Ремус и Сириус обменялись обеспокоенными взглядами — ни один из них не хотел лишать Гарри иллюзий по поводу человека, которого мальчик уважал, но они также знали, что Гарри пора начинать осмысливать мотивы и поступки Директора.
— Гарри, ты же играешь в шахматы, правильно? — спросил Ремус, отложив свою ложку.
— Ну, да.
Судя по неуверенному тону ответа, он был не уверен, к чему ведет Ремус. Сириус и сам задавался этим вопросом.
— Представь, что шахматная доска — это волшебный мир. На одной стороне доски — Волдеморт, — с этими словами Ремус взмахнул палочкой, и на столе появилась фигура черного короля. — На другой стороне — лидер Света, Альбус Дамблдор, — тут же появилась фигура белого короля.
В этот момент для Сириуса стало очевидным, насколько хорошим учителем был Ремус — он полностью завладел вниманием Гарри, который весь сосредоточился на его объяснениях.
— Но на шахматной доске есть множество других фигур, — с третьим взмахом палочки появилась доска. — Некоторые люди в волшебном мире могут играть важные роли, такие как кони, ладьи, слоны и королевы, — по мере перечисления фигуры начали занимать свои места на доске, — например, Министр Магии может быть одной из таких фигур. А ты, Гарри, наверняка был бы одной из самых важных фигур. Хотя некоторые из нас могут быть всего лишь... пешками.
Сказанное слово ударило с силой Бладжера, когда на доске появились маленькие фигурки. Сириус отчетливо увидел, как вздрогнул при этом Гарри, как если бы он подскочил на месте.
— Теперь, каким был первый урок, который ты вынес из игры? — мягко спросил Ремус.
Эмоции сменяли на лице Гарри одна другую, но он храбро встретился взглядом с Ремусом:
— Что мне, может быть, нужно будет пожертвовать фигурой.
— И рискнуть другими, — новый взмах палочкой, и фигуры на доске распределились как при неоконченной игре. — Видишь, твоя ладья под угрозой, потому что ты решил защитить коня. Теперь, если продолжим аналогию с волшебным миром, вот здесь Альбус рискнул ладьей, скажем — Сириусом, потому что решил защитить коня — представим на мгновение, что это ты. Как думаешь, Сириус будет возражать против такого решения?
Гарри бросил взгляд на Сириуса.
— Нет?
— Нет, — немедленно вмешался Сириус. — Чисто теоретически, я не против рискнуть, если это будет значить, что ты будешь в безопасности.
Казалось, Гарри хочет начать спорить по этому поводу, но вмешался Ремус, повернув к теме разговора.
— Вот только, Альбус не спрашивает Сириуса, потому что Сириус — всего лишь фигура на шахматной доске, а Альбус — игрок на своей стороне доски. Однако его решение — не предоставлять Сириусу личной защиты, чтобы тот смог добиться суда и очистить свое имя, просто позволив ему сбежать — означало, что Сириус не сможет очистить свое имя, останется беглецом, а ты застрянешь у Дурслей.
Гарри сильно нахмурился, обдумывая слова Ремуса.
— Здесь можно было сделать совершенно другой ход, не рискуя обеими фигурами, — Ремус снова взмахнул палочкой, и фигуры поменяли свои места. — Этим ходом, предоставив Сириусу личную защиту Верховного Чародея, пока его не допросят под веритасерумом, он дал бы Сириусу возможность стать свободным человеком, который смог бы принять опекунство над тобой, а ты смог бы избавиться от Дурслей. Однако этот ход означает, что вся игра немного усложнится.
Гарри бросил на Сириуса осторожный взгляд.
— Он на самом деле мог дать тебе личную защиту?
— Мог, — спокойно ответил Сириус, — но, несомненно, политически это осложнило бы его отношения с Фаджем, а потенциально могло создать трудности в проведении нужных ему законопроектов в Визенгамоте и лишило бы его возможности заставлять Фаджа плясать под свою дудку. Продолжая тему шахмат, возможно, решая не предоставлять мне защиту, он думал на несколько ходов вперед, уже планируя вероятный конец игры.
— Рон говорит, мне нужно думать вперед, когда играю, — заметил Гарри, рассеянно помешивая жидкую кашу, в которую превратилось его мороженное. — Он говорит, что когда я вижу, что одна из моих фигур в опасности, я автоматически делаю ход, чтобы спасти ее, не думая об остальных.
— Полагаю, мы знаем, какой ход ты бы выбрал, если бы был игроком, — продолжил Ремус.
— Этот, — признал Гарри.
— Конечно этот, также как поступили бы Сириус и я, — с улыбкой согласился Ремус, — но, ни один из нас не является игроком данной партии, мы все...
— Всего лишь, шахматные фигуры, — с отвращением продолжил за него Гарри.
Ремус немного смущенно кашлянул.
— Гм, ну, да. Но я не хочу этим сказать, что в реальной жизни Альбус принимает решения о тебе или о любом из нас с такой, же холодной объективностью, как при настоящей игре в шахматы. Он действительно заботиться о тебе, Гарри. Не забывай, что в обоих случаях мы говорим о твоей защите. Я уверен, что в реальной жизни тяжесть принятых решений давит на него.
Сириус не был уверен в последнем, но оценил попытку Ремуса убедить Гарри, что Дамблдор заботиться о нем. Особенно, учитывая то, что, по мнению Гарри, в этой жизни немногие действительно заботились о нем.
— Тем не менее, когда мы с Сириусом встретились и поговорили, то поняли, что Дамблдор принял не одно, а несколько таких решений, — Ремус махнул в сторону доски, которая вернулась в прежнее положение. — Решения, которые, на первый взгляд, были приняты с добрыми намерениями, но в действительности, имели удручающие последствия для самих фигур, гм, людей, которых они касались.
— Это несправедливо, если он принимает такие решения, не спрашивая их мнения, — сердито прервал его Гарри.
— Точно. Поэтому Сириус, будучи Сириусом, или скорее — Бродягой, решил поднять мятеж и завладеть игрой, — Ремус взмахом палочки превратил ладью в маленькую собаку, которая принялась бегать по шахматной доске, облаивая остальные фигуры и заставляя их двигаться в нужном ей направлении.
Гарри невольно рассмеялся над этой выходкой. Сириус же был рад, что Ремус нашел способ поднять им всем настроение.
Подождав немного, Ремус вернул фигуре прежнюю форму.
— Теперь мы, а не Альбус, решаем ходы.
В комнате стало тихо, пока Гарри обдумывал все, что ему рассказали.
— Ну, что думаешь? — с нетерпением спросил Сириус.
— Я думаю, что ненавижу шахматы, — сказал Гарри, нахмурившись на смешок Сириуса, — но мне кажется, я понимаю, что вы имели в виду. То есть, я думаю, Директор все еще может помочь нам со всей этой ситуацией с Волдемортом, но я понимаю, каково это, когда за тебя принимают решения.
Сириус с облегчением выдохнул.
— Кстати, об этих решениях, — добавил Гарри, — я знаю, вы не хотите, чтобы я во все это вмешивался, и я понимаю это, — поспешно добавил он, — просто...
— Ты не уверен, что Волдеморт оставит тебя в покое, — закончил за него Ремус.
— После первого курса я спросил Директора, почему Волдеморт так одержим мыслью убить меня, — сказал Гарри, облизывая свою ложку, — он ответил, что расскажет мне, когда я подрасту. Наверное, мне следует снова спросить его.
Сириус разрывался между желанием держать Гарри подальше от всего этого и нежеланием лгать ему. Он сдался необходимости быть честным со своим крестником.
— Мы думаем, что существует пророчество о тебе, и нам с тобой придется отправиться в Отдел тайн, чтобы прояснить этот вопрос.
Гарри с энтузиазмом посмотрел на него:
— Нам?
— Да, нам, — сдался Сириус. — Послушай, если бы все было, по-моему, то тебе бы не пришлось столкнуться с Волдимордой, пока ты не стал бы достаточно взрослым, опытным волшебником. Будь моя воля, я бы обернул тебя в несколько слоев драконьей кожи, приставил бы к тебе телохранителей и, возможно, парочку драконов в придачу, но... как ты сказал, очевидно, что он не оставит тебя в покое, — при этих словах он скривился, — поэтому, нам нужно придти к компромиссу.
Его крестник заметно оживился при этих словах.
— Мы с Ремом займемся розыском этих предметов при помощи остальных. В их число, может быть, войдет Директор, а может, и нет, — сказал Сириус и, предвосхищая возможные споры Гарри по этому поводу, быстро добавил, — но мы будем держать тебя в курсе, и ты поможешь в поисках, если пророчество на самом деле существует.
Гарри счастливо улыбнулся ему.
— Ты также начнешь заниматься Окклюменцией, чтобы сохранить все это в тайне, и мы начнем обучать тебя защитной магии, чтобы, если ты вдруг снова столкнешься лицом к лицу с Волдимордой, у тебя нашлась парочка козырей в рукаве, — Сириус самому себе казался заботливым папашей. От него не ускользнуло, как Ремус пытался не рассмеяться от того, насколько рассудительно он заговорил. — Ну, как тебе мой план?
Гарри радостно улыбнулся и кивнул, и Сириус всем сердцем ощутил тепло и привязанность своего крестника.
— Я хочу, чтобы так у нас происходило и дальше, Гарри, — добавил Сириус. — Если у нас возникают споры, мы обсуждаем все и вместе решаем, что делать. Как думаешь?
— Мне нравиться, что мое мнение тоже имеет значение, — признал Гарри. В его глазах промелькнуло озорное выражение. — Мне кажется, это как, когда ты говорил о Дамблдоре — обидно, когда люди принимают решения вместо тебя, при этом, не спрашивая твоего мнения.
Сириус кивнул, приняв упрек на его заявление: «ты будешь держаться подальше от всего этого». Потом усмехнулся.
— Я рад, что ты хочешь участвовать во всем этом, потому что для борьбы с Волдемортом нам придется пользоваться разными средствами, в том числе и политикой.
Гарри неуверенно спросил:
— Политикой?
— Нам нужно позаботиться, чтобы его последователи, или люди, поддерживающие его воззрения, не имели политической власти для помощи ему, — сказал Ремус, — это означает, что нам нужно создавать альянсы с другими Древними и Благородными родами.
— Нам нужно закрыть ему доступ к получению денег, — добавил Сириус, размахивая своей ложкой в воздухе, как мечом.
— Гм, я, наверное, оставлю эту часть на вас, ребята, — попробовал увильнуть Гарри.
Сириус самодовольно ухмыльнулся. Гарри пришлось кивнуть ему, признавая этот раунд за ним.
— На самом деле, тебе придется участвовать в этой части плана. Поттеры являются древней и благородной семьей, а лично ты можешь добиться большого политического влияния благодаря своей знаменитости, нравится тебе это или нет, — с сочувствием сказал Сириус. — Придется включить это в твое обучение.
Гарри грустно вздохнул.
— Наверно, придется.
— Но, конечно, не сегодня, — добавил Сириус, — нам нужно обсудить, что будет происходить в ближайшем будущем.
Эти слова приободрили Гарри.
— Во-первых, главное, — снова нервничая, сказал Сириус, — в качестве условия получения опеки я согласился на лечение.
Это заявление очень обеспокоило и встревожило его крестника.
— Со мной все в порядке, — поспешил заверить его Сириус, — но я слишком долго подвергался воздействию дементоров в Азкабане. Время в бегах тоже не прибавило мне здоровья, поэтому у меня не было причин отказываться от небольшого осмотра.
— Но с тобой на самом деле все в порядке? — спросил Гарри, уронив ложку в креманку.
— На самом деле, — твердо сказал Сириус. И он был в порядке. Да, у него все еще были резкие перепады настроения, его сознание иногда затуманивалось, и он еще не восстановил свою физическую форму, но он был в порядке. — Могло быть и лучше, — признал он, — но меня беспокоит твоя реакция на дементоров, поэтому я договорился о поездке для нас двоих в Долину Целителей.
Гарри поежился и скривился в гримасе.
— Я думаю, — продолжил Сириус, будто не заметив реакцию Гарри на свои слова, — мы просто отправимся туда, нас быстро осмотрят и скормят нам несколько восстанавливающих зелий. А в оставшееся время устроим небольшой отдых.
— Отдых? — Гарри перестал кривиться, на его лице сразу появилась заинтересованное выражение.
— Угу, — согласился Сириус, заканчивая доедать свое мороженое и откладывая в сторону креманку. — Насколько я понял из дневника моего дяди Альфарда, там полно места для полетов, есть бассейн и потрясающие походные маршруты.
— Полеты?
Сириус попытался не улыбнуться на то, с какой надеждой Гарри сказал это. Он даже пытался избежать взгляда Ремуса, потому что знал — стоит им встретиться взглядом, оба не выдержат и рассмеются в голос.
— Ага. Ну, как, согласен?
— Мне бы очень хотелось поехать на отдых, — застенчиво признался Гарри.
— Отлично, тогда, договорились. Поедем на неделю по нормальному ходу времени. Долина Целителей расположена в сфере времени. Это сделано, чтобы обеспечить людям столько времени на лечение, сколько им необходимо. Поэтому, мы сможем остаться там подольше, — жизнерадостно сказал Сириус. — Нам нужно обсудить маскировку.
— Маскировку? — осторожно повторил Гарри, отвлекшись от размышлений о том, почему им придется остаться в Долине подольше, и зачем нужны все эти сложности со сферой времени. Чего и добивался этой фразой Сириус.
Ремус кашлянул, привлекая их внимание.
— Как ты сказал, Волдеморт очень заинтересован в тебе. Одной из причин, почему Альбус отправил тебя к твоим маггловским родственникам, была защита чар крови, наложенных твоей мамой. Здесь ты в безопасности, но нам нужно позаботиться, чтобы ты оставался в безопасности и во время поездки.
— Мы поедем, как магглы, — жизнерадостно сказал Сириус, — я никогда раньше не путешествовал самолетом.
— Я тоже, — лицо Гарри светилось от волнения. — Считаешь, нам следует замаскироваться?
— У нас есть два варианта для тебя, Гарри, — сказал Ремус. — Первый, это мы накладываем на тебя косметические чары, превращаем в блондина с голубыми глазами, например. Но тебе все еще будет тринадцать лет, и, если кто-нибудь будет искать тебя, то ты подпадешь в возрастную группу, в которой они будут проводить поиски.
— А если они из нашего мира, то будут знать, что на мне могут быть косметические чары, — быстро ухватил суть Гарри.
— Точно, — гордо сказал Сириус. — Поэтому, у нас есть еще один вариант — мы используем на тебе зелье омолаживания. В течение суток тебе будет пять лет. Никто не догадается, что на самом деле тебе тринадцать, и, плюс к этому, ты сможешь немного беззаботно повеселиться, как пятилетний ребенок.
Гарри тщательно обдумал это предложение. Сириус понимал, что он оценивает преимущества безопасности своего пятилетнего «я», против временной потери положения почти взрослого тринадцатилетнего «я».
— Наверно, мне стоит выбрать вариант с омолаживающим зельем, — наконец решил Гарри, потом, взглянув на Сириуса, спросил, — как насчет тебя?
— Я тоже приму омолаживающее зелье, — ответил он, — мне будет двадцать с хвостиком, но этого хватит, чтобы у меня был пятилетний сын. Тебя будут звать Гарри Эванс, а меня — Джек Эванс — так звали твоего дедушку.
Гарри медленно кивнул.
— Как насчет тебя, Ремус?
Ремус от неожиданности вздрогнул.
— Меня?
— Ты ведь едешь с нами, да? — настойчиво спросил Гарри.
Ремус благодарно улыбнулся ему.
— Спасибо, что подумал обо мне, но в другой раз. Вам обоим нужно время, чтобы поближе узнать, друг друга, а мне нужно позаботиться о некоторых вопросах здесь, пока вас не будет. Мне нужно подготовить наш новый дом, разобраться с твоими финансами, проконтролировать объявления в прессе о том, что ты стал подопечным Сириуса... — он широко улыбнулся, — можно сказать, мне будет, чем заняться в ваше отсутствие.
— Наш новый дом? — спросил Гарри с расширенными от удивления глазами.
— Мы купили дом в Хэмпшире, загородом, — объяснил Сириус. — Он был маггловским, но мы сделали его не находимым, наложили массу охранных чар и скрыли под Фиделиусом.
— У нас есть несколько фотографий, потом посмотришь, — добавил от себя Ремус, — а пока, давай покажем тебе все здесь.
Провести экскурсию было удачной идеей. Больше всего Гарри впечатлила дуэльная комната в подвале, при виде библиотеки он сразу заявил, что Гермиона будет от нее в восторге. Потом на кухне его снова представили Кричеру, пока исполненный важности домовой эльф не выпроводил их оттуда. Они сообщили ему, что собираются нанять еще одного эльфа для нового дома, потому что у Кричера было достаточно забот и с этим домом.
Наконец они поднялись вверх по лестницам, и Сириус объяснил, что спальни на первом этаже предусмотрены для гостей. На втором этаже располагались три спальни с отдельными ванными комнатами. На каждой, блестящей белой краской двери была установлена золотая табличка. На первой было написано «Управляющий рода Блэк» — это была комната Ремуса. На двери в спальню Сириуса было выгравировано «Лорд Блэк». Он позволил Гарри заглянуть в комнату и оглядеться, прежде чем подтолкнуть его дальше по коридору к последней двери, на которой было написано: «Наследник рода Блэк».
— Это твоя комната, на то время, пока мы остаемся в этом доме, — сказал Сириус и, немного нервничая, открыл дверь.
Стены были окрашены в бледно-кремовый цвет. По приказу Сириуса, Кричер обставил комнату в Гриффиндорском стиле: занавески, постельное белье и обивка стульев были выполнены в красных тонах. Красный ковер ручной работы с изображением льва лежал в центре комнаты на отполированном паркете. Мебель была дубовой, даже на вид очень удобной.
Гарри осмотрел комнату, окинул взглядом книжный шкаф, письменный стол, на котором он заметил фотографию своих родителей, потом — комод и гардероб, кровать с ночным столиком, мягкое кресло у окна, где стоял также его сундук и жердочка для Хедвиг, которая нашлась там же и поприветствовала Гарри мягким уханьем. Потом он осмотрел через боковую дверь маленькую ванную комнату и вернулся к ним с широкой улыбкой на лице.
— Это... это просто великолепно, — встретившись взглядом с Сириусом, искренне сказал, — Спасибо.
— Я рад, что тебе понравилось, — сказал довольный Сириус, — мы не будем жить в этом доме, но ты спокойно можешь развесить здесь постеры и сделать со своей комнатой все, что тебе захочется.
Они обменялись понимающими улыбками.
Ремус кашлянул, привлекая их внимание. Он стоял, прислонившись к дверному косяку, со снисходительной усмешкой на лице.
— Ваш рейс завтра очень рано, поэтому тебе и Бродяге стоит лечь пораньше. В комоде есть несколько новых пижам, вместе с бельем и другими вещами. Оставляем тебя одного, чтобы подготовиться ко сну. Если что-то понадобится, можешь просто крикнуть.
— А что насчет сбора вещей для отдыха? — спросил Гарри.
— Все уже готово. Мы взяли на себя смелость прикупить тебе немного новой одежды, но если ты хочешь забрать с собой что-то определенное, отложи все это на столе, а утром я уложу их в твой чемодан, — ответил Сириус. Он, было, направился к выходу вслед за Ремусом, но остановился, когда заметил, что Гарри потерянно оглядывает комнату. — Все в порядке?
Гарри покраснел.
— Просто, очень много новых впечатлений, наверно.
Сириус понимающе кивнул.
— Как сказал Ремус, мы на расстоянии крика, если тебе что-нибудь понадобится, — с этими словами он заставил себя повернуться к выходу из комнаты.
— Сириус... — остановил его Гарри, когда он уже почти вышел из спальни. Сириус оглянулся и вопросительно посмотрел на своего крестника.
— Хмури упоминал, что отец был в спецотряде, и я подумал... — Гарри неуверенно теребил полу своей рубашки, — я подумал, а чем занималась мама?
— Твоя мама сразу после школы собиралась заниматься у профессора Флитвика, чтобы сдавать на мастера по чарам. По ее словам, после получения мастера она хотела стать учителем. Потом появился ты — очень неожиданный, но желанный сюрприз, а потом твоим родителям пришлось скрываться, поэтому... у нее просто не было возможности, но из нее вышел бы потрясающий учитель. Она была самой умной ведьмой в нашем потоке.
— Спасибо, Сириус, — искренне сказал Гарри, — за все.
— Не за что, Гарри. Тебе нужно отдохнуть, — с этими словами Сириус, наконец, смог выйти из комнаты. Стоило ему закрыть за собой дверь, как он обессилено прислонился к ней, чтобы перевести дыхание.
Наконец Гарри дома, он в безопасности.
Обновлено: 15.02.2026