Глава 22 — К. Часть 22

Тяжёлый ком в груди внезапно растаял. До этого Тао Вэньчан чувствовал, как ему не хватает воздуха, мысли путались. Теперь сознание прояснилось, дыхание выровнялось. Сделав несколько глубоких вдохов, Тао Вэньчан словно уловил аромат жасмина с кончиков волос Юй Я — тот самый, что в студенческие годы развеивал его усталость и тревоги о будущем, а также постоянное чувство «недостаточности» из-за разницы в возрасте и жизненном опыте. — А… — кивнул он, подыгрывая, губы сами сложились в нужные слова. — Я же новичок в шоу, только присоединился. Это само собой. Вы все старожилы, надеюсь, будете меня направлять. Постановщик, приняв напиток, тем самым как бы признавал его добрые намерения и потому отвечал сердечно: — Да брось… Это маленький бонус хороших отношений со съёмочной группой — больше крупных планов, больше внимания в монтаже. Тао Вэньчан всё понял без слов и спросил: — Сколько всего человек в группе? Я же совсем зелёный, вдруг кого-то упустил… Неудобно, надо бы восполнить. Постановщик отхлебнул Starbucks — в такую жару ледяной напиток для работяг дороже золота. — Около пятидесяти, один в отпуске, но всем хватило. Ты только в следующий раз не траться так, хватит и лимонада, и воды. — Все трудятся, это моя обязанность, — задумчиво произнёс Тао Вэньчан. Когда постановщик ушёл, Ду Лэй вымыл руки и хлопнул подопечного по затылку: — И что будешь делать с пересъёмкой? — Пойду с ними договорюсь, — Тао Вэньчан резко переменил гнев на милость. Пятьдесят стаканов Starbucks купили ему доброе отношение группы. Кто-то уже позаботился о том, чего он не понимал. Он снова не успел за ней. Как бы быстро он ни бежал по дорожке, между ними всё равно оставалась дистанция. Ну давай же, шевелись! Юй Я вернулась к Цзян Шуи, Вэнь Нин уже обработала ей колено йодом. Они вдвоём осмотрели рану, и Вэнь Нин заключила: — Шрама не останется? Дам тебе мазь. — Если всё-таки останется, придётся идти на лазер, — Юй Я уже готовилась к худшему. — Не переживай, схожу к врачу, «пиу» — и как новенькая, — Цзян Шуи имела в виду косметологические процедуры. Ни у кого нет идеальной кожи от природы, звёзды вкладывают деньги во всё тело. Любая красота, которую видят зрители, требует огромных усилий. И всё равно её критикуют. Вэнь Нин рассмеялась: — Ну и ну, сама напросилась. Больно? — Ужасно, просто кошмар, — Цзян Шуи сделала жест, будто закуривает. — В нашей профессии главный грех — непрофессионализм. Если бы не необходимость поддерживать образ, я бы ни за что не шлёпнулась. — Прекрати, быстро убери руки. Если снимут — конец! — Юй Я в испуге схватила её за кисть. Небольшие хитрости на работе — обычное дело, она и сама не осуждала Цзян Шуи. Здесь у каждого своя роль: она кокетничала во время бега, Вэнь Нин бежала раскованно — без таких деталей зрители не поверят. Хитрости, направленные на себя, — не грех. Грех — использовать других. Юй Я подняла глаза и увидела, что Тао Вэньчан уже подошёл к Чжоу Сюэчжэню, жестикулируя и явно обсуждая что-то с Мин Цзичжэнем. Он согласится на пересъёмку? Юй Я не была уверена. Разум подсказывал одно, но в глубине души она всё же надеялась. В тот миг, когда она отвернулась, в её мире словно приоткрылось зелёное окошко, за которым шумел стадион, а она в белых кроссовках стояла у дорожки и орала Тао Вэньчану: «Давай, вперёд!» — Брат Мин, давай без пересъёмки, ладно? — мягко предложил Тао Вэньчан. — Учитель Чжоу, мне кажется, спортивное шоу не должно сразу показывать триумф. Как и в соревнованиях, чем больше интриги, тем меньше зрители переключат канал. Чжоу Сюэчжэнь, не найдя Тао Вэньчана ранее, думал, что тот ушёл выплеснуть досаду, но теперь тот вернулся с ясной головой. — Продолжай. Мин Цзичжэнь, хоть и не соглашался, но, учитывая привилегии шоу, видел в этом смысл. — Если сразу показать победу, это не только лишит зрителей интриги, но и оттолкнёт поклонников спорта. Их глаз намётан, они знают стандарты и сразу вычислят, поддавался я или нет, — Тао Вэньчан тщательно подбирал слова. — Фанаты хотят, чтобы брат Мин победил — пусть потом будет ещё один забег, где он покажет прогресс благодаря тренировкам. Это куда логичнее. А поклонники спорта тоже останутся довольны — все в выигрыше. Эти слова возымели эффект. Мин Цзичжэнь, не желая гневить спортивных фанатов, посмотрел на Чжоу Сюэчжэня: — Учитель Чжоу, как думаете? Когда участник переадресовывает вопрос ведущему, это значит, что он уже согласен. Но такие решения он не может принимать сам, потому перекладывает ответственность. Чжоу Сюэчжэнь всё понял и пошёл к заместителю режиссёра. Мин Цзичжэнь тем временем обнял Тао Вэньчана за плечи, утешая: — Не принимай близко к сердцу, таковы правила шоу. — Не волнуйтесь, старший, я всё понимаю, — Тао Вэньчан пару раз хлопнул Мин Цзичжэня по груди. От ударов грудь онемела, сила была нешуточная. Мин Цзичжэнь сохранял спокойствие, но в глазах мелькнуло что-то ледяное. «Старший» — так Тао Вэньчан его назвал, намёкая на что-то? — Вообще, я мало бывал в университете, со второго курся уже снимался. На третьем и четвёртом едва успевал, — Мин Цзичжэнь начал с отговорок. — Мы же из одного вуза, не переживай. Если что — я на твоей стороне, всё внимание тебе, — Тао Вэньчан снова хлопнул его, оценивая рельеф груди. Слабовато, не зря Я-цзе тебя бросила. Она любит крепких парней, он-то знает. Чжоу Сюэчжэнь обсудил с продюсерами, те учли рекомендации тренера Фэн и решили отказаться от пересъёмки. Ду Лэй вздохнул с облегчением: — А я боялся, что твой скверный характер всё испортит. — Куда уж мне, — Тао Вэньчан подумал, что его бывшая всё ещё на площадке, и потому готов был пойти на любые уловки, лишь бы не сорвать съёмки. — Я просто объяснил им, что лучше потом устроить ещё один забег для сравнения, где они победят. Ду Лэй нахмурился: — По-настоящему? — Какое там, я просто их подзадорил. Будет ли этот забег — посмотрим. Если будет, я найду способ, — Тао Вэньчан наконец сказал правду. Сначала пообещал, а там видно будет. Юй Я тоже облегчённо вздохнула — раз всё уладилось, значит, Тао Вэньчан сдался. Она была рада, что пересъёмки не будет. Из тысяч соревнований она принимала только те поражения, где он выкладывался по полной. Лишь после череды неудачных прыжков он имел право опустить голову.