Парабола его падения была такой отчётливой, что мне не сразу удалось понять, что местом приземления этой трёхсоткилограммовой туши может оказаться моё лицо. Но в последний момент я смог перебороть свой мандраж, пересилить землетрясение, и бросится всем телом в сторону.
Грохотом удара заложило уши, и напоминал грохот чем-то прилёт мины по блиндажу.
Как же давно не удавалось почувствовал это. Когда жизнь стучит в ушах. Когда лёгкие горят, а горло сушит. Это не было каким-то тёплым воспоминанием, просто… знакомым.
Если не поднимусь сейчас – точно умру. Только это крутилось на уме.
Кулак покрепче вжал в ладонь древко кирки. Оставалось уповать на древесину, больше только на себя.
Подняться оказалось очень непросто, особенно когда земля хотя и стала трястись легче, но это всё ещё была безумная тряска.
Родео с собственными ногами окончилось моей победой.
Теперь ситуация на поле боя уже не выглядела так однозначно. И мне теперь хотя бы была эта самая ситуация видна.
Сражение с быками – это ужас. Дыры в строю были по всей линии столкновения. А самое главное, что основной прорыв, кажется двигался как раз, сука, в мою сторону.
И двигался этот прорыв ебись как быстро.
- В-А-А-А. – Именно под этот крик я смог откатится от несущейся на меня трёхметровой туши.
Ветер, следовавший за этим тараном мало того, что откинул меня на половину метра, так ещё и закрутил как волчок.
Лоб исполосовался каменистой землёй, по которой мне пришлось проехаться мордой.
Совершенно не раздумывая, руки на безумной дозе адреналина, и совсем не считаясь с ранами били пол, пытаясь поднять меня обратно на ноги. Нельзя лежать. Нельзя, блять!
И снова победа над поганым землетрясением.
Кому-то повезло меньше, чем мне, и с заднего ряда послышался постепенно уменьшающийся в громкости, как будто при отдалении, возглас боли и выбитого из груди воздуха.
И такой человек, кажется был не один.
- Заменный ряд справится! Нужна большая концентрация бойцов на прорыв!!!
Слава господи не мне придётся разбираться с этим чудовищем. У меня было всё право бросить своё место и понестись к кулаку прорыва.
Стоило выбиться ещё ближе к заголовной части построения, как на полу стали попадаться вечные спутники войны. Мёртвые и раненные. Две и три сотни.
Обезглавленные, или перемолотые в смятку. С пробитым черепом. С исходящей из вены жизнью.
Как бы мне того не хотелось, как бы мне ни было противно, но сейчас начнётся настоящая часть баталии.
Занеся кирку над головой, я вложил всю силу в замах. Это было глупой ошибкой.
Опыт: +0 ед.
СВ: +0 секунд.
Ошмётки и осколки черепа первой моей настоящей жертвы в этом мире оказались на лице, рубахе и по всей ручной повязке.
Чуть не выблевав кишки наружу, когда я почувствовал кровь, каплей мазнувшую мою губу, стало очевидно понятным то, что всю силу вкладывать может быть очень. Очень плохой идеей.
В поднявшемся до пиковых значений пульсе я осматривал кирку на предмет повреждений. И ко всему моему счастью их не обнаружил.
Ничего не получил, но хотя бы ничего не потерял. Ладно, добивать умирающих – бесполезно, пусть так.
Это далеко не был конец. Всё только начиналось.
И долго ждать не пришлось. Увидев меня, застывшего на поле боя, пробившийся через оцепление бык уже нёсся с целью подловить идиота на ошибке.
Но благо застыл я от силы секунды на три. Среагировать на этого быка уже правда не было какой-то проблемы, по сравнению с первым монстром.
Ещё чуть-чуть и бык точно бы улетел в толпу заменной линии фронта. У них уже была работа, но затерявшегося бычка они обескровили бы в считанные секунды, и без единого шанса на его победу.
Так что, используя свои мощные копыта как опору, бык умудрился вовремя затормозить своё массивное тельце. Однако это означало прямую битву лицом к лицу с неудавшейся жертвой. Благо и жертву он выбрал послабее.
Синеватый мех. Отливающая фиолетовым кожа. Мускулистое как у быка телосложение и огромные белые рога. Собственно, бык то и был, просто немного антропоморфный. С руками, на которых было почему-то всего три просто безумно огромных пальца. Страшное зверьё. Но благо недостаточно страшное, чтоб я застыл в глупой беспомощности.
Только сейчас, примеряясь ударом к быку, я осознал, насколько проблемным оружием на самом деле является кирка. Потенциальных мест для удара было достаточно мало, и вообще единственной тактикой виделось только покрепче вдарить заострённым концом прямо в глазницу. Но это было всяким больше, чем ничего. И в своей кирке я хотя бы был максимально уверен.
Даже если бы я мог взять хоть какой-нибудь меч под ногами, я, очевидно, не особо умел ими пользоваться. Да и времени подобрать какое-нибудь тыкало-ковыряло помимо родной и любимой кирки было категорически мало, и грозило скоропостижной смертью.
Чёрт.
Мы застыли, пытаясь понять намерения друг друга. Или я так думал. Бык вот видимо так не думал, и спустя пару секунд рванул своей массированной тушей прямо на меня, руками ударяя о пол. Каждый такой удар сопровождался небольшим локальным землетрясением и поднятой в воздух пылью каменистой земли нагорья.
Бежал он и вдвое не так быстро, как это было при его первом рывке. Это был можно сказать накат. Он явственно пытался задавить меня массой. В моих глазах засверкал шанс.
Слишком медлительно он накатывал, а потому и примерить траекторию для точного удара кирки я явно успеваю. Осталось только положить свою жизнь на кон, в единственном ударе. Ничего сложного, просто рискнуть…
Много раз уже было, чего же сейчас руки подрагивают?
Видимо в военном деле почти как в спорте. Пропущенная неделя без риска для жизни возвращает крышу в почти верное положение на макушке, когда рисковать жизнью – это не будничная повседневность.
Живот совсем подсосало, когда нужный момент настал. Но благо руки всё же стали делать дело.
Замах получился даже сильнее того, который я сделал ради добивки полумёртвого быка. И это было попадение!
В глаз я так и не попал. Но этого оказалось и не требовалось. Череп пробило моментально.
Чуть снова с ног не свалился, однако удержатся-таки получилось, даже когда труп упал на земь, оставив на ней пару трещин. Кирка застряла своим остриём в голове быка и вместе с ним ударилась о землю.
Нервным взглядом я следил за падением, но слава богу снова обошлось без сломанной ручки. Так что я просто усилием выдернул из трупа мой инструмент Войны.
Сейчас уже не казалось совсем плохой идеей использовать кирку в качестве оружия, банально поскольку я привык к ней уже достаточно фундаментально. Однако и меч подобрать с полу я всё же решился.
Что-то показалось странным.
Точно. Почему-то опыт не приходил. Присмотревшись к трупу, я понял, что он пока и не труп вовсе.
Омерзительное зрелище пробитой головы. Не единожды приходилось смотреть на такое. Но омерзительней было другое. Что-то в этой дыре, вперемешку с кусочками мозга, осколками черепа и литрами крови, шевелилось. Будто пытаясь выговорить что-то.
В этот раз всё-таки стошнило.
Обновлено: 17.01.2026