— Извините. Прошу, помилуйте! Спасите. Я не хочу снова испытывать это.
У заплаканного Юк Ча Хо сразу сменилась манера речи. Су Хек же, довольно улыбнувшись, снова приступил к просвещению грубияна.
— Если не хочешь получить, повторяй за мной.
Китаец сразу же повторил на корейском языке то, что сказал Су Хек.
— Вот, молодец. Еще раз.
Юк Ча Хо сделал то же самое.
— О-о-о, да ты быстро учишься. Наш Ча Хо. Давай еще раз.
Юк Ча Хо снова повторил.
— Так ты хотел напасть на мою семью? — с угрозой в голосе спросил Безымянный.
Поняв ситуацию, китайский лидер побледнел.
— Если сказать точнее, он хотел направить на Корею ядерную ракету… — сказал Нэпэлиано.
Су Хек кивнул.
— Так ты это именно имел ввиду? Так не пойдет!
— Да! То есть нет!? Нет, — запутался китаец, торопясь с ответом.
— Все-таки люди быстро всему учатся в экстренных ситуациях. Он уже говорит на корейском языке, — насмешливо произнес Безымянный, обращаясь к Нулевому Шифру.
— Просто невероятно, — захлопал в ладоши Нэпэлиано.
— Но, не смотря на это, нельзя не наказать его еще раз, — объявил охотник.
— Нет, пожалуйста, не надо! — в панике замахал руками лидер.
— Надо!
Су Хек еще раз тронул несколько болевых точек на теле китайца.
— А-а-а!
— Посмотри на него. Ревет, как девчонка, — презрительно сказал воин, глядя на вопящего главу.
Нахмурившись, при помощи силы он заткнул уши. Благодаря чему даже в такой шумной обстановке на какое-то время обрел покой.
***
Время пыток закончилось.
Юк Ча Хо вместе с китайскими чиновниками встали в ряд перед Су Хеком и Нэпэлиано. Они были так напуганы, что готовы были согласиться на что-угодно, только бы не испытывать боль еще раз.
— Все, что будет сказано в этом месте – негласное правило, — начал свою речь дракон. — Поклянитесь, что вы не будете угрожать или мстить семье или стране Безымянного, Ян Су Хека. Также нельзя для мести и угроз использовать третье лицо. Если это правило будет нарушено, в тот же момент ваша голова взорвется. Клянетесь?
Нэпэлиано очень точно описал, что будет, если кто-то не выполнит клятву.
Честно говоря, Пэли было важно лишь то, чтобы Су Хек не был зол, и ему не угрожала опасность. А остальное его не волновало. Но китайцев нарисованная Нулевым Шифром картина привела в ужас.
— Как вы можете взорвать голову человека. Разве, это не слишком несправедливое требование?! — кто-то осмелился выкрикнуть Безымянному на китайском.
Остальные ждавшие клятвы чиновники только что-то пробормотали и нахмурились. У них были такие же мысли, но никто не осмеливался озвучить их.
Нэпэлиано ничего не перевел, но охотник и сам обо всем догадался. Из-за этого спросил.
— Пытки?
Все бормотания сразу же прекратились. Все чиновники, которые только что хмурились, вдруг заискивающе заулыбались.
— Так запугивать людей!.. — возмущенно продолжил мужчина средних лет .
— Да, пытки. К тому, же все несут ответственность за себя и за другого, — подтвердил Безымянный.
Он встал с места. Кивнув, Нэпэлиано перевел то, что он сказал. Из-за слов об общей ответственности все снова зашумели. Особенно возмущался Юк Ча Хо, стоявший за спинами остальных. Глава Китая дал посмевшему подать голос мужчине сильный пинок под зад.
— Оо-!
Не ожидавший атаки мужчина начал кататься по полу, а свирепый взгляд Юк Ча Хо не сулил ничего хорошего.
— Ты хочешь новую порцию пыток? Сукин сын?! О? Просто сдохни! Сдохни! — гневно повторял Лидер Китая.
Избив своего подчиненного, Юк Ча Хо встал на колени перед Су Хеком.
— Я сам разберусь с подчиненным, который осмелился не послушать вас.
— Да? — усмехнулся воин. — Ну, хорошо, продолжай. Хотя, постой. Передай кое-что.
Су Хек скрестил руки и холодно посмотрел на высокопоставленного китайца, стоявшего перед ним на коленях.
— О каких несправедливых условиях вы говорите, если вы сами начали угрожать чужой стране и семье? Если кто-то еще скажет что-нибудь в этом роде, то пощады точно не ждите. Тогда я не пожалею своего времени, чтобы убить всех вас! Будьте уверены, что я это сделаю. Тот, кто хоть что-то еще скажет о моей семье, труп.
От грозной речи Безымянного все чиновники побледнели. В его словах чувствовалась и жестокость, и сила. Все поняли смысл сказанного, хотя воин говорил на корейском. Но Пэли все же перевел слова Су Хека, из-за чего все сразу начали дружно кивать. Теперь никто не посмел раскрыть рот.
Безымянный, довольно улыбнувшись, скрестил руки на груди и отошел назад, встав за Нэпэлиано.
— Все произошедшее здесь негласное правило…
Драконьи клятвы продолжались.
***
На высотном здании, с которого была видна мэрия.
— Вы не зайдете? — спросил молодой мужчина у Чон Ён А.
На что она склонила голову и ответила.
— А что я там буду делать, Чон Ге Мен?
— А? Ну… Глава ведь попросил о помощи… — волнуясь, сказал парень, которого звали Чон Ге Мен, и стер пот со лба.
— Попросил! Но пойти туда и драться? С Безымянным и Нулевым шифром? — удивленно спросила китаянка.
— Но мы… Ведь.. Одна нация…
— А ты смелый. Хвалю тебя за это. Тогда иди туда сам, — насмешливо предложила женщина-воин.
— А? — парень растерялся.
— Иди. Мы с Вратами Чон Му не будем нести никакую ответственность за это.
— Госпожа…
— Я? — улыбнулась Чон Ён А и, показав на себя, и помотала головой. — Я еще жить хочу.
— …
Растерявшись, Чон Ге Мен закрыл рот.
— Чон Ге Мен, подумай. Что с самого начала требовал от нас Глава? — обратилась к молодому воину его предводительница.
— Сделать Безымянного гражданином Китая… А затем разделить его силу на весь Китай. И сказал, что в этом случае снизит наш долг на сто тысяч долларов, хотя Китай понес огромные потери,— перечислил парень.
— О-о-о… У тебя хорошая память! — захлопав в ладоши, улыбнулась Чон Ён А. — Тогда, используя свою хорошую память, вспомни свои слова.
— О…
На секунду издав стон, Чон Ге Мен покраснел.
Он и сам знал, что выдвинутое лидером Китая требование было наглым и бессовестным. Честный воин, выслушав его, должен был бы отбросить верность Главе страны. Раздать бесплатно силу? Как можно требовать такое? А также денежная компенсация в сто тысяч долларов? Все же Безымянный – герой, который спас Китай. И он сам лично не просил ничего за это. Как в такой ситуации можно просить что-то у него?
— Даже представить стыдно, да?
— Да, — согласился молодой воин.
— Я тоже так думаю. Из-за этого, когда пришла к нему, ничего не сказала. Я подумала, что это к счастью, что он отказался от просьбы нашего Главы, — сказала предводительница Врат Чон Му.
— Вот как.
— Но затем Глава отправил кого-то, чтобы его привели насильно, — возмущенно произнесла женщина.
— …
— Скажу прямо, разве он не сошел с ума? Если бы у него была совесть… Нет, хотя бы голова на плечах! Он бы такого не совершал! — закричала в бешенстве Чон Ён А. — Папа говорил, пока он был жив, что наш Лидер из-за своих амбиций и жадности не может управлять такой огромной страной.
— !?.
Такие слова приравнивались к измене. В Китае критика правительства и Главы не разрешались. Если бы она не была окружена воинами из Врат Чон Му, то в нее в любой мог бы ударить мечом. Или кто-то сейчас же мог бы побежать к Главе и нашептать ему. Но даже зная все это, Чон Ён А продолжила свою гневную речь.
— Я тогда не понимала. Как слова отца о Главе могли быть такими резкими? Но сейчас я с ними согласна. У папы тоже было много амбиций, но он никогда не сбегал, как последний трус. На его примере я научилась завоевывать желаемое через сражение. А что с Главой, которому мы все так верили?
У Чон Ён А из глаз летели фейерверки. Она была безумно зла.
— Он бросил нашу столицу Пекин. Бросил народ и, думая лишь о своей безопасности, убежал. И он собирается угрожать благодетелю, который спас нашу страну? Если бы я не была китаянкой, то разорвала бы его собственными руками.
Чон Ён А несколько раз сделала вдох и выдох, а затем перекинула волосы.
— Да и к тому же, если мы пойдем, что мы будем делать? — ее взгляд снова был направлен на Чон Ге Мена. — Драться с тем благодетелем? Кроме того, ты уверен, что сможешь выиграть в битве?
Чон Ге Мен замотал головой.
И не только Чон Ге Мен. Все члены Врат Чон Му, находившиеся сзади, тоже замотали головой.
— Из-за этого я и останусь здесь, — закончила глава Врат Чон Му.
Больше недовольств не последовало. В этом месте никто не думал, что она была неправа. Так прошло еще пять минут.
Послышался громкий треск. Это разрушилась крыша мэрии. И в небе появились две фигуры. Увидев Безымянного с Нулевым шифром в Гиперброне, Чон Ён А улыбнулась.
— Все хорошо разрешилось.
На секунду китаянка встретилась взглядом с Су Хеком и слегка поклонилась ему. После этого двое на огромной скорости рассекли небо. Они вернулись в Корею.
***
Глава Китая Юк Ча Хо сделал заявление о нападении демона Лавама. Он начал с того, что выразил благодарность корейским героям Безымянному и Нулевому шифру, а также отряду эльфов.
Также Китай пообещал всегда оказывать поддержку Корее, если необходимость в такой возникнет. А также обещал быть вечным союзником и никогда не забывать о подвиге корейского охотника.
В конце он выразил уважение Корее за то, что вырастили таких героев, как Безымянный и Нулевой шифр, и добавил «спасибо» на корейском языке.
Из-за такого нетипичного поведения, не присущего Китаю, все стали подозревать свои уши и глаза в ошибке. Но запечатленный камерой человек действительно Юк Ча Хо, так же как и голос принадлежал именно ему.
Обновлено: 13.02.2026