«Я все понимаю», - Ван Цзыкай надулся: «Но это действительно слишком скучно!»
Гао Ян замолчал.
Увидев его суровое лицо, Ван Цзыкай попытался успокоить друга: «Брат, брат, не сердись, ладно? Я пойду домой и продолжу совершенствоваться, ладно?»
«Хватит болтать»
«Что?» - Ван Цзыкай понизил голос и, заволновавшись, с любопытством огляделся по сторонам.
«За нами… следят».
Гао Яну показалось, что он уже сходит с ума: “Серьёзно, опять!? Когда же это закончится!”
Гао Ян чувствовал странную энергию, исходящую из переулка позади него. Он не хотел больше тянуть с этим: хорошее это что-то или плохое, избежать этого не получится. На этот раз юноша решил рискнуть, однако… ему все еще нужен был запасной план.
Гао Ян бросил взгляд на Ван Цзыкая: «Пойдем со мной».
«Понял» - охотно согласился тот.
Парень вошел в переулок: район был очень старым, здешние здания пустовали и должны были быть снесены. Несколько все еще работающих, но мерцающих фонарей создавали мрачную атмосферу.
Гао Ян и Ван Цзыкай медленно углублялись, продвигаясь к темной и узкой части переулка. Поначалу Ван Цзыкай был взволнован, но по мере их движения, ему стало немного страшно и он, сглотнув слюну, поднял с земли кирпич.
Внезапно Гао Ян протянул руку, остановил своего друга и крикнул в темноту: «Кто там? Покажись!»
Спустя несколько секунд из темноты появилась шатающаяся фигура: это был невысокий полный мужчина. Он медленно вышел на островок света от одного из сохранившихся уличных фонарей, и Гао Ян наконец-то смог его хорошенько разглядеть.
«Толстяк Цзюнь?»
Цзюнь был одет в простую серую футболку, на его бледном лице застыло ошеломленное выражение. Он шел нетвердой походкой и, услышав оклик Гао Яна, ответил: «Да».
«Что ты здесь делаешь?»
«Да… почему я здесь?..» - Толстяк Цзюнь потер голову и вдруг воскликнул, словно только что что-то вспомнил: «А!»
Он сорвался с места и, споткнувшись, ухватился за Гао Яна и взмолился: «Брат Ян! Спаси меня! Помоги»,
«Что случилось? Успокойся и расскажи».
«Я, я не знаю… Со мной что-то не так… Меня укусили…» - мысли Толстяка были спутаны.
«Кто тебя укусил? Куда?» - заволновался Гао Ян: «Мне нужны подробности».
«Рука… моя рука…» - Цзюнь протянул правую руку: «Что-то не так…»
Юноша взглянул на неё: рука была цела и совершенно невредима.
«С ней все в порядке», - Ван Цзыкай подошел ближе тоже посмотреть, не желая оставаться в стороне, после чего презрительно усмехнулся: «Наверное, ты слишком много занимался самоудовлетворением, вот у тебя и галлюцинации…»
Не успел он закончить, как мясистая ладонь Толстяка забулькала, и на ней внезапно вырос кроваво-красный глаз.
«Что за…» - в шоке отскочил Ван Цзыкай: «Что это!?»
Цзюнь дрожал, теряя контроль: «Я не знаю… спасите меня, помогите…»
Гао Ян, почувствовав что-то неладное, поспешил отступить, но правая рука Толстяка оказалась быстрее и схватила его за шею с необычайной силой, после чего стала разбухать, словно быстро бродящее тесто, превратившись в гигантский комок полужидкой плоти за считанные секунды.
Эта масса, казалось, жила собственной жизнью: булькая и извиваясь, она медленно поглощала голову Гао Яна. Юноша не чувствовал боли, но его дыхание медленно затруднялось, словно его засунули в гнилой и скользкий холодец.
Парень достал кинжал, припрятанный в кармане, и ударил комок плоти, но ничего не произошло: масса плоти проглотила кинжал, а затем выплюнула его с характерным звуком.
В ужасе Ван Цзыкай бросился наутек, зовя на помощь: «Помогите, помогите!»
Гао Яна оторвало от земли. Он испытывал тот же страх, что и тогда, когда Ли Вэйвэй чуть не раздавила ему голову. Юноша судорожно замахал руками, пытаясь вырваться, но все было напрасно.
Толстяк стоял на месте не в силах контролировать деформировавшуюся массу вздувшейся плоти и кричал: «Помогите! Кто-нибудь, кто угодно… что со мной происходит…»
Когда Гао Ян готов был потерять сознание от нехватки воздуха, раздался знакомый голос: «Хватит!»
Это был Ван Цзыкай!
Он убежал на короткий миг, но, преодолев инстинктивный страх, вернулся. Парень бросился на Толстяка и ударил его ногой: «Отпусти его!»
Нога впечаталась в лицо Цзюня, отчего тот отлетел назад. Огромная рука отлипла от Гао Яна и полетела вслед за телом хозяина, и как раз когда он должен был удариться о землю, она приземлилась первой и подперла Толстяка.
Как только Цзюнь восстановил равновесие, рука тут же бросилась в Гао Яна.
Юноша все еще стоял на коленях и откашливался. У него не было достаточно времени, чтобы убежать.
«Ах ты, ублюдок…» - Ван Цзыкай встал перед своим другом: «Только попробуй еще раз тронуть моего брата!» - пока он говорил, мышцы его правой руки внезапно вздулись, порвав рукав, а кожа стала грубой и твердой и приобрела серо-зеленый оттенок. Под теплым желтым светом уличного фонаря она выглядела как бронзовая.
«Треск» - бронзовая рука Ван Цзыкая крепко вцепилась в массивную руку Толстяка.
Две нечеловеческие гигантские руки столкнулись друг с другом, начав противостояние.
«Аааааа…» - на лбу Ван Цзыкая проступили вены, а его глаза в какой-то миг постепенно стали темно-зелеными. Его рука оказывала все большее давление и достигла ошеломляющей силы хвата в тысячу килограммов всего за пять секунд.
Обновлено: 03.02.2026