(От лица Миядзаки)
— А ну заткнись, шкет!
Я ударил по голове маленького мальчика. Одетый в дорогие одежды, он сидел в углу комнаты и рыдал.
— Нам не выбраться… Я… не хочу быть съеденным демоном, как…
— Я сказал, заткнись и дай мне подумать. — Мой кулак снова врезался в макушку мальчика.
Кто мог знать, что в глубине моих страхов сидит маленький я и продолжает рыдать без сна и отдыха? Откуда вообще взялся этот слюнтяйский образ трусливого кролика для меня остается одной из непознаваемых тайн вселенной, наряду с верхней границей жадности Убуяшики и низшей границей коварства, на которое может пойти отравительница молока.
— Ты злой… Я не хочу становиться таким злым. — жаловался мальчик, пока вытирал слезы рукавом богато украшенного кимоно.
— Ничего, пара лет непосильных тренировок на адском острове даже из такого плаксы сделают нормального человека. — сказал я, пока осматривал стены комнаты.
На первый взгляд просто сплошные стены, как-то слишком ограниченно для человека моей широты ума. Я постучал по одной из стен и пришел к выводу, что они сделаны из бумаги.
— Один хороший удар, и мы на свободе… Ауч
Мой кулак раздробило, боль пробежала от ладони до самого плеча, а в глазах показались слезы.
— Эти стены делал тот же мастер, что и тот монструозный стол из лаборатории демонов?
В голове всплыл образ некоего предмета мебели, чья прочность оставляла лучшие катаны деревни кузнецов на световые годы далеко позади.
— Их нельзя ломать. Они защищают нас. — Жалобный голос мальчика все еще питал наивную иллюзию того, что в этом глупом мире существует то, что способно остановить сильнейшего мечника в истории, ну, кроме разве что некоего стола и стакана отравленного молока.
— Эх… Мне бы меч, ну или хотя бы маленький нож.
Как бы ни был силен мечник, он не сможет разрубить что-либо без меча, или все же может? Я покачал головой и постарался избавиться от философских мыслей. Последним место за чашкой чая и игре в маджонг на раздевание с милашкой вроде моей недавно приобретенной сестренки.
— Что-то приближается…
Сразу за словами мальчика комнату начало трясти. Мальчик от страха вскрикнул, за что получил от меня очередной удар по макушке.
— Хватит уже меня бить! — крикнул он, все еще не поднимая в мою сторону голову.
— Сказано тебе не реветь! Сейчас пробьемся сквозь стену, найдем среди воспоминаний парочку мечей и вырубим из меня кровь Мудзана.
— Не произноси это имя! — Крик мальчика заставил меня упасть.
Мои глаза ясно и четко увидели сцену из прошлого, когда Мудзан вторгся в поместье Рью. Страх, как и в ту роковую ночь, сковывал грудь, выжимал легкие, отчего меня вырвало прямо на пол.
— Ты не изменился. — Мальчик встал прямо передо мной. Его холодные глаза смотрели на меня сверху вниз. — Ты боишься, что демоны снова отберут у тебя нечто важное, вот и отталкиваешь всех вокруг.
Комнату снова затрясло. С потолка посыпались цветастые обломки, на которых двигались воспоминания: кормление, возможно ядовитых, пираньей в компании малышки Аой; напряженная битва взглядов с моим верным визави; натянутая улыбка Шинобу, держащей стакан молока, который она явно намеревается отравить; осколок с самодовольной улыбкой Незуко, когда ей хватило дурости вмешаться в мой бой на финальном отборе, порезал пальцы, словно кусок стекла.
— Ты лучше, чем кто-либо, знаешь, что слаб. У тебя нет гения Незуко, нет навыков и опыта Обаная, нет стратегического ума Убуяшики Кагаи. — Мальчик присел напротив меня, пока голос Незуко угасал. Образ мальчика выжигал мне глаза, просто отражаясь в них.
— Единственное, что двигает тобой, это страх, но ты упорно продолжаешь убеждать окружающих, что это не так. — каждое слово мальчика сковывало тело параличом.
Стены комнаты начали ломаться. Я не мог заставить себя сделать вдох. Руки и ноги ощутили дикий холод, он просачивался через щели в стенах комнаты. Мне знаком этот холодный туман, техника крови второй высшей луны.
Глаза мальчика передо мной стали меняться с моего привычного на тошнотворно радужный.
— Что такое? Тебе ведь обычно есть что сказать? — тон голоса мальчика менялся с жалобно детского на раздражающий спокойный голос второй высшей луны.
Я снова потерял чувство пространства, когда комнатка окончательно сломалась, как если бы ее раздавили подобно ореху в гигантских руках. Звезды, тропинка света, гора, поверх которой лежал ковер, всё исчезло в сплошном кроваво-красном тумане.
Мой взгляд упал на руки, чьи очертания исчезали в сплошном красном цвете.
— Демоны ничего не боятся, ведь у них ничего нет. Им ничего не нужно. — пугающий голос поразительно сильно напоминал мой собственный.
Я посмотрел на его источник. Там стоял силуэт — мой силуэт. Поначалу его было сложно разглядеть, но чем больше я терял из виду контур своих рук, тем отчетливее видел силуэт перед собой.
— Не отвечай. Ты знаешь, что я прав. — эти надменные слова, пусть и сказанные моей копией, вызывали дрожь. Эффектный тип, ничего не скажешь, интересно, именно так я бы выглядел, если бы стал демоном?
— Никаких «если» — отрезал демон.
Силуэт уже достаточно виден, чтобы можно было разглядеть детали внешности: у него угольно-черный цвет кожи, по которому разбросаны ярко-белые огоньки, напоминающие звездное небо, бесстрастный взгляд гетерохромных глаз смотрел на меня сверху вниз. Должен признать, смотрится круто.
Я хотел ответить ему, но не смог, когда понял, что у меня уже нет для этого рта, как и груди, в которой можно было бы скопить воздух для ответа, как и рук, чтобы на ощупь убедиться в отсутствии первых двух, даже глаза, чтобы недовольно нахмуриться, уже отошли фигуре передо мной.
Неужели именно так и ощущается поражение?
— Это не поражение, это новое начало… — не знаю, каким образом ему удалось придать моему голосу этот эффект космической глубины, который создает ощущение чего-то внеземного, но вышло довольно круто —… для нас обоих.
Угольно-черная катана в его руке мрачно запылала фиолетовым светом, пока ее обладатель вставал в незнакомую мне боевую стойку. Я подумал, что чисто технически он создан из моих мыслей и воспоминаний, а значит, он просто не может знать техники, которые не знаю я. Если только…
— Заметил наконец? — спросил он с ноткой гордости в голосе.
Я перебирал в голове список техник дыхания, но не смог вспомнить ничего. Размышляя дальше, я с ужасом осознал, что дело не только в техниках, цели, друзья, род и происхождение, у меня пропали воспоминания почти обо всем.
Единственное, что еще мелькало на границе моего утекающего сознания, это имя и желание что-то защитить.
— Для человека ты неплохо постарался. Остальное предоставь мне…
Его голос внушал доверие. Остатки меня хотели просто доверить все его демоническому мечу и раствориться в потоке.
В том месте, где должна быть моя нога, я ощутил, как нечто ползет по ней, двигается вверх, обвивает руку. То место, где раньше была ладонь правой руки, засияло белым светом из десятков огоньков в форме змеи. Белые огоньки перекидывались с правой руки и разбежались вдоль моего силуэта, словно пожар.
Пускай не всё, но я вспомнил кое-что важное. Нет, это был вовсе не голос Незуко на фоне, звучащий словно из далекой пещеры, и от которого я так же быстро отмахнулся сияющим мечом. Ну вот, из-за этой самодовольной девчонки чуть не потерял важную мысль, которая удерживала меня в мире, словно якорь удерживает величественный фрегат в центре урагана. Меня переполняло чувство гордости, единственное, что еще помнил и от чего я никак не мог отказаться.
Я Миядзаки из древнего и благородного рода Рью, человек, которому сами звезды предначертали побеждать всегда и везде!
— Уступить тебе? — мои слова наконец-то вырвались, что удивило все такой же четкий силуэт демона.
— Почему ты все еще существуешь? — спросил он, ведь в его представлении, вполне разумном на первый взгляд, мы оба не можем существовать одновременно. Пока есть я, ему не бывать. С другой стороны, когда он уже обрел сознание, моего существовать просто не может.
— Что смешного? — нервно спросил демон, когда заметил улыбку на моем лице — ты всего лишь призрак прошлого. Кровь Мудзана уже изменила тебя, ты уже не существуешь. !
— Ты прав. Мое существование уже догорает… — наши с ним взгляды встретились, отчего фигура демона передо мной напряглась. Хах, чего и стоило ожидать от себя самого, сразу понял, к чему всё идет —… вот только это не значит, что я так просто возьму и смирюсь с твоим !
— Ты не посмеешь…
— Смотри и учись.
Я в очередной раз поразился, каким образом часть моего же сознания может так плохо знать меня. Неужели он действительно считал, что я позволю какой-то там крови Мудзана решать, кто я и кем я буду?
Лезвие моей катаны вспыхнуло ярко-белым светом, а его темно-фиолетовым.
“Небесное дыхание. Первый стиль. Вспышка сверхновой.”
Прежде чем его катана достигла моей, ярко-белый свет взрывом разлетелся во все стороны, сметая на своем пути фигуру демона, мою, кроваво-красный туман, тропинки света и даже сами звезды.
Обновлено: 08.04.2026