- Я же говорила, что это он, папочка.
В этот момент Далия обнимала ярла Велундгарда по имени Хурт. Это был столь же высокий, сколь и широкий мужчина лет пятидесяти, который выделялся своим большим животом и лысой головой. Раньше этот человек учувствовал в военных походах, но уже давно он предавался разврату и различного рода развлечениям.
Хелге стоял на коленях перед ними. Его руки были связаны, но и без этого он не смог бы что-то сделать. В зале было около десятка охранников и их уровень был выше тех солдат в переулке. К тому же, у него, естественно, отобрали все оружие. До этого парня избили, потом перевязали раны и вновь избили. Под конец он потерял сознание, но его привели в чувства, чтобы он мог слышать то, что ему скажет ярл.
- Ну и как тебе этот парень? – спросил Хурт, обнимая Далию. – Не верю, что ты не залезла к нему на член.
- Неплохо, но нет никого лучше тебя, папочка, - ответила она и поцеловала Хурта. Тот довольно хмыкнул и шлепнул Далию по попе.
- У Ингмара на тебя зуб, пацан. К счастью, моя дочь очень ответственная, поэтому теперь ты в моих руках. Пусть Ингмар всего хускарл, но всегда лучше помогать своим союзникам, а? – сказал Хурт.
Хелге не отреагировал и улыбка на лице ярла пропала.
- Киньте его в тюрьму, пусть помаринуется пару деньков, пока приедет кто-то из людей Ингмара, - сказал Хурт и махнул рукой. Несколько человек за спиной Хелге схватили его и поволокли прочь из зала.
Парня стянули в подвал, а потом, развязав руки, пихнули в одну из камер, которых здесь было около десятка. Краем глаза Хелге увидел и непременный атрибут подобных мест, пыточную комнату, где лежали разнообразные инструменты для получения информации или просто для издевательства над пленником.
Около часа он приходил в себя. Избили его серьезно и раны давали о себе знать, но выносливость парня была просто потрясающей. Он поднялся с пола и начал осматривать камеру. Это была небольшая комната, в которой с трудом лежа помещался мужчина высокого роста. Больше не было ничего. Даже решеток, как таковых, не было: вход был массивной дубовой дверью, поэтому в камере царила темнота, с трудом разгоняемая светом из дверных щелей.
Что теперь? Хелге старался найти выход, но у него не получалось. Не было возможности сбежать из камеры. Единственный возможный вариант – это попытаться вырваться, когда его достанут с этой тюрьмы, но это будет через три дня. Хурт явно не собирался его кормить, а раны, пусть и были перевязаны, лишь сохраняли Хелге жизнь. К тому моменту он будет ослаблен и ничего не выйдет.
Прошло два дня. В коридоре часто было слышно шум, а раз парень слушал ужасные вопли на протяжении нескольких часов. Хелге приходилось убивать и людей, и зверей, жизнь на севере порядком закалила его, но от таких криков даже у него стыла кровь в жилах.
Все изменилось, когда, по примерным предположениям парня, заканчивался второй день заключения. Снаружи послышался шум борьбы, а потом все стихло. Неожиданно дверь в его камеру сотряслась, но устояла. С той стороны кто-то выругался и дверь испытала еще один удар, однако в этот раз она не выдержала и слетела с петель. Но, так как она открывалась наружу, то человек просто открыл ее, пусть теперь дверь даже не держалась ни на чем.
- Хелге, ты живой?
Щурясь от яркого света, парень ошеломленно понял, что перед ним стоит Торбьерн.
Обновлено: 16.02.2026