Глава 104 — Глава 104

Глава 104. Похоже, я угадал имя Бессмертной... Старому Коню повезло: его нашли раньше, чем он успел связать себя какими-либо обязательствами с той коричневой кобылой. Мэн Цзинчжоу оплатил счета и забрал коня вместе с повозкой. — Нет-нет, что вы, постой в конюшне не стоит так дорого, — заартачился конюх, пытаясь вернуть часть денег. — А как же плата за корм? — удивился Мэн Цзинчжоу. — Вы же её включили? Старый Конь уже давно прикончил все те высококачественные корма, что они привезли с собой, и Мэн Цзинчжоу резонно предположил, что бедняга от голода перешёл на местный обычный рацион. Конюх покачал головой: — Ваша лошадь ничего не ела. — А? — Мэн Цзинчжоу недоуменно погладил Старого Коня по гриве. — Ты что, решил удариться в аскезу и объявил голодовку? Старый Конь лишь фыркнул, не удостоив его ответом. Да и как могла лошадь ответить? Мэн Цзинчжоу пригрозил: — Если не ответишь, больше никакого корма не получишь! После долгого и безмолвного противостояния человека и коня Старый Конь так и не проронил ни звука. Мэн Цзинчжоу пришлось признать поражение, хотя в глубине души он начал о чем-то догадываться. Он вдруг задумался, как ему тогда удалось так легко и гладко сбежать из дома. Даже его сестра знала о побеге. Наверняка и остальные члены семьи были в курсе, но никто не попытался его остановить. Казалось, их совершенно не беспокоили возможные неприятности. Если отбросить версию о том, что он был неродным сыном, оставалось лишь одно объяснение: они знали, что он в безопасности. И теперь ответ лежал на поверхности. Конь, запряжённый в повозку, был его лучшим телохранителем. Мэн Цзинчжоу гадал, каков же уровень культивации Старого Коня, если тот способен обеспечить такую защиту. Должно быть, он невероятно силён. Мэн Цзинчжоу обиженно проворчал: — Раз ты такой могучий, почему не помешал Старшей сестре сесть в повозку в тот раз? Он до сих пор с содроганием вспоминал, каким идиотом выглядел, когда принял Старшую сестру за обычную абитуриентку, позволил ей войти и в красках расписывал, как раздобыл точные экзаменационные вопросы для поступления в секту. Какой позор... какой невыносимый стыд. Если бы Старый Конь просто не пустил Старшую сестру, разве не удалось бы избежать всей этой неловкости? Старый Конь скосил на Мэн Цзинчжоу взгляд, в котором читалось неприкрытое сочувствие, — так смотрят на законченных недоумков. Перед отъездом Лу Ян заглянул попрощаться с капитаном стражи Вэем. Тот ничуть не удивился уходу троицы. Ни один уважающий себя культиватор не станет всю жизнь заправлять шашлычной — им просто хотелось новизны. Как только азарт прошёл, они решили двигаться дальше. — Какая жалость, я больше никогда не попробую такого восхитительного мяса, — вздохнул капитан Вэй. — А ведь я надеялся поймать в вашей лавке побольше преступников и выслужиться до звания главного стража. По расчётам капитана Вэя, поимка ещё троих демонических культиваторов гарантировала бы ему повышение. — Впрочем, хорошо, что вы уезжаете. В уезде Яньцзян скоро может стать неспокойно. — Что вы имеете в виду? — навострил уши Лу Ян. Капитан Вэй понизил голос до шепота: — Только об этом ни одной живой душе. — Понимаю. Уж в ком, а в Лу Яне можно было не сомневаться. — Вы ведь знали главу уезда Ли? — продолжил Вэй. — Пошли слухи, что он вступил в сговор с демоническим культиватором ради продвижения по службе. Пока неясно, был ли это одиночка или кто-то из дьявольских сект, но уровень того человека явно запредельный, иначе он не смог бы диктовать условия главе Ли. Тело главы Ли нашли на горе Сун. Главный страж Фан подозревает, что между ними возник конфликт интересов. Тот факт, что глава Ли мёртв, а демонический культиватор всё ещё на свободе, указывает на то, что последний куда сильнее. А ведь глава Ли был всего в шаге от стадии Зарождения Души! Только представьте, насколько могущественен этот демон! Лу Ян зябко поёжился: — Какой жестокий демонический культиватор! — Вот и я о том же. Хорошо, что вы уходите. Уезд Яньцзян кажется мирным, но кто знает, где прячется этот монстр. Может, он всё это время был совсем рядом с нами! Лу Ян искренне кивнул: — И не говорите. Мань Гу прощался с шашлычной с явной неохотой. Слава кулинарного мастерства племени Варваров в этом поколении явно не получит дальнейшего развития. Зато оба гуля буквально сияли от счастья, празднуя избавление от необходимости жарить мясо день и ночь напролет. Перед расставанием Тан Юньшэн обратился к ним с напутствием. Он предупредил, что внедрение в Секту Ищущих Дао будет сопряжено с огромными трудностями, и призвал их к предельной осторожности. Лу Ян заверил его: — Будь спокоен, мы обязательно исполним долг перед организацией. Мы внедримся в Секту Ищущих Дао, выведаем их секреты и прославим нашу Секту Вечности. В повозке Старый Конь не торопился, но и не ленился. Казалось, он идёт неспешно, но на деле каждый его шаг покрывал огромное расстояние — здесь явно не обошлось без глубокого понимания законов пространства. Внутри повозки друзья завели разговор о Бессмертном Вечности. — Глядите, в записной книжке есть и наши имена: Бессмертный Вечности Лу Ян, Бессмертный Вечности Мэн Цзинчжоу, Бессмертный Вечности Мань Гу, — хохотнул Лу Ян. Видеть собственные имена в записях дьявольской секты было забавно. Там можно было найти имена всех их знакомых, что свидетельствовало о фанатичном рвении сектантов в деле воскрешения своего божества. — Как думаете, как на самом деле звали этого Бессмертного? Менделеев? Сократ? Мэн Цзинчжоу осклабился: — Может, у него было какое-нибудь позорное имя вроде Собачьего Яйца или Собачьего Дерьма? Вот ему и стало стыдно произносить его вслух, и он спрятался за титулом. — Не исключено, что это имя из нашего племени Варваров, — добавил Мань Гу. Никто из них не испытывал ни малейшего благоговения перед великим предком. Совет Тан Юньшэна время от времени пытаться угадать имя Бессмертного был полностью проигнорирован. — И всё же, нам стоит быть поаккуратнее, — предостерёг Лу Ян. — А вдруг мы случайно угадаем его настоящее имя? Мы ведь так и не поняли, друг он нам или враг. Рассказы Секты Вечности о том, что он защищал человечество, могут оказаться чистой выдумкой. — Давайте так: отныне будем называть его не «Бессмертный Вечности», а «Фея Вечности». Таким образом, даже если мы случайно ляпнем верное имя, этот парень не воскреснет, — предложил Лу Ян. — А Лу Ян дело говорит. Я за, — Мэн Цзинчжоу поднял руку в знак согласия. Мань Гу тоже посчитал, что осторожность брата Лу лишней не будет. Спустя некоторое время они проголодались и решили сделать привал в небольшой роще. Деревья укрывали их от навязчивого солнечного света, создавая уютную атмосферу. Издалека доносилось пение птиц, невольно заставляя расслабиться. Мэн Цзинчжоу расстелил скатерть, Лу Ян достал котелки, сковородки и талисманы для розжига, а Мань Гу призвал гулей. Несчастные мертвецы не пробыли безработными и полудня. Мань Гу снова заставил их взяться за старое, и они привычно принялись разводить огонь. Мэн Цзинчжоу выудил кулинарную книгу и целую батарею баночек со специями, выставив их перед гулями: — Хватит с нас шашлыков, пора сменить рацион. Будете готовить вот по этому меню. Лу Ян и Мань Гу переглянулись: зачем он вообще таскает с собой поваренную книгу? Гулям ничего не оставалось, кроме как начать обучение с азов — с самой простой яичницы. Если не трудился при жизни, придётся усердно учиться после смерти. Никто из троицы не собирался принимать пилюли поста. Зачем глотать безвкусные таблетки, когда можно насладиться нормальной едой? — Тан Юньшэн предположил, что Фея Вечности родом из твоего племени. У вас сохранились какие-нибудь легенды о древних временах? — спросил Лу Ян. Мань Гу покачал головой: — Старейшины говорили, что в древности племя Варваров сражалось с небесами и землей, билось с бессмертными, но я никогда не слышал, чтобы в нашем племени родился свой Бессмертный. — Странно, что в тех руинах, где описывалось величие Феи Вечности, не было указано её имя. Мэн Цзинчжоу пустился в логические рассуждения: — Подумайте сами: в те времена у всех были громкие титулы и имена. Перед битвой полагалось представиться. Если бы Фея Вечности вышла и заявила: «Я — Фея Вечности Собачье Яйцо», она бы растеряла половину своего авторитета ещё до начала боя! Наверняка она просто вычеркнула эту позорную часть своего прошлого. Лу Ян подхватил, посмеиваясь: — А может, имя было слишком милым и совсем не пугающим? Ну, вроде как «Фея Вечности Жёлтая Фасоль» или что-то в этом роде. И как только эти четыре слова — «Фея Вечности Жёлтая Фасоль» — сорвались с его губ, они словно привели в действие некий космический механизм. Мир вокруг мгновенно преобразился. Непостижимая сила закружилась над ними, обретая очертания призрачного человеческого силуэта. Расслабленный до этого Старый Конь в мгновение ока подобрался. Он заслонил собой Мэн Цзинчжоу, не сводя напряжённого взгляда с неведомой силы. Троица дружно сглотнула. Кажется, они только что разворошили осиное гнездо.