Глава 32 — Глава 32

Корабль не направился сразу в Нефритовую столицу. Вместо этого он сделал несколько остановок в других округах, чтобы забрать оттуда отпрысков местных князей и влиятельных кланов. Среди прочих, он зашёл в Цинчжоу, забрав пятерых молодых Су с клановой кровью. По мере того как корабль пополнялся новыми пассажирами, он становился всё оживлённее и шумнее. Однако всё это не касалось Цзян Пинаня; он почти всё время проводил в своей комнате, поглощая энергию Неба и Земли для совершенствования. Он родился с беспрепятственно циркулирующими меридианами, а вдобавок обладал Архаическим Священным Телом, что позволяло ему беспрерывно практиковаться двадцать четыре часа в сутки, тогда как остальные ученики могли тренироваться максимум час в день. Через месяц корабль наконец прибыл в Нефритовую столицу, приземлившись на площади у ворот Академии Боевых Искусств. Император Гань вложил колоссальные средства в строительство Академии Боевых Искусств. В Нефритовой столице, где каждый клочок земли ценился на вес золота (помимо центрального Императорского города, Нефритовая столица была поделена на сто восемь кварталов), он выделил три квартала под её нужды, да ещё и построил её с поистине королевским размахом. Поэтому площадь Академии Боевых Искусств была достаточно велика, чтобы принять даже огромный экспедиционный корабль. По выходе из корабля студенты, слуги и стражники были разделены и выстроены по группам. Мужчина средних лет, облачённый в высокий головной убор и широкий пояс, излучал могущественную ауру, подобную драконьей. В его сопровождении были двое наставников, чьи ауры также напоминали драконьи, а также более десятка учителей из Сферы Божественного Хранилища. Они вышли навстречу только что прибывшим студентам, поскольку этот корабль доставил последнюю группу учащихся, и Академия Боевых Искусств уже привычно справлялась с приёмом. - Меня зовут Цао Юньшэн, я инспектор Академии Боевых Искусств и отвечаю за дисциплину, - медленно произнёс мужчина в высоком головном уборе с широким поясом. Его голос был негромким, но долетал до каждого, - От имени Академии Боевых Искусств позвольте мне поприветствовать вас. Сделав небольшую паузу, Цао Юньшэн продолжил: - Без правил нет порядка. Академия Боевых Искусств объединяет выдающихся молодых людей из всех княжеств и кланов нашей великой империи Гань, а также множество талантливых юношей из народа. Все вы — гении, полные пыла и рвения. Чтобы вы могли преуспеть в обучении, Академия Боевых Искусств установила свой свод правил. - Правил много, и я сейчас озвучу лишь самые важные. - Первое: уважайте наставников, строго запрещено провоцировать, оскорблять или угрожать учителям и преподавателям. - Второе: строго запрещено убивать, калечить или избивать других учеников. - Третье: все техники культивации, магические искусства, боевые техники и секретные методы внутри академии не подлежат разглашению без разрешения. - ... - Вышеперечисленные правила, кем бы ни был нарушитель и каково бы ни было его происхождение, при их нарушении будут строго преследоваться без снисхождения! Когда Цао Юньшэн дошёл до последних слов, он использовал тайную технику, связанную с духовным сознанием. Его голос, хотя и не был громким, нёс в себе небесную мощь, заставляя сердца всех присутствующих студентов трепетать от страха и повиновения. Сделав несколько секунд паузы, чтобы студенты оправились, Цао Юньшэн продолжил: - А теперь, распределитесь по уровням культивации: находящиеся в Сфере Открытых Каналов — налево, в Сфере Моря Юань — в центр, а в Сфере Божественного Хранилища — направо. Часть студентов начала расходиться налево, но никто не пошёл направо; большинство оставалось на месте. На этот раз Академия Боевых Искусств не принимала студентов из Сферы Божественного Хранилища, даже если они были моложе двадцати четырёх лет, что было их принудительным набором. После разделения по уровню культивации Цао Юньшэн велел наставникам позади него отвести студентов в общежитие. Намерение Академии Боевых Искусств относительно расселения студентов было очевидным: они стремились максимально разбить группы студентов из одного княжества или клана и распределить их по разным жилым секциям. Всем было выделено жилье, и только Цзян Пинань оставался один. - Как тебя зовут? – спросил Цзян Пинаня наставник, отвечавший за расселение, – Из какого ты княжества или клана? - Меня зовут Цзян Пинань, раньше Зи Пиннань, я из поместья Защитника Юга Чжэньнаньхоу, - ответил Цзян Пинань. Наставник, услышав об изменении фамилии, сразу догадался о феодальных междоусобицах, но его это не волновало. "Стоп, этот ученик из поместья Защитника Юга со сменённым именем, нужно обратить на него особое внимание", - подумал он. Он достал список имен и, взглянув на него, оценивающе оглядел Цзян Пинаня: - Твой уровень культивации, должно быть, в Сфере Открытых Каналов, верно? Цзян Пинань практиковал «Возвращение к Обыденности», и никто, кроме святого, не мог разглядеть истинную глубину его культивации. - Я в Сфере Моря Юань, - сказал Цзян Пинань, одновременно выпустив ауру Сферы Моря Юань. Наставник, убедившись, что Цзян Пинань действительно находился в Сфере Моря Юань, немного подумал и с мягкой улыбкой сказал: - Цзян Пинань, пойдём со мной, я устрою тебя в хорошее общежитие. - Благодарю, наставник Ли, - Цзян Пинань почтительно поклонился в знак благодарности, но в глубине души почувствовал лёгкое беспокойство. Пройдя около получаса, наставник Ли наконец остановился, указывая на пустой небольшой двор: - Цзян Пинань, это твоё жилье. Цзян Пинань оглядел новый, изысканный дворик и прекрасную окружающую обстановку, его сердце переполнилось недоумением. Ситуация, казалось, полностью противоречила его прежним опасениям — слова наставника Ли оказались правдой. - Благодарю, наставник Ли, - поклонился он в знак признательности. Наставник Ли с улыбкой произнёс: - Горы не высоки, но знамениты, если на них есть Бессмертные; воды не глубоки, но священны, если в них обитает Дракон. Хорошее жильё, ха-ха-ха… Говоря это, он уже удалялся, оставляя за собой шлейф смеха. Цзян Пинань шёл к воротам своего дворика, размышляя над словами наставника Ли. - Значит, у моего соседа большой статус, - подумал он про себя. Однако он пока не спешил знакомиться, его сосед был здесь, и никуда не уйдёт, так что спешить не стоило. Ворота двора были закрыты, но в замке торчал ключ, ожидая своего первого хозяина. Цзян Пинань открыл ворота и вошёл. Сначала небольшой передний двор, а примерно в двух метрах от него — главное здание. Это двухэтажный домик с четырьмя комнатами, по обеим сторонам которого располагались небольшие пристройки. Кроме того, во дворе был маленький задний двор. Войдя в главную комнату, первым, что бросилось в глаза, был небольшой холл площадью три на три квадратных метра, обставленный деревянной мебелью, включая столы и стулья. На одном из четырёхгранных столов лежала табличка. Цзян Пинань подошёл к столу, взял дощечку и прочитал. На ней было написано четыре больших иероглифа: "Свод правил для поступающих". Однако его внимание больше всего привлекли карта Академии Боевых Искусств и лист "Правил Академии Боевых Искусств", лежавшие под дощечкой. Открыв карту, он обнаружил, что территория Академии Боевых Искусств почти полностью повторяет схему восьми триграмм. В центре карты находилось сердце Академии Боевых Искусств, включающее Главный Зал, Башню Техник Культивации, Башню Магических Искусств, Башню Боевых Техник, Башню Секретных Методов, Башню Алхимии, Башню Талисманов и так далее. Всё это было обведено в один огромный круг, из центра которого были выделены шестнадцать областей, схожих по размеру и форме. Эти шестнадцать областей были названы в соответствии с восемью триграммами, например, Верхний Двор Цянь, Нижний Двор Цянь, Верхний Двор Сюнь, Нижний Двор Сюнь и так далее. Однако Цзян Пинаню показалось странным, что эти выделенные области были полностью изолированы друг от друга и не имели прямого сообщения, образуя относительно замкнутые зоны, перемещаться между которыми можно было только через центральную область. Почти в каждой такой зоне были свои тренировочные площадки, учебные залы и т.д. Отложив карту Академии Тай У, Цзян Пинъань внимательно принялся изучать и запоминать «Устав Академии Тай У». Устав — это свод правил, и знание их не только позволяет избежать уловками, но и защищает от попадания в ловушки, расставленные другими по незнанию этих самых правил. Затем он проворно просмотрел «Руководство по поступлению в Академию». В Руководстве указывалось, что завтра состоится торжественная церемония открытия Академии, на которой будет присутствовать император Гань как её первый ректор. На третий день после церемонии открытия в Академии Тай У будет проведен Великий турнир гениев. Все ученики обязаны принять участие, так как их рейтинг определит распределение ресурсов на следующие три месяца, пока не будет проведен новый турнир. И кроме того, за призовые места в турнире полагались щедрые дополнительные награды. Первое место: один высококачественный боевой навык или заклинание, два камня высшего сорта, двадцать бутылей совершенных пилюль изначальной ци и тысяча академических баллов; Второе место: один высококачественный боевой навык или заклинание, двадцать бутылей совершенных пилюль изначальной ци и пятьсот академических баллов; … Увидев столь щедрые награды, Цзян Пинъань загорелся желанием, ведь ему как раз не хватало ресурсов для самосовершенствования. Теперь, когда он достиг средней стадии царства Изначального Моря, он начал расширять своё Изначальное Море, что требовало огромного количества истинной энергии. Обычно, конечная площадь Изначального Моря составляет примерно в десять раз больше его первоначального размера. Каждый раз, когда он думал о своём почти безграничном Изначальном Море, которое должно было увеличиться в десять раз, его охватывало беспокойство о том, что он никогда не сможет достичь царства Божественного Хранилища. - Я не хотел привлекать к себе слишком много внимания, - с некоторой беспомощностью пробормотал он про себя, - но рейтинг влияет на распределение ресурсов, а награда за первое место так щедра, что мне просто необходимо занять его. Прочитав информацию о Великом турнире гениев, он продолжил чтение и увидел, что в руководстве по поступлению требовалось сегодня же получить идентификационную нефритовую табличку во Дворце Ректора, расположенном в центральной части Академии. Цзян Пинъань не стал дочитывать описание про дома, а повернулся и покинул двор, направляясь во Дворец Ректора в центральной части Академии, чтобы получить свою идентификационную нефритовую табличку. Примерно через полчаса, в боковом зале Дворца Ректора, после проверки личности, когда Цзян Пинъань готовился получить свою нефритовую табличку, он осторожно спросил: - Я сменил фамилию. Могу ли я попросить, чтобы на моей идентификационной табличке было написано «Цзян Пинъань»? - Сменил фамилию? - поражённо воскликнул наставник. Он уже собирался отказать, когда раздался глубокий мужской голос: - Конечно, можно. Наставник поспешно обернулся и, увидев приближающегося главного распорядителя, быстро встал и отошёл в сторону, уступая ему место. Средних лет распорядитель приветливо обратился к Цзян Пинъаню: - Наша Академия Тай У ценит людей с собственными идеями и надеется, что вы проявите себя во всей красе в Академии Тай У. - Спасибо, - ответил Цзян Пинъань, чувствуя, что у главного распорядителя, похоже, есть какая-то скрытая цель. Главный распорядитель слегка кивнул и повернулся, чтобы уйти. Вскоре Цзян Пинъань, как и желал, получил идентификационную нефритовую табличку с именем Цзян Пинъань. Теперь, по крайней мере, в Академии Тай У, он будет Цзян Пинъань, а не Чжао Пинъань. Успешно получив идентификационную табличку, Цзян Пинъань немедленно отправился на встречу с Цзян Шуюэ, Цзян Ии и Чэнь Дунлаем. Академия Тай У была огромна, и Цзян Пинъань, хоть и шёл быстро, всё равно потратил полчаса, чтобы добраться до места сбора всех сопровождающих учеников и их слуг. - Мама, кузина, как вы? - с беспокойством спросил Цзян Пинъань. Хотя они плыли на одном и том же корабле, но не виделись почти месяц. - С нами всё хорошо, - слегка кивнула Цзян Шуюэ и тут же с заботой спросила, - а ты как? Цзян Пинъань улыбнулся: - У меня всё хорошо. Беседуя за чашкой чая, Цзян Пинъань подробно рассказал о своём поступлении в Академию, включая информацию о жилище. - Уже поздно, - сказала Цзян Шуюэ, взглянув на небо, - мне нужно покинуть Академию Тай У и найти гостиницу для ночлега. Когда я найду подходящее место, я пришлю тебе сообщение. На этот раз Цзян Шуюэ, проводив Цзян Пинъаня в Юйцзин, не собиралась сразу же возвращаться. Она беспокоилась, что Цзян Пинъань может столкнуться с трудностями в Юйцзине, и хотела проводить с сыном побольше времени, поэтому она планировала остаться в Юйцзине примерно на год. Кроме того, у неё была и семейная задача: открыть в Юйцзине магазин по продаже мыла и начать продавать его там. - Мама… - воскликнул Цзян Пинъань, испытывая неохоту расставаться, но не зная, что сказать. Цзян Шуюэ нежно улыбнулась, протянула свою изящную руку, чтобы погладить Цзян Пинъаня по голове, но, обнаружив, что он намного выше неё, она слегка похлопала его по предплечью, а затем повернулась и ушла. Проводив мать взглядом, Цзян Пинъань повёл Цзян Ии и Чэнь Дунлая на регистрацию в качестве своих слуг. Получив идентификационные таблички слуг, Цзян Ии и Чэнь Дунлай наконец смогли по-настоящему войти в Академию Тай У. В конце концов, Цзян Пинъань привёл Цзян Ии и Чэнь Дунлая обратно в свою резиденцию — двор Шан Кунь, дом А-Чэнь. По дороге Цзян Ии, возбуждённая предстоящей новой жизнью, с любопытством осматривала попадающиеся на пути здания и пейзажи. Хотя Академия Тай У была недавно построена, в неё были вложены огромные средства, и различные мастера возвели её в великолепии и роскоши. Город Байди, хоть и был могучим городом, но всё же являлся тыловым военным опорным пунктом для борьбы с демонами, и он был далёк от процветания и богатства Юйцзина, столицы. Любое здание или вид в Академии Тай У приводили Цзян Ии в благоговейный трепет. Цзян Пинъань не торопился и сопровождал Цзян Ии, давая ей возможность всё рассмотреть. Его собственное настроение тоже стало гораздо более расслабленным и светлым, а на его красивом лице постоянно играла очаровательная улыбка. Для Цзян Ии это была новая жизнь, но для него — ещё более значимая. Двенадцать лет, проведённых под домашним арестом, двенадцать лет, когда он мог передвигаться лишь в пределах крошечного дворика, а теперь он наконец-то собирался взлететь высоко.