Сегодняшний день обещал сделать семью Лу главным посмешищем всего Небесного Царства.
Лу Юньтин сидел во главе стола. На его лице, когда-то излучавшем уверенность и силу, теперь лежала тень глубокого отчаяния.
Двадцать лет назад, когда родился Лу Сюаньтун, небесные знамения заставили содрогнуться весь мир. В те дни семья Лу купалась в лучах славы: великие ордена соперничали за право поздравить их, а сами небожители присылали дары. И вот к чему всё пришло…
一 В последний раз я называю тебя братом. 一 Лю Янь стоял, заложив руки за спину. На его губах играла фальшивая маска сожаления. 一 Надеюсь, ты… примешь верное решение.
Эти слова, словно тупой нож, вонзились в сердце Лу Юньтина. Он яростно смотрел на человека, с которым когда-то делил вино и тайны, и гнев в его глазах едва не затмил рассудок.
一 Моя дочь не должна прыгать в огненную яму. 一 Голос Лю Яня стал ледяным. 一 Называй свои условия. Помолвка будет расторгнута сегодня.
Воздух в зале стал вязким от напряжения.
Лю Цинсюэ, стоявшая подле отца, с нескрываемым отвращением смотрела на бледную Лу Сюаньтун.
Та лишь ниже опустила голову. В этот миг она как никогда остро тосковала по брату, которого никогда не видела.
«Будь здесь настоящий Лу Сюаньтун, разве посмели бы они так топтать честь моих родителей?»
一 Пошли вон! 一 Внезапно взревел Лу Юньтин. Его духовная мощь вырвалась наружу, в мгновение ока превращая мебель в щепки.
Лю Янь изменился в лице, ответив всплеском собственной энергии:
一 Лу Юньтин! Пока мы не решим этот вопрос, я никуда не уйду!
В разгар их противостояния Лю Цинсюэ внезапно издала короткий смешок.
一 Что ж, я дам тебе еще один шанс. 一 Она смерила жалкую, на ее взгляд, фигуру Лу Сюаньтун уничтожающим взором.
Все присутствующие замерли, ожидая, что скажет признанная гениальность своего рода.
一 Через три месяца мы сойдемся в честном бою. 一 Она чеканила слова, словно зачитывала приговор жалкому насекомому. 一 Если выиграю я – ты безропотно подписываешь отказ. Если выиграешь ты – я соглашусь на брак.
Лу Сюаньтун вскинула голову, и в ее глазах отразилось отчаяние.
Три месяца?
Да будь у нее хоть три года, с ее нынешними способностями ей ни за что не одолеть Лю Цинсюэ, которая уже прочно закрепилась в Царстве Божественного Озарения. Ведь она – лишь тень, она не настоящий Лу Сюаньтун!
一 Хорошо, мы согласны. 一 Неожиданно раздался мягкий, но твердый голос.
Гости и домочадцы в изумлении обернулись к Нань Юэцзы. Женщина медленно поднялась, и в ее кротком лице читалась непреклонная решимость.
一 Матушка! 一 Вскрикнула Лу Сюаньтун.
Лю Янь на мгновение опешил, но тут же его глаза загорелись торжеством. Он не ожидал, что дело решится так просто. Победить этот мусор в открытом бою для его дочери будет проще, чем раздавить муравья.
一 Ха-ха-ха! Прекрасно! Госпожа Лу, вы женщина дела! 一 Лю Янь поспешно поклонился, боясь, что они передумают. 一 Тогда решено: через три месяца на Арене Небесного Воинства!
Губы Лю Цинсюэ тронула насмешливая улыбка. Уходя, она бросила последний презрительный взгляд, который ясно говорил: «Неужели ты, ничтожество, и впрямь надеешься со мной тягаться?»
Когда люди семьи Лю с триумфом покинули резиденцию, в зале воцарилась гробовая тишина.
一 Зачем ты это сделала? 一 Лу Юньтин резко повернулся к жене. Его глаза налились кровью. 一 Ты же знаешь, что Сюаньтун ей не соперник! Я хотел извести их, заставить платить за это унижение, а ты просто отдала им всё, что они просили!
Он до последнего не соглашался на расторжение, желая вцепиться семье Лю в глотку. Если Лю Янь решил опозорить их перед всем миром, то Лу Юньтин был готов пойти до конца.
Но жена всё испортила.
一 Какое безумие! 一 Лу Юньтина била крупная дрожь. 一 У него лишь Царство Небесного Пламени, как он выстоит против Божественного Озарения? Ты же сама толкаешь его на смерть!
Нань Юэцзы оставалась спокойной. Она нежно накрыла ладонью дрожащую руку мужа:
一 Трех месяцев будет достаточно.
一 Достаточно для чего? 一 Лу Юньтин отпрянул, его голос сорвался на крик. 一 Скажи мне, на что он способен за три месяца? С его-то куцым развитием?!
Он был готов рассмеяться от бессилия. Ему ли не знать таланты собственного ребенка? За сорок лет семья извела горы бесценных ресурсов лишь на то, чтобы Лу Сюаньтун кое-как дотянул до Царства Небесного Пламени. Мысль о победе над истинным гением казалась ему бредом сумасшедшего.
В конце концов Лу Юньтин лишь тяжело вздохнул. Дело сделано, оставалось только полагаться на волю случая.
一 Ты понимаешь, почему Лю так спешат? 一 Спросил он чуть позже.
Нань Юэцзы лишь недоуменно покачала головой.
一 Да потому, что мы слабеем! 一 Прорычал Лу Юньтин. 一 Они ищут новую опору. Я слышал, в семье Цуй недавно пробудилось Древнее Святое Тело.
一 Что? 一 Зрачки Нань Юэцзы сузились.
Древнее Святое Тело – легендарная конституция! Говорили, что такие практики растут в силе не по дням, а по часам, и не знают равных в своем поколении.
一 Говорят, этот юнец из рода Цуй уже сокрушил нескольких Вечных Гениев. 一 Продолжил Лу Юньтин. 一 Лю Янь пронюхал об этом и решил, что Цинсюэ должна достаться ему…
Лицо матери побледнело. Она понимала: союз семей Лю и Цуй окончательно подорвет влияние их клана в Восточных Землях.
一 Именно поэтому я тянул время. 一 Лу Юньтин стиснул зубы. 一 Пока помолвка в силе, они не могут открыто свататься к Цуй! А теперь…
У него потемнело в глазах от ярости. Согласие жены было равносильно тому, что они сами столкнули семью Лу в бездну.
Нань Юэцзы смотрела на него со странной смесью сочувствия и тайного знания. Она не могла открыть правду: через три месяца они вернут в дом настоящего Лу Сюаньтуна.
一 Поверь мне. 一 Она коснулась плеча мужа, и в ее глазах сверкнула сталь. 一 Через три месяца всё изменится.
Лу Юньтин лишь махнул рукой, не в силах больше спорить.
一 Сюаньтун, иди в закрытую медитацию. Сделай невозможное, пробейся к Божественному Озарению, иначе…
Лу Сюаньтун молча кивнула и, не поднимая глаз, вышла из зала. На ее губах играла горькая усмешка.
Глядя ей в спину, Лу Юньтин хмурился. Его не покидало чувство какой-то фатальной ошибки.
«Где же мы просчитались?»
Верховная кость должна была даровать величие. Обладатель такого сокровища должен был вознестись над миром, не зная преград. Но для Лу Сюаньтун эта кость стала проклятием, лишившим ее всякого блеска.
Она проигрывала даже Божественно-демоническому Священному Телу Лу Чэнцяня.
Конечно, совсем скоро он узнает истину. Тот, кого он десять лет считал своим неудачливым сыном, на самом деле – его дочь.
…
Тем временем в нижнем мире.
Дворец Династии Дацянь.
Император Чжоу Тянь отдал приказ: казнить чету Лу. Он верил, что их смерть станет последней каплей для святой девы Секты Цзыся, Лу Яо. Обезумев от горя, она пойдет на всё ради мести и сама угодит в ловушку.
Казнить всю семью разом и преподнести их головы главе Секты Тяньцзянь в качестве свадебного дара – какой изящный план!
Но в самый последний миг…
С небес, разрывая облака, метнулась статная фигура. Громовой голос, полный ярости, сотряс саму землю:
一 Пёс коронованный!
一 Только посмей тронуть моих родителей – и я вырву сердце твоей империи, лишив твой род удачи на десять тысяч лет!
Обновлено: 10.07.2026