Му Сянсян пыталась вспомнить сон, который, как ей смутно казалось, ей снился. В этом сне мама и папа пришли и уложили ее спать, как делали раньше.
Мысли были настолько вялыми, что она даже задремала на мгновение после пробуждения. Повернув голову к будильнику, она на пару секунд задержала взгляд на аккуратно сложенном учебнике иностранного на прикроватной тумбочке, который, если ей не изменяет память, должен был лежать на подушке.
Она вдруг поняла, что тот парень, который прошлой ночью сидел на корточках перед кроватью и погладил ее по голове, должен быть старшим братом Цяо Наня, Цяо Жуем. Если она правильно помнила, она назвала его старшим братом и тот не отрицал это.
Прошлой ночью она заснула около одиннадцати часов, а он вошел в комнату по меньшей мере ранним утром. Если учесть, что говорила мачеха Цяо Наня, Цяо Жуй и отец Цяо должны были проделать весь путь из-за границы в город Б, а затем вернуться в город А. Любой, кто пережил такой долгий переезд, неизбежно будет измотан, но Цяо Жуй не пошел сразу в свою комнату, чтобы отдохнуть, а решил прокрасться к брату.
Он погладил его по голове и даже попытался уговорить поспать еще немного, когда тот проснулся.
Глядя на все это вот так, Му Сянсян не могла не воздохнуть. Ее все больше сбивало с толку, почему Цяо Нань приврал о своих отношениях с семьей. Вспомнив о вчерашнем поспешном общении между ними, она взяла телефон, чтобы отправить сообщение ему и рассказать, что его брат и отец вернулись домой.
Сообщение было проигнорированно. Шесть тридцать, Цяо Нань был слишком занят бегом, как у него могло найтись время проверить свой телефон?
Му Сянсян прождала некоторое время, а потом просто сдалась.
***
В одной из комнат на втором этаже отец Цяо Юаньшань встал рано утром и открыл окно, чтобы подышать свежим воздухом после душа.
Он закрыл глаза и глубоко вздохнул, размышляя о домашних делах.
С того самого дня, как его жена ему позвонила и сказала о преображении младшего сына, его переполняли эмоции. И если бы не это, он бы не решился на этот беспрецедентный шаг — бросить не законченную работу за границей и вернуться прямо в Китай. Все эти долгие часы в дороге он едва мог скрывать радость на своем лице. Даже помощник, приехавший встретить их из самолета, заметил это с первого взгляда и решил, что дело в большом прогрессе в заграничном проекте, и льстил ему всю дорогу на эту тему.
Только сам Цяо Юаньшань знал, чего он ожидал.
Прошло уже более десяти лет со дня смерти его первой жены. Она была нежной и красивой женщиной, родившей ему двух драгоценных детей. Цяо Юаньшань смутно помнил, как вместе с женой играл с Цяо Жуем и Цяо Нанем. Все было так ярко и прекрасно, как во сне.
В то время Цяо Жуй не был таким способным, как сейчас, а Цяо Нань не был таким жестоким, как сейчас.
Когда же они успели стать такими? Честно говоря, у Цяо Юаньшаня не было ответа. Он типичный карьерист, и помимо семьи у него слишком много других забот. Не говоря уже о таких вещах как просто бесчисленные сотрудники компании, ожидающие, когда их накормят. Это почти обрекает его на то, чтобы он не отдыхал. Цяо Юаньшань не является богачом во втором поколении, и все, чем он владеет сейчас, он создал собственными руками.
Когда он был маленьким, он не мог себе позволить даже просто хорошо поесть. Так что сейчас он очень боялся бедности и просто очень хотел обеспечить своим детям как можно более благоприятные экономические условия.
В это время Цяо Жуй и Цяо Нань были переданы на попечение в семью Юэ, а потом, когда он вспомнил уже почти забытые слова профессора о том, что в жизни ребенка должна присутствовать роль матери, и он женился на Ло Мэйшэн, которая в то время работала его секретарем, чтобы та могла находиться дома с детьми.
Как могло случиться, что, когда он вернулся, все перевернулось с ног на голову?
Цяо Юаньшань не мог этого понять. Он знал, что у его сыновей должно быть какое-то недопонимание в отношении него, но мальчики, вступившие в подростковый возраст, просто отказывались с ним общаться. Спустя еще несколько лет отношение старшего сына наконец смягчилось, и он согласился выслушать его доводы и начать изучать дела и пойти в компанию. Это показалось ему хорошим знаком, но он не подозревал, что следующая реакция младшего сына будет настолько яростной. Это застало его врасплох.
Вероятно, Цяо Нань почувствовал себя преданным и напрямую отказался от старшего брата, от которого зависел раньше.
Увы, Цяо Юаньшань открыл глаза и вздохнул, его грудь сжалась.
Когда он вернулся вчера вечером и услышал, как Ло Мэйшэн рассказывает о недавнем преображении Цяо Наня, он был очень счастлив.
До сих пор это счастье оставалось неизменным, но теперь оно все больше превращалось в опасение.
Ребенок снова, как и прежде, захотел хорошо учиться. Возможно, он что-то понял, и это было хорошо.
Но это не означало, что он будет принимать их так же.
Цяо Юаньшань, который почти никогда не испытывал такую тревогу, сталкиваясь с кризисами в работе, и теперь отчаянно предупреждал себя, что в этот раз он не должен так сильно воевать с сыном, как было в прошлый раз. Долгое время занимая высокий пост, он усмирял подчиненных, испорченных множеством вредных привычек. Вообще, он не умел говорить мягких слов, и иногда, стоило ему открыть рот, он мог сильно вспылить. И вот, для его младшего сына, который его не боится вовсе, было обычным делом ввязаться в драку, начать громить дом или разбить машину.
Во время этой странной и бесполезной саморефликсии, который постоянно повторяется, из соседней комнаты вышла его жена Ло Мэйшен, чтобы помочь ему переодеться.
Цяо Юаньшань спросил ее:
— Наньнань уже проснулся?
Ло Мэйшэн кивнула:
— Я только что слышала, как он разговаривал внизу.
На лице Цяо Юаньшань появилось выражение облегчения, затем он немного задумчиво произнес:
— Этот ребенок не любит, когда в доме есть посторонние, поэтому почти невозможно нанять кого-то, чтобы тот присматривал за ним дома. Не беспокойся обо мне, пойди купи ему завтрак сначала. Нельзя чтобы он пошел в школу голодным.
Ло Мэйшен замерла на мгновение, выдохнула и сказала:
— Я как раз собиралась тебе сказать…
Цяо Юаньшань замер.
Он услышал, как его жена обеспокоенно говорит:
— Я встала вчера и купила завтрак для Наньнаня, но когда я вернулась вечером, он попросил меня больше не покупать так много всего. Думаешь, ему не понравилось, что я вмешиваюсь в его дела?
У Ло Мэйшэн в голове не укладывалось, что молодой господин из семьи Цяо на самом деле серьезно не может себе позволить так бездумно тратить еду, поэтому она вчера насторожилась, когда Му Сянсян сказала, чтобы та не покупала так много. Она анализировала намерения собеседника с самого утра, несколько раз даже порывалась выйти на улицу, но потом остонавливала сама себя. За последние несколько лет только в эти два дня она наконец удостоилась от него пары приятных взглядов, так что очень боялась сделать что-то не так.
Выражение лица Цяо Юаньшаня изменилось, когда он услышал это.
— Вот как…
Оба человека на мгновение замолчали, и через несколько мгновений Цяо Юаньшань надел пиджак и сказал:
— Ладно, забудь. Сначала я пойду к нему.
Он так давно не видел своего сына, что было бы неплохо на него взглянуть сейчас.
Обновлено: 02.02.2026