Му Сянсян вдруг осознала, что в пакете, который она держит в руке, сейчас тысячи юаней. Она рассеяно размышляла о проблеме разрыва между богатыми и бедными в обществе, с которым столкнулась совсем недавно, и внезапно услышала странный вопрос:
— Какого размера верхняя одежда у твоего отца?
— Сто шестьдесят пять, а что? — Му Сянсян ответила, не задумавшись, и подняла голову.
Цяо Нань спокойно ответил:
— Да не, ничего.
После чего он махнул рукой продавцу, который держал в руках какой-то предмет одежды и тот с вежливым выражением лица немедленно куда-то ушел. Му Сянсян обернулась. Тот предмет одежды, который продавец держал в руках продавец, оказался темно-коричневым пальто. Его поверхность была такой блестящей, что почти светилось. Кое-где оно было покрыто мехом и даже слепому было понятно, что эта вещь явно дорогая.
Затем она вдруг услышала тихий голос со стороны стойки с кассами:
— Здравствуйте. С вас 58 800. Вы будете оплачивать картой?
Цяо Нань вздохнул и протянул свою карту. Му Сянсян спросила:
— Кому ты это покупаешь?
Цяо Нань ее проигнорировал, и Му Сянсян вдруг схватила его за запястье.
— Это ведь не для моего отца, не так ли?
— Почему тебя это так волнует? — спросил Цяо Нань и жестом махнул продавцу, чтобы тот провел оплату по его карте.
Когда он сегодня утром был на пробежке, он как раз подумал о том, что купит отцу Му новое пальто, когда у него будет время, чтобы тот надел его. Он не ожидал, что так быстро найдет подходящее. Уже наступил новый год, а сухонький дядя все еще ходит в какой-то замызганной телогрейке. Последнее несколько дней было очень холодно. Цяо Нань как-то видел, как тот ежился и передергивал плечами от холода. Сухонький дядя притворился, что с ним все в порядке, и утром втихую сунул Цяо Наню денег со словами, что вчера у него дела шли неплохо и он продал целых три метлы, чтобы Цяо Нань не экономил и купил по дороге в школу чашку чая с молоком.
Он мог вспомнить только руки, которые тогда коснулись его, когда ему впихивали деньги. Его разум был настолько холоден, что он целых три минуты был в шоке.
Это пальто на первый взгляд довольно теплое, так что папе Му должно быть намного удобнее сидеть в нем внизу.
Размышляя об этом он вдруг услышал, как Му Сянсян яростно возражает:
— Нет, Цяо Нань. Это пальто очень дорогое. Подождите, подождите, не используйте карточку...
Конечно же, продавец не послушался. Его руки не замедлились ни на мгновение. Через некоторое время Цяо Нань забрал обратно карточку и бумажный пакет с одеждой, которые передал продавец, и спокойно вышел.
— Почему ты так нервничаешь?
Пятьдесят восемь восемьсот... Арендная плата за дом семьи Му, оказывается, это не так уж и много.
Му Сянсян была готова свалиться в обморок, хватаясь за Цяо Наня и пытаясь остановить его безумие.
— Цяо Нань, Цяо Нань, это на самом деле слишком дорого. Верни одежду немедленно. Умоляю тебя. Ты хочешь довести его до инфаркта, подарив такую дорогую вещь?!
Цяо нань был немного расстроен. Он в первый раз в жизни кому-то давал деньги и вдруг услышал такого рода слова.
— В чем дело вообще? Разве это не просто одежда, а?
Но это на самом деле намного больше, чем просто одежда! Не говоря уже о том, что такой дорогой подарок не должен быть принят так небрежно, горячих сплетен среди соседей достаточно, чтобы понимать, что такого рода дорогие вещи вызовут большое оцепенение, чтобы по ее спине начали бегать мурашки. Сплетни иногда могут быть слишком острыми, словно ножи. Ее папа будет слишком нервничать, почти до бессонницы. Только подумать, его дочь, которая всегда была бедной, вдруг поднимает такую шумиху! Кто не станет нервничать?
Но разницу в ценностях этих двух сторон невозможно объяснить всего парой слов. Для Цяо Наня это пальто стоимостью пятьдесят восемь тысяч и в самом деле просто предмет одежды.
У Му Сянсян не было другого выбора, кроме как взять за руку Цяо Наня и отвести его в магазин с пуховиками на втором этаже, где можно было купить их со скидкой.
— Цяо Нань, послушай меня... Я понимаю, что ты от чистого сердца и я очень благодарна тебе за это, но я действительно не могу позволить тебе подарить моему отцу такую дорогую вещь. Тебе не кажется, что вот эти пуховики, которые тут есть, тоже вполне себе неплохи? Вот еще, глянь на этот. У меня как раз достаточно денег, чтобы купить один из них. Если я куплю его, ты можешь вернуть то пальто обратно, хорошо?
Цяо Нань не ответил ей и просто серьезно на нее смотрел.
Му Сянсян решила, что он так на нее смотрит, потому что злится, так что вообще не знала, что ей делать. Так что ей пришлось подозвать продавца, чтобы тот оформил покупку пуховика, о котором она только что говорила и уже приготовилась заплатить за него.
Как только продавец подошел, Цяо Нань моментально бросил пакет, который только что держал в руке, к ногам Му Сянсян.
Он ничего не сказал, отвернулся и со спокойным лицом ушел.
Цяо Нань был зол до такой степени, что ему хотелось немедленно с кем-то подраться. Он боялся, что если сейчас же не уйдет, то может сорваться на Му Сянсян.
Когда он выходил с торгового центра, он столкнулся с каким-то придурком и врезал ему. Когда тот убегал, прижав руки к голове, в какой-то момент он показался ему знакомым, но Цяо Нань так и не смог вспомнить, где он его видел.
Запрыгивая на мотоцикл, он все еще испытывал неописуемую досаду в сердце из-за слов, сказанных Му Сянсян. Этими словами она словно провела четкую границу между ними, словно 38-ая параллель. Твой отец, мой отец; ты покупаешь это, я покупаю это...
П.п.: 38-ая параллель — неофициальное название границы между Северной и Южной Кореей. Еще это называют «демилитаризованная зона». Зона, которая разделяет корейский полуостров на две половины. КНДР и Республика Корея.
***
Му Сянсян вздохнула и, показав продавцу, что в обслуживании больше нет необходимости, отнесла бумажный пакет вниз.
Только что она зашла в магазин и подала заявку на возврат товара. Продавец был доброжелательно настроен, но когда она достала одежду для осмотра, то смутилась вдруг и сказала, что не может вернуть, может только обменять, потому что Цяо Нань напрямую попросил их снять бирку, когда покупал.
Му Сянсян посмотрела на это пальто. Оно было действительно удобным, плотным, мягким и дорогим. Она понимала, что у ее отца никогда не было такой вещи.
На мгновенье ей захотелось побыть эгоистичной и не возвращать его. Было бы здорово взять его и однажды надеть на отца.
Но даже выросши в такой бедной семье, она все еще помнила то, что ей прививали родители и это слишком сильно отличалось от того, что было привито Цяо Наню.
Поэтому она медленно заговорила после долгого раздумья:
— Тогда давайте поменяем размер.
— На какой размер вы хотите поменять?
Вспомнив примерную фигуру отца Цяо Наня, она ответила:
— Сто семьдесят пять.
После замены она вышла из магазина и ей вдруг стало осень грустно. На нее внезапно разом нахлынули всевозможные чувства. Она некоторое время смотрела на небо и понимала, что сейчас ей нужно разобраться со своими эмоциями.
В это же время мотоцикл, несущийся на большой скорости по дороге, внезапно резко затормозил, оглушительно взвизгнув, и Цяо Нань быстро слез с него, внезапно кое-что вспомнив.
Он вспомнил того парня, с которым только что столкнулся у входа в торговый центр. В то время он реально показался ему знакомым, что сбило с толку.
Но теперь он вдруг осознал, отчетливо вспомнил. Не был ли это Хэ Пэнчэн из соседней спортивной школы?
Пару месяцев назад тот парень собрал группу людей, чтобы выловить Го Чжи на заднем дворе школы из-за каких-то личных обид. Он случайно встретил его и притащил толпу, чтобы избить его.
Это место находилось реально далеко от спортивной школы. Как мог Хэ Пэнчэн появиться здесь, и шнырять поблизости?
Внезапно в его голову пришла очень плохая мысль. Впервые он ощутил такое странное чувство страха. Он встряхнул рукой и схватил свой телефон, пытаясь спокойно набрать свой прошлый номер. И стоило только звонку соединиться, сразу же спросил:
— Ты где?
Голос Му Сянсян был немного странным:
— А?
— Я спрашиваю, где ты?! — Цяо Нань не сдержался и закричал, но поспешно исправился, смягчая свой голос. — Му Сянсян, скажи мне, пожалуйста, где ты сейчас.
Му Сянсян нахмурилась.
— Я тут неподалеку от торгового центра, где мы с тобой были. Рядом с парком ХХ. А что? У меня тут телефон разрядился...
— Что с тобой случилось? — Цяо Нань был ошеломлен ее внезапно плачущим голосом, а затем поспешно сказал: — Послушай, Му Сянсян, поторопись и...
*Ту-у-ту-у-ту-у*...
Прежде чем он успел договорить, в динамике раздался звуковой сигнал.
Цяо Нань посмотрел на экран и поспешно набрал номер еще раз, но дозвониться он не смог.
— Блять, блять, блять...
Цяо Нань сердито пнул ногой свой мотоцикл. Он усиленно размышлял некоторое время, затем быстро зашел в свой WeChat, набрал знакомый номер и позвонил Янь Чжияну.
Янь Чжиян снял трубку:
— Алло?
— Янь Чжиян, — Цяо Нань вдруг почувствовал себя странно спокойным в этот момент. — Ты должен немедленно собрать людей, которых только сможешь найти, и отправиться в ХХ парк. Цяо Нань был заблокирован там Хэ Пэнчэном и другими.
— ЧТО?! — Янь Чжиян сначала вдруг громко воскликнул, высоким голосом, а потом вдруг кое-что понял. — Эй, а ты кто?
Но Цяо Нань уже протянул руку, чтобы снова завести мотоцикл, его голос все еще был пугающе спокойным:
— Хватит трепаться, бл...
Обновлено: 02.02.2026