Создание Латяо в диких условиях оказалось задачей, требующей не столько кулинарного таланта, сколько инженерной смекалки. У Лео не было ни мясорубки, чтобы сформировать текстурат, ни плиты с контролем температуры. У него были костер, картошка, кокосы, "солнечные камни" и безграничное упрямство.
Процесс он разделил на три этапа.
Этап первый: Основа. Он тщательно вымыл десяток картофелин, очистил их острым краем ракушки и начал измельчать. Он тер их о самый шершавый камень, который смог найти, превращая в грубую кашицу. Затем, используя кусок своей старой рубашки как фильтр, он промывал эту кашицу водой, собирая в большой, выдолбленной тыкве мутную, белесую жидкость. Это был крахмал. Он дал ему отстояться, слил лишнюю воду и получил на дне плотный, белый осадок.
Этап второй: Масло. Система выдала ему рецепт "Базового Пряного Масла". Он расколол несколько кокосов, натер их мякоть и отжал масло — это он уже умел. Затем он осторожно, защищая руки листьями, измельчил два "солнечных камня", убрав семена, как советовала система, чтобы уменьшить горечь. Он смешал оранжевую крошку с кокосовым маслом и медленно нагрел его на камнях у края костра. Воздух мгновенно наполнился невероятным ароматом — сладковатый запах кокоса смешался с густым, пряным, почти фруктовым жаром перца. Запах был настолько аппетитным, что у Лео закружилась голова.
Этап третий: Сборка. Самый сложный этап. Он смешал крахмальную пасту с небольшим количеством пряного масла. Получилась липкая, тягучая масса. Он долго разминал ее, пытаясь добиться нужной консистенции. Затем, раскатав ее на плоском камне, нарезал на длинные, неровные полоски. Финальный штрих — он быстро обжарил их в оставшемся масле, пока они не приобрели тот самый красно-оранжевый, аппетитный оттенок.
Готово.
Перед ним на большом листе лежало около двадцати неровных, бугристых, но определенно узнаваемых полосок Латяо. Они блестели от масла и источали аромат, который заставил его желудок сжаться от предвкушения.
Дрожащей рукой он взял одну. Она была еще теплой. Он зажмурился и откусил.
И... это было не то.
Нет, это было вкусно. Даже очень вкусно. Картофельный крахмал дал неожиданно упругую, приятную текстуру. "Солнечный камень" взорвался на языке горячей, но не обжигающей волной, оставив долгое, пряное послевкусие. Но это был не тот вкус. Не хватало сложности, глубины, которую давали сычуаньский перец и тмин. А легкий привкус кокоса, хоть и приятный, был здесь чужеродным.
Это был отличный продукт. Но это была не ностальгия. Не его дом.
Лео вздохнул. Первый провал. Но какой же это был восхитительный провал! Он съел еще одну полоску, и еще. Это вызывало привыкание, даже в этой, "урезанной" версии.
На следующий день, когда он совершал обход своей территории, он заметил то, чего раньше не видел. Далеко на горизонте, над верхушками деревьев, поднималась тонкая, едва заметная струйка дыма.
Дым.
Дым означал огонь. А огонь означал людей.
Сердце пропустило удар. Он был на острове не один. Страх боролся с любопытством и... с надеждой. Он так устал от одиночества.
Собрав всю свою волю в кулак, Лео решил пойти на разведку. Он взял с собой лопату, флягу-тыкву с водой и, немного подумав, завернул в большой лист дюжину своих "провальных" Латяо. Если там люди, еда — лучший способ начать диалог.
Он шел почти два часа, ориентируясь на дым. В итоге он вышел к небольшой бухте, скрытой от открытого моря скалами. Там, на берегу, стояло с десяток неказистых, но крепких на вид хижин. У воды сушились сети, а на песке лежала перевернутая лодка. Это была маленькая рыбацкая деревушка.
Жители заметили его почти сразу. Несколько крепких мужчин, чинивших сеть, тут же вскочили, схватившись за гарпуны. Женщины и дети, игравшие у хижин, испуганно попрятались. На него смотрели с недоверием и страхом. Для них он был чужаком, который вышел из джунглей. Потенциальной угрозой.
Лео остановился на краю пляжа, медленно подняв пустые руки, показывая, что у него нет оружия.
— Я... я не враг, — сказал он. Голос от долгого молчания был хриплым. — Я мирный.
Ему не ответили. Один из рыбаков, седовласый старик с суровым, обветренным лицом, очевидно, староста, сделал шаг вперед.
— Кто ты? Что тебе нужно в нашей деревне?
— Меня зовут Лео. Я... потерпел кораблекрушение, — соврал он. Это было проще, чем объяснять правду. — Я живу на другой стороне острова. Я не ищу проблем. Я просто... принес угощение. В знак добрых намерений.
Он медленно опустился на колени и развернул лист, на котором лежали блестящие оранжевые полоски.
Рыбаки переглянулись. Еда выглядела странно, но пахла... интригующе. Пряный аромат долетел до них с ветром.
Староста недоверчиво смотрел то на Лео, то на угощение. Наконец, он медленно подошел, наклонился, взял одну полоску, осмотрел ее, понюхал и, с опаской, откусил маленький кусочек.
И замер.
Его глаза расширились. Он быстро прожевал, и на суровом лице отразилось сначала удивление, потом — чистое, неподдельное удовольствие.
— Ого! — выдохнул он и, уже без всякой опаски, откусил еще кусок, побольше. — Что... что это за вкус?
Остальные рыбаки, видя реакцию своего старосты, осмелели. Они окружили Лео, разбирая угощение. Через минуту на пляже раздавалось только удивленное чавканье и восторженные возгласы.
— Остро! Но как вкусно!
— Никогда такого не пробовал!
— Жена, попробуй! Это невероятно!
Когда последняя полоска была съедена, на Лео смотрели уже совсем по-другому. Страх и недоверие в их глазах сменились уважением и живым интересом.
— Парень, — сказал староста, вытирая рот тыльной стороной ладони. — У нас нет много денег. Но за еще одну такую порцию... я дам тебе хороший стальной нож. И моток крепкой веревки.
Лео смотрел на их оживленные, довольные лица. На старосту, предлагающего ему сделку.
Это был не провал.
Это была его первая прибыль.
Обновлено: 20.02.2026