Надо признать, после переплавки Тысячелетнего Костяного Нефрита тело Ли Синтяня преобразилось.
Вдобавок к этому, новая техника идеально ему подходила.
По крайней мере, на стадии Конденсации Ци его скорость совершенствования теперь не уступала Ли Инлин с её чертой «гения».
После нескольких дней усиленных тренировок Ли Синтянь наконец-то подошёл к порогу стадии Создания Основы.
Сейчас он сидел, скрестив ноги. Перед ним стояла чаша с переработанной кровавой жертвой — тёмно-красным вязким сгустком.
После прорыва на стадию Создания Основы ему больше не придётся заниматься этой кровавой охотой. Следующим шагом будет переплавка собственной плоти и крови.
Так что эта техника была муторной лишь на начальном этапе.
Чу Синчэнь скрепя сердце достал из пространственного кольца все оставшиеся духовные камни и выложил из них простой духособирающий массив, чтобы обеспечить Ли Синтяню достаточно энергии для прорыва.
Это было всё, что у него осталось. Теперь ученики выжали его досуха.
Ему казалось, что беднее их обители в этом мире просто не существует.
В это время в храме Ли Инлин кипятила воду в маленьком котелке. На её лице было странное выражение, будто она чего-то ждала.
Нин Цяньцянь уже переоделась в одежду Ли Инлин — светло-голубое платье с вышитыми цветами. Хоть оно и было ей великовато, но это было лучше, чем рваная грязная роба.
Слегка брезгливая Ли Инлин устроила ей знатную баню. В тот день плеск воды из её домика доносился с утра до полудня, и время от времени оттуда раздавался жалобный визг Нин Цяньцянь. Похоже, Ли Инлин не церемонилась.
Но результат был налицо. По крайней мере, Нин Цяньцянь перестала походить на беженку. В этом платье она напоминала ребёнка из трущоб, нарядившегося принцессой.
Самой Нин Цяньцянь в новом наряде было не по себе. Она то и дело подбирала слишком длинные для неё рукава, чтобы не испачкать их о землю.
И это несмотря на то, что Ли Инлин много раз говорила ей, что это неважно.
А вот у Ли Синтяня, стоявшего на пороге прорыва, настроение было не из лучших. Он с тяжёлым сердцем смотрел на Ли Инлин и кипящую воду в котелке.
Глубоко вздохнув, он повернулся к Чу Синчэню.
— Наставник, — серьёзно сказал он, — я уверен, что справлюсь и без этих ваших пилюль.
— Горькое лекарство — самое действенное, — ответил Чу Синчэнь, устанавливая последний духовный камень. Камни засветились. — Успокойся, я знаю, что вкус у моих лекарств так себе. Но в этот раз можешь не волноваться. Я изучил, какие приправы нужно добавить, чтобы пилюля стала невероятно вкусной!
— Наставник… вы точно про пилюлю говорите, а не про обглоданную сестрой куриную ножку?
Чу Синчэнь достал из пространственного кольца последние оставшиеся приличные духовные травы. На одну порцию ещё хватало.
— Ты можешь не доверять моим алхимическим талантам, но ты не можешь сомневаться в моих кулинарных способностях, мой дорогой ученик.
Вспомнив, как готовит наставник, Ли Синтянь решил, что в его словах есть доля правды. Он с надеждой посмотрел на него.
Но тут он увидел, как наставник взялся за старое. Когда зелёная жижа в котелке запузырилась, Ли Синтянь почувствовал, что и сам зеленеет.
И что изменилось?
Однако, когда эликсир был почти готов, Чу Синчэнь быстро достал из кольца мёд, варёную муку и какие-то странные специи.
Смешав муку с мёдом, он осторожно опустил получившийся комок в зелье, чтобы тот впитал жидкость.
Вскоре вся влага впиталась, и в руках Чу Синчэня появилась ядовито-зелёная пилюля.
Он потряс её. Вроде крепкая, не разваливается.
Отлично! Это новый шаг в алхимии! Теперь он может варить идеальные пилюли даже в котелке.
С самодовольным видом Чу Синчэнь протянул зелёную пилюлю Ли Синтяню.
— Ну-ка! Попробуй!
Глядя на эту пилюлю, Ли Синтянь подумал, что твёрдую форму, конечно, принять проще.
Но этот ядовито-зелёный цвет… никак не походил на цвет нормальной пилюли. Скорее, на яд, способный прожечь кишки.
Тяжело вздохнув, он решил, что вопрос «яд это или нет» его не волнует. Главное — будет ли она такой же невыносимо отвратительной на вкус.
Встретив ободряющий взгляд наставника, Ли Синтянь зажмурился и проглотил её.
Краем глаза он заметил испытующий взгляд старшей сестры.
Что до вкуса…
Ли Синтянь хотел сказать лишь одно: «Чёрт! Алхимия и кулинария не имеют ничего общего!»
А уж добавление муки… это было просто гениально!
Непонятно, то ли из-за мёда, но эта мука застряла у него в горле!
А в сочетании с этим чудовищным вкусом… да нет, это был даже не вкус, а яростное отторжение всем организмом.
Это было хуже, чем пить зелье в жидком виде. Это была настоящая пытка!
Ли Синтянь захрипел, пытаясь выдавить из себя хоть звук.
— Воды! Наставник! Воды!
Нин Цяньцянь тут же подскочила и протянула ему чашку.
Сделав несколько глотков и протолкнув клейкий комок дальше, Ли Синтянь, отдышавшись, ничего не сказал.
Хоть вкус и был ужасен, но эффект наступил почти мгновенно. Ли Синтянь тут же вошёл в медитативное состояние и начал впитывать энергию из духовных камней.
«Похоже, этот эксперимент не очень удался. Вкус недостаточно замаскировался?»
Чу Синчэнь задумался, а затем посмотрел на Ли Инлин, на лице которой было написано облегчение.
— …Наставник, — поспешно замотала головой та, — давайте в следующий раз такие хорошие вещи будет сначала пробовать младший брат.
— Но ты же его старшая сестра, — потирая подбородок, заметил Чу Синчэнь.
— Наставник… — с обидой в голосе произнесла Ли Инлин, — если вы хотите моей смерти, так и скажите.
Прорыв Ли Синтяня прошёл гладко.
Когда духовные камни погасли, солнце уже клонилось к закату.
Духовная энергия, до этого вырывавшаяся наружу, сконцентрировалась в его теле. Он медленно открыл глаза, и в его взгляде сверкнул острый блеск.
Прорыв прошёл идеально, без малейших препятствий. Пилюля наставника, в сочетании с идеально подходящей ему техникой, сработала превосходно.
Всё прошло даже легче, чем в прошлой жизни.
Чу Синчэнь, как раз жаривший мясо для своей старшей ученицы, заметил, что Ли Синтянь очнулся.
— Как ощущения?
— Отлично, — кивнул тот.
— Я про пилюлю.
— …Тоже отлично. Но, наставник, если можно, не варите их больше. — В голосе Ли Синтяня звучала искренность. — А если уж очень хочется, то, мне кажется, их можно использовать для допросов с пристрастием. Не обязательно же нам с сестрой их есть.
Услышав это, Ли Инлин, державшая в руке шашлык, просияла.
— Точно! Я полностью согласна со вторым братом!
Чу Синчэнь без колебаний отвесил ей подзатыльник.
Хоть Ли Синтянь и достиг стадии, на которой мог обходиться без еды, он всё же подошёл и взял себе шашлык.
Он бросил взгляд на Нин Цяньцянь.
— Наставник, — сказал он, — можно начинать.
Хоррор Игра
Путь Выжившего
Американское Иайдзюцу
Запретный Целитель
Обновлено: 03.02.2026