его, они его достаточно замедлили, чтобы дать Гарри время отразить их на Волдеморта. Шрам, вероятно, возник там, где проклятие столкнулось с защитными чарами, иначе оно не оставило бы следов.
— Мне показалось, ты сказал, что Дамблдор исключил возможность, что причиной была сила Гарри, — запутавшись, сказал Сириус.
— Я уверен, что Альбус исключил эту возможность, — подчеркнул Ремус. — С другой стороны, я также учитываю, что до этого события Гарри показывал признаки очень могущественного волшебника, а также, что, возможно, он подавил свою силу, чтобы не злить магглов, с которыми ему приходилось жить. Из трех теорий о причинах, почему Гарри пережил смертельное проклятие, я склоняюсь к последней — это было сочетанием действий Лили и силы Гарри.
— Ну, я никогда не поставил бы против твоей ставки, так что... — Сириус махнул рукой Ремусу, — поехали дальше. Я, как дурак, отдаю Гарри Хагриду, подставляюсь крысе и оказываюсь запертым в Азкабане.
— Альбус отправляет Гарри к его тете, ближайшей живой родственнице, — с содроганием продолжил Ремус.
— И к ближайшей кровной родственнице, — задумчиво добавил Сириус. — Знаешь, Лили установила кровные охранные чары на маггловский дом своей сестры. Сказала, что после нападения на ее родителей не хочет рисковать тем малым, что осталось от ее семьи, неважно — хочет ее сестра подобную защиту, или нет.
— Правда? — Ремус удивленно моргнул. — Что у тебя на уме? Обычно, это ни к чему хорошему не приводит.
— Что если Дамблдор осмотрел Гарри, понял, что его окружает защита на основе крови, и пришел к неверным выводам, — предположил Сириус. — Что если он предположил, что охранные чары вокруг дома Петуньи установлены для Гарри, на случай, если что-то произойдет с Лили? Защита, более сильная, чем та, что уже установлена на нем?
— С магической точки зрения, это могло сработать, — ответил Ремус, обдумывая эту мысль. — Кровь Лили в обеих охранных чарах... И в том, и в другом случае — защитные по своей природе чары... Возможно, то что Гарри проживал в доме, позволило защите сохраниться, иначе, нужна была бы Лили, чтобы каждый год восстанавливать защиту. Вполне возможно, что дом Дурслей — действительно самое безопасное место для Гарри, с магической точки зрения.
— К черту все это! — с яростью сказал Сириус. — Очевидно, что это не самое безопасное место для Гарри, со всех других точек зрения!
— Согласен, — поддержал его Ремус. Он сузил глаза, когда Сириус указал на доску, на которой появилась надпись: «Проверить охранные чары».
Сириус вскочил на ноги и снова начал беспокойно ходить взад-вперед.
— Куда мы добрались по нашим итогам?
— Альбус отправил Гарри к Петунье...
— Отправил его в изгнание в маггловский мир на долгие десять лет, — Сириус встряхнул головой. — Не думаю, что когда-нибудь прощу ему это.
— Я тоже не уверен, что смогу простить его, — пробормотал Ремус. Он оттолкнул от себя стул и подошел к доске. — Гарри исполняется одиннадцать, он получает письмо из Хогвартса, и Хагрид снова знакомит его с магическим миром.
— При чем, у него это получается очень плохо.
— Совершенно, — согласился Ремус. Он создал раздел, озаглавленный «Образование», и добавил еще один пункт к растущему списку: «обучить Гарри волшебной культуре, этикету, рассказать о его наследии». Он прочистил горло.
— Гарри отправляется в Хогвартс, где Альбус испытывает его, чтобы понять, как Гарри выжил после смертельного проклятия. Он приходит к неверному выводу, что это произошло благодаря защите Лили, а не из-за выдающихся способностей Гарри.
Еще один пункт появился в графе, озаглавленном «Защитить Гарри» — «изучить заклинание Лили».
— Он снова наносит поражение Волдеморту, — продолжил Сириус, — и Дамблдор получает доказательства того, что Волдеморт жив, в какой-то форме.
Он подошел к доске и постучал по разделу «хоркруксы»:
— И теперь мы знаем, почему.
— Хотя, наверное, в то время Альбус не знал этого, потому что существует несколько темных ритуалов, способных создать якорь для души Волдеморта, — пробормотал Ремус. — Нет, Альбус не знал этого, до второго курса Гарри, когда тому удалось уничтожить один из хоркруксов — дневник.
Он вздохнул:
— Возможно, Альбус отправился на поиски остальных.
Сириус пожал плечами:
— Даже если так, то он немногого добился. Благодаря записке Рега у меня есть преимущество: я имею представление об их количестве, у меня есть медальон, и я смогу завладеть чашей, если потребую себе хранилище Лестранжей. Нам нужна помощь, чтобы избавиться от них и найти оставшиеся, но, будь я проклят, если обращусь с этим к Дамблдору.
— Ты не знаешь, как избавиться от них?
— Я знаю, как создать хоркрукс — это было частью Продвинутого раздела Темных искусств, которые мой отец заставил меня выучить, но как их уничтожить... нет. Наверно, я смогу спросить у Гарри, как ему это удалось.
— Невыразимцы должны знать, — предположил Ремус. У тебя тут в графе «Завладеть Миром» указано «захватить Министерство». Не помешает привлечь к решению проблем с хоркруксами невыразимцев или ДМП — они должны быть поставлены в известность о том, что Волдеморт все еще является угрозой. Я думаю, Альбус им ничего не сказал.
— Мы еще вернемся к этому, — оживленно ответил Сириус, вертя в руках палочку. — Хорошо, после второго курса Гарри Альбус уже знает, каким образом Волдеморт сохранил себе подобие жизни. Потом я узнаю, что Питер тоже в Хогвартсе, ну, мы оба знаем, чем все это закончилось. В результате, меня спасает Гарри, а я удираю на гиппогрифе.
Ремус потрепал его по плечу.
— Но ты остался, Сириус. Ты не позволил Альбусу снова выпроводить тебя, — он указал на доску, — это потребует большой работы, но у тебя уже есть четкий план, как забрать Гарри от Дурслей и попытаться защитить его в будущем, — он повернулся к своему другу, в его глазах сверкала решимость. — Я тоже не позволю Альбусу выпроводить меня. Что бы ты ни решил, Бродяга, я с тобой.
Обновлено: 15.02.2026