Глава 2 — Глава 1

Кто такой Малкольм Пэрриш? — Мистер Уилсон, вы хотите чем-то поделиться со всем классом? — Что?.. Нет, мистер Говард, простите. Мистер Говард укорительно покачал головой, придвинул очки поближе к переносице и продолжил читать вслух главы из какой-то старой и скучной книги. Патрик Уилсон вновь уткнулся в старое письмо, найденное в парте. Как оно могло пролежать почти три десятка лет и остаться нетронутым временем? Юноша просто свернул загадочное послание и сунул его в карман пиджака. Как только звонок с последнего урока перестал трезвонить, по всем коридорам мужской академии хлынул поток вопящих подростков, сносящих на своём пути всё: учителей, подставки под зонты и растения и друг друга. Однако же, через пару минут разрушительный ураган юнцов стих, и в академии наконец-то воцарились тишина и спокойствие. Патрик сосредоточенно смотрел куда-то вдаль и постукивал ручкой по подбородку. — Хэй, пирожок Пэтти, чего задумался? Алгебра воодушевляет на глубокие мысли и великие свершения? — Доминик Холл, только войдя в комнату, бросил скомканный кусок тетрадного листа в Патрика, пытаясь вернуть друга в реальный мир. — Доминик, чёрт возьми! — парень вздрагивает от неожиданности и недовольства из-за того, что его отвлекли от размышлений. — Да ладно тебе, не злись. О чём задумался, приятель? — Доминик, тряхнув рыжими волосами, присаживается на свою кровать. — Послушай, задам очень странный вопрос. Ты не знаешь случайно, кто такой Малкольм Пэрриш? Доминик удивлённо вскидывает бровь, но в то же время направляет свой взгляд куда-то вбок, вспоминая что-то. — Вот слышал это имя где-то, но никак не вспомню где. А кто это? — Вот в том-то и дело, что я понятия не имею. Я рылся в парте на уроке английской литературы, а там было это, — Патрик достаёт из кармана конверт и протягивает его Доминику. — А мешка с золотыми ты там не нашёл? — прищурившись, Доминик принимает из рук друга старый конверт. — Очень смешно, Холл. — Знаешь, друг, мы можем просто найти выпускной альбом 89-го года и найти этого Пэрриша там. Парни по-тихому проскальзывают в коридор, чтобы не попасться на глаза коменданту. В библиотеке всегда спасали только карманные фонари, там почти всегда были задёрнуты шторы и было ужасно темно. Чтобы найти старые альбомы, не понадобилось много времени: для них всегда выделялся отдельный стеллаж, где по годам были расставлены выпускные альбомы прошлых лет. В пыльном альманахе 89-го года характеристика Малкольма Пэрриша выделялась среди его сокурсников: она была написана красиво и аккуратно, какими-то блестящими чёрными чернилами, каждая буква была выведена и подчёркнута. «Малкольм Пэрриш 13 апреля 1972 года Отличник, главный редактор газеты академии, образцовый и прилежный ученик. Вежлив, пунктуален, серьёзен, послушен. Гордость семьи, учителей и друзей. Ни разу не уличён в нарушении дисциплины и правил академии…» — И бла бла бла… Хм, да он был прямо идеалом, судя по всему, — ухмыльнулся Доминик. Далее шли комментарии учеников, наверное, друзей Малкольма. Это уже мало интересовало. Но среди них была фамилия «Говард». — Не мистер ли Говард с ним учился? — Патрик был озадачен. — Да тут кроме фамилии ничего и нет, только клякса. Рука, наверное соскочила. Да и Говардов немало в Америке, думаю. — Здесь вообще нет ничего интересного больше, кроме этого. Но что-то всё равно не так. Я это чувствую… — Почему же? Вроде всё понятно- отличник и паинька. — Вот именно! Ну не может человек с таким описанием не знать, как он будет жить. К тому же, это же восьмидесятые — тогда для человека было известно уже всё: от карьеры юриста или медика до жены и спокойной жизни в хорошем доме. — И чего же ты хочешь, Уилсон? — Доминик размял шею, лениво потягиваясь и зевая. — Завтра же спрошу о нём у мистера Говарда. Я уверен, это именно он учился с ним, — Патрик закрыл альбом и решительно направился к выходу. — С ума сошёл?! Тебе потом влетит и за библиотеку ночью, и за то, что ты на уроке ерунду читал вместо того, чтобы размышлять о Байроне и Шекспире. — Всё равно мне, Доминик. Пусть влетит, — Патрик встал и стремительно направился к выходу из тёмной библиотеки. — Да не дури, Патрик! Ну ерунда же это, ну! — Доминик еле-еле поспевал за другом. — Дак я же не заставляю тебя идти со мной завтра. Это мне интересно, я взволнован, а ты иди и дальше уроки в курилке прогуливать. — А вот это было уже обидно, Уилсон, — Доминик по-дружески дал подзатыльник Патрику, — Я просто не хочу огребать вместе с тобой. Потом расскажешь. — Ну и трус же ты, Доминик! Споря, парни уже успели дойти до своей комнаты и уснуть. Патрик прокружился всю ночь, пытаясь совладать со своими спутанными мыслями. Он надеялся, что мистер Говард - учитель литературы - был именно тем Говардом, который оставил свою подпись под характеристикой Малкольма Пэрриша.