Когда Вэнь Тин проснулся, было уже утро следующего дня. Он проспал целые сутки.
Истощение от чрезмерного использования громовой способности, раны, полученные в бою, и побочные эффекты от их лечения – всё это вместе взятое обеспечило ему крепкий и долгий сон. Но эту идиллию прервал настойчивый стук в дверь.
– Иду! – крикнул Вэнь Тин, похлопал себя по щекам, чтобы окончательно проснуться, и пошёл открывать.
На пороге стояли трое мужчин в строгих чёрных костюмах с белыми рубашками и галстуками. На груди у каждого красовался значок в виде золотых весов. Один из них протянул ему ордер с красной печатью.
– Ученик Вэнь Тин, здравствуйте. Мы сотрудники городского суда Бэйюаня. На вас поступила жалоба о неправомерном применении способностей против гражданских лиц. Просим вас проследовать с нами.
Вэнь Тин зевнул, взял ордер, пробежал его глазами и кивнул.
– Минутку, оденусь. Можете подождать внутри.
Открыв дверь, он повернулся и пошёл в комнату переодеваться. Его невозмутимость слегка озадачила судебных приставов. «Парень, на тебя донесли! Да ещё и по статье, которая считается "красной чертой"! Да, ты школьник, и могут быть смягчающие обстоятельства, но нельзя же так наплевательски к этому относиться!»
Старший из приставов решил, что Вэнь Тин ещё не до конца проснулся, и счёл своим долгом его предупредить:
– Ученик Вэнь Тин, должен вам напомнить, что ваши действия нарушают закон. Если это дело не уладить, оно попадёт в ваше личное дело и может негативно повлиять на ваши выпускные экзамены и дальнейшее трудоустройство. В особо тяжких случаях возможно даже задержание, лишение способностей и аннулирование боевых достижений. Прошу вас отнестись к этому серьёзнее.
Как правило, если Пробужденный нападал на обычного человека, но не причинял ему смерти или увечий и не наносил материального ущерба, наказание было не слишком суровым. В случае Вэнь Тина, который применил силу для поддержания порядка, всё, скорее всего, ограничилось бы строгим выговором в личное дело, воспитательной беседой и, возможно, штрафом.
Эти меры были призваны сдерживать обладателей способностей и воинов, чтобы те не злоупотребляли своей силой. В спорах между ними и обычными людьми суд почти всегда вставал на сторону последних. Именно поэтому пристав и ожидал от Вэнь Тина хоть какой-то реакции.
Вэнь Тин кивнул, давая понять, что всё понял. Но тут, как на грех, у него предательски заурчало в животе.
– Прошу прощения, – он неловко почесал затылок. – Я два дня толком не ел. Можно я сначала позавтракаю, а потом поеду с вами? Кстати, я неплохо готовлю, могу и вас угостить.
Лицо старшего пристава мгновенно вытянулось.
– Не нужно. Мы всего лишь исполняем свой долг! Даю вам пятнадцать минут.
Очевидно, они неверно истолковали его предложение, приняв его за попытку взятки. Это ещё больше испортило их впечатление о нём. Если бы не хвалебные отзывы патрульных и его заслуги во время осады, они бы и этих пятнадцати минут ему не дали.
– Ну, как знаете. Только потом не жалуйтесь, что слюнки текут, я вас предупреждал.
Старший пристав глубоко вздохнул, едва сдерживая смех.
– Будьте уверены, мы скорее умрём с голоду, чем отнимем у вас еду!
Вэнь Тин лишь пожал плечами. «Сами напросились».
Вскоре молодой пристав горько пожалел о своих словах. Из кухни потянулся такой аппетитный аромат мяса, что у всех троих невольно потекли слюнки.
– Эй, Мэн, а парень-то, похоже, и вправду готовить умеет. Пахнет – закачаешься…
– Да тут любой пятизвёздочный шеф-повар позавидует. Может, передумаешь?
Двое его коллег, не в силах сопротивляться искушению, начали его уговаривать.
– Вы двое! Совсем совесть потеряли?! Что это за поведение?!
– Но пахнет же так вкусно…
– Если вы даже перед этим устоять не можете, о каком справедливом правосудии может идти речь! Хлюп…
– …
Вэнь Тин слышал их перешёптывания и лишь усмехался. «Вот вам за вашу спесь».
На самом деле он не собирался их дразнить… ну, почти. Главной причиной было то, что после суточного сна он чувствовал сильный упадок сил и жизненной энергии. Если срочно не подкрепиться, это могло сказаться на его тренировках.
Готовил он быстро. Уже через десять минут на столе стояла большая миска яичного пудинга с мясом Каменного Быка. Бледно-жёлтая, желеобразная масса была покрыта тонким слоем жира, на котором, отделённые от основного блюда, красовались мелко нарезанные зелёный лук и кинза.
Вэнь Тин нарочно поставил миску прямо перед ними и с аппетитом принялся за еду. Мясо Каменного Быка само по себе было отличным источником энергии для воинов, а питательный раствор, который Вэнь Тин добавил в блюдо, делал его аромат просто сногсшибательным.
– Господа, вы уверены, что не хотите? Я много приготовил, в кастрюле ещё три порции.
Гур-р-р…
Двое приставов с тоской посмотрели на своего начальника. Тот сглотнул, но всё же гордо хмыкнул:
– Осталось две минуты!
Тут же он почувствовал, как два укоризненных взгляда впились ему в спину.
Вэнь Тин лишь пожал плечами. Что ж, не хотят – как хотят.
Позавтракав, он безропотно последовал за ними в комнату для примирительных процедур. Не все дела в суде доходили до зала заседаний. Многие споры решались именно здесь, ведь судебный процесс – дело утомительное для обеих сторон.
Войдя в комнату, Вэнь Тин увидел за столом напротив знакомые лица. Как и ожидалось, это была пожилая чета с четвёртого этажа. Госпожа Лю сидела, выпятив грудь, словно боевая курица, готовая к атаке. Её муж выглядел куда более миролюбиво, на его лице читалась нерешительность.
Рядом с ними сидела заплаканная супружеская пара, которая смотрела на Вэнь Тина с лютой ненавистью. Это его озадачило. «Кто это такие? Не помню, чтобы я им насолил. Откуда столько злобы? Взгляд похлеще, чем у старой карги».
Едва он сел, как дверь распахнулась и в комнату, тяжело дыша, вбежала его мать.
– Простите, опоздала!
К удивлению Вэнь Тина, она села рядом с ним.
– Мам, ты что здесь делаешь?
– Что за вопрос, глупый! Я твоя мать! Неужели я останусь в стороне, когда тебя обижают? – она сердито ткнула его пальцем в лоб.
Вэнь Тин моргнул и потёр лоб.
– Ты не злишься?
«Мама, что-то с тобой не так! Разве это та робкая, миролюбивая женщина, которую я знаю?» Откуда этот боевой настрой и враждебность во взгляде?
– Итак, все в сборе? Тогда начнём, – с мягкой улыбкой произнёс судья.
Но господин Лю тут же его перебил:
– Юэлань, мы оба знаем, что А-Тин за человек. Мы же соседи столько лет, я не хочу доводить дело до крайности. Но в этот раз он перешёл все границы. Мы же ему в деды годимся, на наших глазах вырос! Неужели нельзя было всё решить по-хорошему? Зачем нужно было применять силу против стариков? Моё требование простое: мы не просим многого, пусть Вэнь Тин просто извинится!
Обновлено: 21.01.2026