Последующие дни выдались на редкость насыщенными. Я потратил уйму времени на поиски нужных материалов и бесконечные тесты. Золото и серебро в этом мире вели себя ровно так, как описывали книги, а вот медь оказалась до неприличия «жадной»: впитывала ману мгновенно, но так же быстро рассеивала её в окружающую среду.
— Ртуть пока отложим, — решил я, потирая лапой ноющую голову. Найти её в Академии, не вскрыв при этом каждый барометр и не вызвав подозрений, было задачей почти невыполнимой. А тратить дефицитные души на системном форуме Жаба запретил (причем в буквальном смысле — начал душить меня изнутри, стоило мне об этом подумать).
Вместо этого я сосредоточился на геометрии. В своей ментальной «коммуналке» я часами чертил ритуальные круги под присмотром Жабы. Учился подстраивать их на лету: мана течет неровно? Меняем радиус внешней дуги. Возникла турбулентность? Добавляем серебряную прожилку в узловую точку. Я тренировался до тех пор, пока контуры не начали выходить идеально ровными за считанные секунды. Контроль всё ещё пошаливал — иногда круг вспыхивал слишком ярко, грозя спалить мне усы, но прогресс был налицо.
У Жабы тем временем созрела идея, которая не давала ему покоя. Его бесило, что излишки маны, идущие пассивным фоном от Эллианны по контракту фамильяра, просто улетают в пустоту. Он предложил создать накопитель, который будет ловить и её «фон», и мои собственные излишки. Мой личный резерв на фоне местных магов выглядел, мягко говоря, скромно, так что я согласился.
План был таков:
Основа: Ошейник из красной меди послужит внешней антенной. Он будет жадно впитывать всё, что излучает Эллианна.
Нервная система: Сверху на медь наносятся тончайшие серебряные узлы. Они сработают как диоды — пропустят энергию внутрь, к руне, но заблокируют выход, не давая меди «выплеснуть» всё обратно.
Сердце: В центре, на пересечении нитей, вытравливается Руна Хранения — наш «сообщающийся сосуд».
Жаба долго ломал голову, где достать материалы, но я вовремя вспомнил про кабинет алхимии. Там стояли старые перегонные кубы со змеевиками из чистой меди. Серебро же нашлось в столовой: по вечерам, когда студенты ужинали на террасе, на столы ставили посеребренные подсвечники. Мне не нужны были слитки — достаточно было пыли, которую я планировал смешать со слюной и маной, превратив в проводящую пасту.
Ночь в Академии Тристейн пахла старым камнем и свежескошенной травой. Я двигался тенью, мягко переставляя лапы.
Первая цель — столовая. Терраса пустовала, но на тяжелых дубовых столах действительно красовались массивные подсвечники. Я запрыгнул на стол. Навык «Чутьё предметов» подсказал: слой серебра тонкий, но качественный. Выпустив когти и пустив по ним тонкую струйку маны для остроты, я начал методично соскребать налет на лоскут ткани. Скрежет казался мне громче грома, но стража дремала. Через десять минут у меня в лапах была горсть драгоценной серой пыли.
В алхимическом крыле было сложнее. Змеевики кубов оказались толстыми, грызть их было бесполезно — зубы у меня пусть и стальные, но могло повредить медь.Тогда я решил использовать резонанс. Приложив лапу к медной трубке, я закрыл глаза и начал вливать ману, настраивая её на частоту разрушения молекулярных связей. Медь под лапой завибрировала, нагрелась и с глухим «дзынь» отвалилась, оставив идеально ровный срез.
Вернувшись в «коммуналку», я приступил к сборке. Кровь Эллианны у меня уже была — на днях она укололась о шип розы, и я, как «заботливый» фамильяр, слизнул каплю и отправил её в инвентарь. Смесь из спирта, серебряной пыли и крови (моей и Элли) была готова. Она блестела багрово-алым цветом в свете моей маны.
— Не дрожи, ювелир недоделанный! — проворчал Жаба. — Чтобы серебро и кровь стали единым целым с медью, начинай с внешнего контура.
Я окунул коготь в жижу. Линия за линией я выводил геометрию, которую зубрил последние дни.
— Тоньше! Делай узлы тоньше! — орал Жаба. — Если прожилка будет слишком толстой, энергия застрянет и рванет!
Я почти перестал дышать. Благодаря контролю я видел, как частицы серебра выстраиваются в ряд, создавая те самые «диоды». В центре я вытравил «глаз» руны. В момент завершения последнего штриха ошейник вспыхнул. Спирт испарился, оставив на меди багрово-серебристый узор, вплавленный в саму структуру металла.
— Замыкай! — скомандовал внутренний голос.
Я защелкнул кольцо на шее. Секунду тишины сменил взрыв красок. «Жадная» медь вцепилась в пространство, высасывая пассивный фон контракта. Это было похоже на глоток чистого адреналина. Резерв заполнился мгновенно, а излишки начали упаковываться в «буфер» ошейника. Тяжесть в голове сменилась пугающей легкостью.
Я глянул в зеркало, и тут же всплыли уведомления:
[Пользователь создал артефакт резонансного типа!]
[Повышен уровень шаблона!]
[Достигнут 1% уровня шаблона: Нер'зул]
Мир подернулся инеем. Реальность треснула, и меня захлестнули ледяные воспоминания. Я больше не кот. Я — маленький орк на склоне хребта под багровыми небесами Дренора. В руках костяной тотем, ноги в кровь о камни, а в ушах — шепот предков и гул ледяного ветра. Инициация. Путь к Скале Стихий. В глазах ребенка не было страха, только железная воля.
Пелена спала. Я снова в общежитии. Голова раскалывалась от чужих чувств — радости и волнения, которые я ощущал как свои собственные.
[ОБНОВЛЕННЫЙ СТАТУС]
HP (Здоровье): 35 / 35 (+5)
Интеллект: 15 (+1)
Мудрость: 13 (+1)
Интуиция: 20 (+1)
Контроль маны: 22 (+4)
Тело ныло после ночного марафона.
— Барон, либо иди к кровати, либо уснешь тут в позе дохлого суслика, — проворчал уставший Жаба.
Я прокрался в спальню. Эллианна мирно спала. Я запрыгнул к ней в ноги, и ошейник тут же едва ощутимо завибрировал, ловя золотистые искры её маны. Тепло хозяйки и ровный гул артефакта убаюкали меня за секунды.
Обновлено: 18.02.2026