Честно говоря, Цзян Хэ не знал, то ли он насмотрелся боевиков, то ли еще что, но ему всегда казалось, что современные преступления — это нечто высокотехнологичное. Особенно в гонконгских фильмах, где ограбления всегда сопровождались кучей хитроумных приемов. Так что о таких примитивных методах он уже и забыл. И вот, столкнувшись с этим вживую, он просто растерялся.
Чат тоже взорвался вопросительными знаками. Но из-за ракурса дрона грабитель, стоявший за спиной Цзян Хэ, даже не заметил, что его снимают.
— Парень, деньги или жизнь?! — прорычал он, понизив голос.
Цзян Хэ, то ли не придя в себя, то ли от внезапного помутнения рассудка, брякнул:
— Деньги, пожалуй. Жизнь у меня уже есть.
От такого ответа опешил даже грабитель.
— Кончай мне тут зубы заговаривать, — прошипел он Цзян Хэ в ухо. — Деньги гони!
— Бро, ты бы отодвинулся немного, а? Я не по этой части.
— Да твою мать! — грабитель, похоже, начал злиться, и нож у горла Цзян Хэ впился чуть сильнее.
— Виноват, виноват! Бро, сколько тебе нужно? Я дам.
— Все, что есть! Быстро!
— Хорошо, сейчас достану, только не торопись.
Под пристальным взглядом грабителя Цзян Хэ медленно засунул руку в карман и после недолгих поисков извлек связку ключей и телефон.
— Бро, — робко произнес он, — можно я тебе переведу? У меня налички нет.
— Переведешь ты своей маме! Мне нужна наличка! — грабитель снова надавил на нож.
— Да нет у меня, бро! Кто сейчас с наличкой ходит? Серьезно, нет. Хочешь, машину забирай? Вот ключи. — Цзян Хэ протянул ключи назад.
Грабитель, кажется, задумался. Наконец, он сказал:
— Ладно, переводи.
— Хорошо.
Цзян Хэ разблокировал телефон, но грабитель тут же выхватил его. Одной рукой он держал нож у горла Цзян Хэ, а другой открыл банковское приложение и начал вводить номер счета.
— Пароль!
— 123456.
Грабитель удивленно посмотрел на него, видимо, не ожидая такого простого пароля. Но все же ввел его. Пароль подошел! Но в следующую секунду он яростно уставился на Цзян Хэ.
— Какого хрена у тебя лимит установлен?!
Цзян Хэ взглянул на свой телефон. Его карта I класса, на которой раньше не было ограничений, превратилась в карту II класса.
— Бро, — робко пролепетал он, — наверное, из-за того, что я вчера много потратил, банк посчитал это подозрительной активностью и понизил класс карты. В банке можно разблокировать. Может, сходим вместе?
— Сходи ты к своей маме! — взревел грабитель. — Что ты, твою мать, вчера делал?!
— Купил виллу. За тридцать с лишним миллионов.
Шлеп!
Грабитель отвесил Цзян Хэ подзатыльник.
— Да ты мне тут не заливай! Какой-то нищеброд на драндулете-Кадиллаке купил виллу за тридцать миллионов?
Зрители в чате, до этого беспокоившиеся о безопасности Цзян Хэ, от этих слов пришли в ярость.
«Чем тебе Cadillac не угодил?!»
«Почему это мы, владельцы Cadillac, не можем покупать виллы за тридцать миллионов?!»
«Ты у меня дождешься! Я позову своего старшего брата на Escalade, он с тобой разберется!»
«Ты, грабитель, еще и дискриминацией занимаешься?»
«.........»
Пока зрители изливали свой гнев, грабитель перевел взгляд на машину Цзян Хэ.
— У тебя в машине есть наличка?
Цзян Хэ подумал и покачал головой.
— Хочешь членскую карту в сауну? Вчера только оформил. Правда, сауну сегодня прикрыли.
Грабитель: «...»
Он почувствовал, что терпит фиаско. Налички нет. Перевод невозможен из-за лимита. Только старая развалюха, в которой валяется бесполезная членская карта. Он и сам не знал, что делать.
Гав! Гав-гав!
В этот момент сзади послышался лай. Грабитель инстинктивно обернулся.
Цзян Хэ, воспользовавшись моментом, отскочил назад, разрывая дистанцию, и со всей силы ударил грабителя ногой в пах.
Хрусть!
Раздался несуществующий звук ломающихся костей. Грабитель отлетел на несколько метров, рухнул на землю и свернулся в клубок, как вареная креветка.
Все зрители-мужчины в этот момент почувствовали холодок и инстинктивно сжались. Кто сказал, что у мужчин нет эмпатии!
В полете грабитель выронил нож. Цзян Хэ сначала отшвырнул нож в сторону, а затем подошел к нему.
— Ах ты, твою мать! В каком веке живешь, до сих пор грабишь по старинке? Ты что, совсем безмозглый?
Грабитель протянул к нему дрожащую руку, пытаясь что-то сказать, но от боли не мог вымолвить ни слова.
Цзян Хэ присел на корточки и отвесил ему пощечину.
— Так это ты у нас любитель грабить, да?
С этими словами он сорвал с грабителя маску. Его лицо предстало перед всеми зрителями. Он яростно смотрел на Цзян Хэ налитыми кровью глазами. Его лицо то зеленело, то белело. Было видно, что ему очень больно.
Цзян Хэ окинул его взглядом и привычным движением снял с себя ремень... чтобы связать ему руки. Грабитель попытался сопротивляться, но сил у него уже не было. Он мог лишь беспомощно наблюдать, как Цзян Хэ его связывает. Затем Цзян Хэ перевернул его на живот и придавил к земле, лишая возможности двигаться.
Только после этого он забрал свой телефон и собрался звонить в полицию.
Гав-гав-гав!
Лай снова привлек его внимание. Обернувшись, он увидел на углу знакомую желтую собаку, которая лаяла на него.
— Твою мать, Лайфу! — опешил Цзян Хэ.
Это же была та самая собака, которую он вчера оттащил на кастрацию!
Пока он стоял в ступоре, неподалеку раздался вой сирен.
У-и-у... у-и-у...
Вскоре появилось несколько полицейских машин. Цзян Хэ понял, что кто-то из зрителей вызвал полицию.
— Сюда! — крикнул он.
Полицейские тут же подбежали к нему.
— Не двигаться! Полиция! — несколько стволов были направлены на Цзян Хэ.
— Я — потерпевший, — медленно подняв руки, сказал он. — Я веду прямой эфир. — Он указал на дрон.
Услышав это, полицейские немного смягчились, но все равно держали его на прицеле. В конце концов, они не знали, что здесь произошло.
Вскоре трансляция прервалась, и зрители остались в неведении. Но новость о том, что Цзян Хэ ограбили в прямом эфире, мгновенно разлетелась по всему интернету.
Кто бы мог подумать, что в наше время можно будет увидеть ограбление в прямом эфире! Да еще и от первого лица...
Имя Цзян Хэ снова взлетело в тренды...
Обновлено: 21.01.2026