Красивое лицо перед ним выражало редкую доброту, и в слегка изогнутых уголках его губ не было привычного сарказма или насмешки. За стеклами очков на переносице пара ясных глаз тоже сузилась в улыбке, в уголках губ остались следы от коричневой пудры, а щеки чутка покраснели после интенсивного жевания.
С ним очень... легко ладить.
Гуань Цзымин видел высокомерный взгляд этого парня, презрительный взгляд, взгляд полный превосходства, свирепый взгляд и агрессивный взгляд.
Только он никогда не видел перед собой такого вот безобидного взгляда.
Рука, держащая сейчас бисквит, не отличалась деликатностью. Гуань Цзымин столько раз играл против него на поле, и он лучше, чем кто-либо другой, знает, насколько точна и мощна эта рука, когда бьет по баскетбольному мячу.
Но теперь она слегка дрожала, потому что ее держали протянутой слишком долго.
Гуань Цзымин был реально поражен, и после кратковременного замешательства, первое о чем он подумал: «Неужели Цяо Нань издевается над ним?»
Но в то же время рука была честно протянута.
Сладкий насыщенный маслянистый вкус хлынул ему в рот. Парень, стоящий напротив, вернул руку и немедленно сунул в рот еще кусочек, а затем снова начал тщательно жевать, вообще не проявляя к нему неприятия или агрессии.
— Ну, как тебе?
Гуань Цзымин медленно жевал печенье, не чувствуя, что этот кусочек чем-то отличается от того, что он ел раньше, но под пристальным взглядом ясных глаз собеседника за стеклами очков, он не знал почему, но как-то неопределенно промычал:
— Мхм...
Собеседник очень откровенно улыбнулся и спросил:
— Хочешь еще?
«Кто я, где я, зачем я здесь?»
Гуань Цзымин, чувствовал, что медленно умирает и разлагается прямо посреди длительного молчания и саморефлексии, но он действительно не мог сказать ни единого плохого слова в улыбающееся лицо своего противника. А потом случилось это... он увидел, как парень, который так и не получил ответа, изобразил озадаченное выражение лица, а затем.... слегка склонил голову к плечу.
Гуань Цзымин:
— Да.
***
Друзья Гуань Цзымина, стоящие у входных дверей, заметившие как их старший брат Гуань Цзымин внезапно схватил тарелку с печеньками и теперь сосредоточенно их ест: «...»
«Подожди, ты должен был бороться со злом, а не примкнуть к нему!»
После долгого и неловкого молчания они отпустили такую же задумчивую и молчаливую именинницу. Ни одна из сторон не знала, что делать, и некоторое время стояла молча, а младший брат Гуань Цзымина вдруг закашлялся.
Один из парней чувствовал, что как его правая рука, будет правильно, если он скажет хоть что-то по этому поводу.
Но, к сожалению, как раз в тот момент, когда он открыл рот, последняя группа приглашенных из Инчэна, которая задержалась в этот вечер, наконец-то прибыли.
Цзян Хай, которого перехватили на горной дороге люди Гуань Цзымина и который уже проучил этих людей, просто вошел в дверь со свирепым выражением лица и протянул руку, чтобы схватить за воротник младшего брата Гуань Цзымина, только что пытавшегося открыть рот:
— Слышь ты, идиот. Я не мог нормально ответить, потому что был за рулем в тот момент. Вот что я тебе скажу, вам надо было идти ко мне! Цяо Нань уже перевелся, какого черта вы все ищите его?!
Несколько парней позади него, включая маленького толстяка, были полны решимости и, выбрав себе оппонента, игнорируя их «подождите, подождите», моментально ввязались в драку.
***
Прохладный ветер обдувал лицо Цяо Наня, когда тот вышел на балкон. Глядя на звездное небо над головой он не мог не погрузиться в мысли.
Уже почти девять, а Цзян Хай и остальные еще не пришли. Только что, когда он был внутри, он услышал несколько сплетен о новом школьном красавчике Инчэна, и узнал о том, что эти ребята в последнее время тренируются как сумасшедшие.
Ему не нужно было гадать, почему эти парни, которые были слишком ленивы в тренировках, и просто желали продолжать существовать, вдруг взялись за ум и начали так сильно стараться. Все было предельно понятно: в следующем матче им предстояло снова встретиться со старым соперником из города С. Гуань Цзымином.
Он взял телефон и открыл список сообщений. История чатов Цзян Хая и Толстячка была вытеснена в самый низ другими чатами с парнями из двенадцатой школы. Открыв чат, пролистывая их постепенно, он видел, что экран был заполнен сообщениями только одной стороны.
[Почему ты перевелся?]
[Брат Нань, ты где?]
[Мы с Толстячком внизу.]
[Возьми трубку, брат! Ты дома?!]
[Ты ушел из-за Гуань Цзымина?]
[Брат, не волнуйся! Я возьму на себя ответственность и сам все решу. Это дело не имеет к тебе никакого отношения. Я во всем признаюсь.]
В этой односторонней переписке, Цяо Нань, наконец, увидел свое собственное сообщение справа.
Там было всего одно слово:
[Отвали.]
После этого никаких сообщений не было, потому что Цяо Нань просто заблокировал контакт, а затем не жалея сил избил Цзян Хая, предупредив его, чтобы тот не стал ничего делать, лишь усложняя ситуацию.
Когда он вспоминал лицо этого парня, после того как навешал ему, то не мог не улыбнуться. Этот маленький кролик ещё смеет выглядеть обиженным. И куда только подевалась его сообразительность, когда он намеренно устроил аварию с машиной Гуань Цзымина?
Сначала парень отказывался объяснять причину, но после того как Цяо Нань избил его, он со слезами на глазах признался, что случайно подслушал разговор Гуань Цзымина с командой, после проигрыша он жаловался своему другу по телефону и упомянул, что хочет «поболтать» с Цяо Нанем, который тренировался на горе Сяомин.
В то время Цяо Нань нарезал круги на мотоцикле.
В порыве гнева Цзян Хай бездумно бросился в погоню и врезался в машину Гуань Цзымина, он сидел на переднем пассажирском сиденье, и поэтому при ударе он сломал ногу.
Но он как-то не подумал о том, что семья Гуань владеет опорным предприятием города, и это не то, с чем обычный Цзян Хай из города А может справиться. Если бы семья Гуань решила взяться за него всерьез, они бы с легкостью упекли его за решетку.
Думая об этом парне, который даже на больничной койке гордо задирал голову и говорил, что ни капли не жалеет о своем поступке, у Цяо Наня начинала болеть голова. Он достал пачку сигарет и взял одну.
Он не мог просто смотреть, как его брат садится в тюрьму. И хотя Цзян Хай не мог противостоять семье Гуань, это не значит, что Цяо Нань с этим не мог бы справиться. В конце концов, за эти годы его репутация как человека, который любит создавать проблемы, уже укоренилась в умах людей.
Цяо Нань вспомнил, что его отец и старший брат вообще не засомневались, когда он признался в том, что спровоцировал аварию.
Последнее время, сколько он живет в доме Му Сянсян, он даже не задумывался о сигаретах, но сейчас, глядя на ярко освещённую дорогу в горах вдалеке, он вдруг почувствовал яркое желание закурить.
Но как только его рука коснулась кармана, он услышал позади себя беспорядочные шаги, похожие на стук каблуков по полу.
Рука, державшая зажигалку, замерла. Цяо Нань улыбнулся и опустил голову.
— Мисян, мне кажется, это не лучшяа идея. Ведь Фан Линли попросила нас не приставать к ней...
— Заткнись, она просто творит какие-то глупости. И ты туда же?
Мисян прервала уговоры подруги и внимательно осмотрелась вокруг. Узнав от Фан Линли, что девушка с короткой стрижкой, пришедшая с Цяо Нанем, была именно Му Сянсян, она была очень удивлена. Учитывая, что раньше та была совершенно незаметной, девушка сразу же насторожилась.
Обычная девушка внезапно преобразилась и превратилась в богиню, а рядом с ней был бог — это же типичная сюжетная линия из дорам!
Хотя её новый образ немного отличался от традиционного представления о романтической истории... Он был не таким женственным, скорее больше склонялся к крутизне и экстравагантности. Но это не отменяло того факта, что она действительно стала выдающейся!
Мисян была убеждена, что все изменения в человеке направлены на усиление его привлекательности. Фан Линли, однако, не согласилась с её мнением и, покраснев, смущённо заступилась за неё:
— Ну, может быть, она просто такая сама по себе, поэтому и подстриглась коротко. Это действительно очень красиво, ей идет...
Идиотка! Так бесит. Вообще, ожиданий не оправдала!
Подумав о том, что на их школьного красавчика из Инчэна нацелилась какая-то другая девка, Мисян, которая имеет многолетний опыт притворства и получавшая огромное количество признаний, почувствовала, что ей пора встретиться со своей соперницей. Она не верила, что в мире может существовать такая девушка, которая не интересуется красивыми парнями, как об этом говорила Фан Линли. Эта «красивая сестра» по любому та еще стерва!
Она быстро подвела нескольких подруг к дверям на балкон.
Глубоко вдохнув, придавая себе более уверенный вид, она с силой толкнула дверь...
Глубокая темная ночь моментально заполнила комнату, и на фоне звездного неба она заметила глаза, которые смотрели на нее, тая в себе улыбку.
Цяо Нань узнал в ней девушку, чей взгляд был особенно острым, когда они только пришли сюда. Он использовал улыбку, чтобы заставить собеседника покраснеть и отвернуться. Это показалось ему знакомым, и вот прямо сейчас он, наконец, вспомнил эту девушку.
Баскетбольная болельщица Инчэна...
На самом деле у Цяо Наня не было о ней особого впечатления. Когда они играли с Цзян Хаем и другими на поле, он слышал, как она вместе со всеми кричит и визжит. Если честно, это раздражало.
Он не отличался особым терпением, так что когда ему казалось, что становится слишком громко, он просто поднимал голову и просил их всех заткнуться.
Но эта группа странных девушек, казалось, совсем не расстраивались по этому поводу. Иногда, после того как он на них наорал, они все почти синхронно краснели, становясь еще более взволнованными.
Короче говоря, это некое альтернативное существование, под названием «головная боль Цяо Наня»...
Девушка, которая взяла на себя инициативу, была самой восторженной из этой толпы. Она разносила воду и полотенца, постоянно мельтеша рядом, пытаясь произвести впечатление глубоко нежной и застенчивой девушки. Но он общался с ней, когда у него было другое лицо, кто знает, как она поведет себя с девушкой.
Сменив тело, можно увидеть разные стороны жизни.
Цяо Нань поднял большой палец перед этими актрисками, лениво уселся в кресло и посмотрел на девушек, застывших в дверях.
— Что надо?
Неподкуренная сигарета дрогнула в губах, во время вопроса. В звездном свете ночи девушка раскинула руки на спинке кресла, как будто весь мир принадлежит ей. Даже эти девушки, стоящие напротив.
Мисян на мгновение растерялась, ее решительность сразу уменьшилась вполовину, а на лице она стала неосознанно излучать мягкость, которую та использовала во время общения с парнями. Спустя длительную паузу, она вдруг вспомнила, зачем пришла:
— Я... я...
Она топнула ногой, и нахмурилась, говоря:
— Т-ты Му Сянсян?
Цяо Нань откинулся на спинку стула и небрежно улыбнулся ей:
— Угада-ай~
Мисян стиснула зубы, встретившись взглядом с этой короткостриженой девушкой, которая в темноте начала казаться ей властной и игривой и... почему-то смутилась.
Вот же дура, господи. С чего бы ей вообще смущаться при виде другой девушки?!
Повернув голову, чтобы посмотреть на подруг, которых она притащила с собой, и увидела, что и они тоже покраснели. Мисян практически психанула из-за всего этого абсурда и сложившейся ситуации.
Как бы она высокомерно не общалась с девушками, обычно она никогда не робела перед парнями, но сегодня почему-то чувствует, что над ней весь день издеваются! Она не могла отделаться от желания побыть такой же кокетливой, какой она обычно бывает перед мальчиками.
Но эти помыслы были быстро задушены ею, стоило им только возникнуть в ее голове.
— Не придуривайся, я знаю, что ты Му Сянсян! — Но даже при том, что она была отчаянно сосредоточена, ее свирепая аура была ополовинена, и к концу речи ее голос вдруг стал каким-то писклявым. — Я спрашиваю, что тебя связывает с Цзян Хаем и Цяо Нанем? Они тебе нравятся?!
Обновлено: 02.02.2026