Он же походил на глупую добычу, которая прекрасно понимала, что впереди ловушка, но всё равно не могла устоять перед ароматной приманкой и безрассудно бросалась прямо в неё.
Се Хуай закрыл глаза. Его обычно холодное сердце теперь было в смятении.
* * *
Когда позвонила Цзян Чэнчэн, Гу Мянь только тогда вспомнила, что обещала прийти к ней на вечеринку в честь дня рождения.
После сна лодыжка уже не так сильно опухла, хотя всё ещё немного ныла.
Она хотела было отказать Цзян Чэнчэн, но та сказала, что её машина уже ждёт внизу, так что пришлось позволить подруге подняться в квартиру.
Встретив её, Гу Мянь первым делом поздравила:
— С днем рождения!
Цзян Чэнчэн, смеясь, поблагодарила её и обняла.
— Да ладно? Ты ещё не готова? — Цзян Чэнчэн заметила, что Гу Мянь всё ещё в пижаме, без макияжа и с чистым лицом. Она невольно присмотрелась к состоянию кожи подруги и не смогла сдержать зависти: — Гу Мянь, какой косметикой ты пользуешься? Почему у тебя такая хорошая кожа? Пор совсем не видно, и такая белая!
— Сходи в ванную и сама посмотри, — ответила Гу Мянь, оглядывая Цзян Чэнчэн. — Что это за вечеринка? Почему ты так вырядилась?
Длинные волосы Цзян Чэнчэн были завиты в локоны, на лице — «смоки айс», губы накрашены ярко-красным, а на теле — легкое серебристое платье на бретельках с пайетками, которое сверкало под лампами. Её милое кукольное личико в таком наряде даже приобрело налет сексуальности.
Цзян Чэнчэн ответила как само собой разумеющееся:
— КТВ, бары! А чем ещё заниматься?
Гу Мянь усмехнулась и направилась на второй этаж. Она всё ещё боялась наступать на правую ногу в полную силу, поэтому медленно поднималась, держась за перила.
— Что с твоей ногой? — спросила Цзян Чэнчэн, заметив её странную походку, и последовала за ней.
— Вчера упала, — сказала Гу Мянь. — Поэтому я и хотела спросить: можно мне не идти?
— Нельзя! — отрезала Цзян Чэнчэн.
Гу Мянь беспомощно улыбнулась и толкнула дверь в спальню. Цзян Чэнчэн вошла следом, а затем хвостиком поплелась в ванную, изучая средства по уходу, расставленные на раковине.
По сравнению с её запасами, у Гу Мянь косметики было до смешного мало.
Голос Цзян Чэнчэн изменился:
— И это всё, чем ты пользуешься?
— Угу, — небрежно отозвалась Гу Мянь, собирая волосы на затылке и приступая к макияжу.
Цзян Чэнчэн увидела в зеркале, как при наклоне Гу Мянь из выреза её одежды показались очертания белоснежной груди. Она внезапно покраснела и, буркнув: «Я подожду тебя снаружи», — выскочила из ванной.
Сев на кровать Гу Мянь, она оглядела спальню — здесь действительно не было ни малейших признаков присутствия мужчины.
Она невольно подумала, что у бывшего мужа Гу Мянь явно не было вкуса.
Ей по-настоящему нравилась Гу Мянь.
Если ей кто-то не нравился, она видела в человеке одни недостатки, но если уж кто-то приходился по душе, то он казался идеальным во всём.
Гу Мянь относилась ко вторым.
Она и сама не знала, почему Гу Мянь вызывала у неё такую симпатию.
Ей казалось, что в Гу Мянь всё прекрасно. Она не была ослепительной красавицей, но на неё было приятно смотреть, и с каждым разом она казалась всё краше. Особенно когда Гу Мянь сосредоточенно составляла цветочные композиции — будь Цзян Чэнчэн мужчиной, её сердце бы точно дрогнуло. Гу Мянь всё делала неспешно, без суеты, словно даже если небо рухнет, её это не коснётся.
Несмотря на внешнюю мягкость, Цзян Чэнчэн почему-то чувствовала, что в глубине души Гу Мянь была довольно хладнокровной.
Закончив с макияжем, Гу Мянь вышла из ванной. Накрашена она была едва заметно, лишь помада была чуть ярче обычного.
Цзян Чэнчэн осталась недовольна:
— Ты так бледно накрасилась? С освещением в баре такой легкий макияж — всё равно что его отсутствие!
Гу Мянь лишь улыбнулась и направилась в гардеробную.
Цзян Чэнчэн хотела пойти за ней, но Гу Мянь уперлась пальцем ей в лоб, заставляя отступить:
— Я переодеваюсь, зачем ты идешь за мной?
Стоя у двери, Цзян Чэнчэн крикнула:
— Я помогу тебе выбрать! Чтобы ты не оделась как какая-нибудь добропорядочная домохозяйка!
Гу Мянь усмехнулась и закрыла дверь. Пробежав взглядом по вешалкам, она сняла маленькое черное платье, которое надевала лишь однажды, переоделась, распустила волосы, слегка взлохматила их руками и открыла дверь.
Цзян Чэнчэн, листавшая ленту в телефоне, услышала звук открывающейся двери, подняла голову и на мгновение остолбенела.
Длинные черные локоны Гу Мянь небрежно рассыпались по плечам, а на чистом лице выделялись алые губы, что создавало образ одновременно невинный, сексуальный и таинственный. Короткое черное платье на бретельках открывало всё, что нужно, а его длина была даже меньше, чем у платья подруги. Две ослепительно белые длинные ноги приковывали взгляд.
Цзян Чэнчэн лишилась дара речи, окончательно признав поражение.
Уже на выходе, когда пришло время обуваться, Цзян Чэнчэн увидела, как Гу Мянь достает из шкафа черные шлепанцы.
Она вытаращила глаза:
— Ты собралась идти в шлепанцах?
Гу Мянь наклонилась, надевая обувь, и, обернувшись, беззаботно улыбнулась:
— Моя нога повреждена, разве я не заслужила небольшую привилегию?
«Гу Мянь всего лишь сменила одежду, но как изменилась её аура! От этой улыбки даже кости заныли от восторга».
Когда они подошли к лифту, то встретили приходящую помощницу по хозяйству, которая несла пакеты с продуктами. Увидев Гу Мянь, та тоже замерла, не веря, что перед ней стоит та самая нежная и кроткая госпожа Гу.
Гу Мянь поздоровалась с ней, и Цзян Чэнчэн затащила её в лифт.
Помощница осталась стоять в некотором беспокойстве: «Не связалась ли госпожа Гу с плохой компанией, которая сбила её с пути истинного?»
Приехав в КТВ, Цзян Чэнчэн, у которой было полно друзей, толкнула дверь в зал. Внутри царил полумрак, мигали цветные огни, помещение было забито людьми. Мужчины, женщины, кто-то пел, кто-то играл в кости — стоял невообразимый шум.
Появление главной виновницы торжества привлекло всеобщее внимание.
Взгляды без стеснения скользили по новому лицу Гу Мянь.
— Ну наконец-то, Чэнчэн! Ты сегодня именинница, а пришла так поздно?! — молодой человек с микрофоном подошел к ним и обнял Цзян Чэнчэн за плечо.
Та закатила глаза:
— Разве ты не знаешь, что главный герой появляется под занавес?
Взгляд молодого человека упал на Гу Мянь. Его глаза загорелись, он принялся бесцеремонно разглядывать её:
— А это что за сестренка? Новая подруга?
Гу Мянь едва заметно улыбнулась.
Цзян Чэнчэн высвободилась, взяла Гу Мянь под локоть и бросила на него предупреждающий взгляд:
— Это моя старшая сестра, так что даже не думай о чем-то неприличном.
С этими словами она повела Гу Мянь прямиком к самым центральным местам.
Поскольку Цзян Чэнчэн была именинницей, люди расступились, освобождая им место. В кабинке теснилось человек двадцать-тридцать, было очень шумно.
Из-за мерцающих огней и полумрака Гу Мянь не могла толком разглядеть лица гостей.
Вскоре толпа начала требовать, чтобы Цзян Чэнчэн спела, и та направилась к экрану.
К Гу Мянь тут же кто-то подсел, придвинувшись очень близко.
Она повернулась — это был тот самый парень, который заговорил с ними при входе.
Он улыбнулся и подался вперед, не сводя с неё глаз:
— Сестренка, как вы с Чэнчэн познакомились? Я раньше тебя никогда не видел.
На вид ему было не больше двадцати двух лет, он был довольно симпатичным, а его улыбка излучала естественную дерзость. В его взгляде читался неприкрытый интерес.
Гу Мянь вдруг вспомнила о Се Хуае.
Они были ровесниками, но Гу Мянь поймала себя на мысли, что ей всё же больше по душе типаж Се Хуая — глядя на него, она чувствовала чистоту и свежесть.
Она мягко улыбнулась, не желая даже подыгрывать:
— У меня есть парень.
Парень на мгновение замер, не ожидая такой прямолинейности, но не отступил. Напротив, он подался еще ближе, обдав её запахом алкоголя. Он приподнял бровь и усмехну усмехнулся:
— А я не против.
Рука Гу Мянь нежно легла ему на грудь, но на самом деле она лишь создавала барьер, не давая ему приближаться. В её сияющих глазах промелькнула насмешка:
— А я против.
Обновлено: 03.02.2026