—
Дух
ветра... нет, это фея... раздражает. Сказав
это отец возвёл вокруг водный барьер,
огородив нас от птицы Это
купол, но внутри он не заполнен водой,
а состоит из тонкой пленки воды. Атака
птицы, будь то рубящий удар или торнадо,
лишь сотрясает воду, барьер поглощает
удар. Начальник
форта и Кикс, которым раньше приходилось
блокировали все атаки, вздохнули с
облегчением и оглянулись на Одноглазого
рыцаря, забеспокоившись о присутствии
его отца. — Мил,
этот человек — твой отец?..— Нерешительно
прошептал начальник форта, посмотрев
на отца. В
форте я часто рассказывала о своём отце,
так что, должно быть, догадался. — Да,
это-мой отец! Когда
я ответила, начальник форта и лидер
попытались успокоиться и поприветствовать
моего отца. В
отличие от матери, отец не интересуется
человеческим миром и не вмешивается в
человеческие дела. Не союзник, но и не
враг. Он лишь гневается когда его озеро
загрязняют. (Вот
почему я думаю, что ему безразличны ваши
приветствия) — Милфи! Курараг
вернулся немного позже. И
тогда же и большого столба пламени
появился Хиругпапа. Как
и у Курарага, у него смуглая кожа, и как
всегда выше пояса у него только татуировки
и золотые украшения. (Он
выше обычного взрослого мужчины, примерно
такого же роста, как мой отец.) Во всяком
случае, он красивый мужчина с темными
чертами лица, от него так и веет — Что
это? Пленка воды... Хм? Ах! Мокро! Хиругпапа
нахмурился, глядя на водный барьер,
окружавшую их, а затем широко раскрыл
глаза, увидев своего отца. — Вартраст!
Почему ты здесь! Хиругпапа
повышает голос. Он
крикнул настолько громко, что у меня
звенело в ушах, а весь барьер пошёл
рябью. Подобно
тому, как дух огня представляет угрозу
для духа снега, он может быть опасен и
для духа воды. Курараг
несколько раз встречался с моим отцом,
но всегда нервничал, чтобы случайно не
коснуться его тела. — Хируг. — Эй,
что это за водная пленка!? — Ветер
раздражает... — Ветер? Хиругпапа
подозрительно посмотрел на него. Сейчас
птицу не видно, но она продолжает летать
поблизости и иногда атаковать барьер. — Фея
Хилилит? Что она делает? — Должно
быть, это Хайдаэлин… — Нет,
это точно Хилилит, этот ощущение. Хиругпапа,
казалось, был знаком с духом ветра. — Ты
целишься в моего сына… и Милфирию? Несмотря
на то, что барьер блокировал атаки птицы,
она смотрела только на меня и Курарага. Брови
Хиругпапы нахмурились. — Что,
черт возьми, ты делаешь!? Нападаешь на
маленьких детей! Его
голос был полон гнева. — Даже
мы не знаем. — Кажется
она нас не слышит. Мы
с Курарагом выкрикнули по очереди. Пока
я это делала, птица пыталась пробить
водный барьер, а мой хвост спрятался
под тело. — Меня
не интересует причина... Глядя
на птицу, голос моего отца был тихим,
как спокойное озеро, но он был немного
ниже обычного и звучал тревожнее, чем
обычно. — Я
просто... Только
я подумала, что в волны на барьере стали
больше, на птицу накатилась особенно
большая волна. Когда волна ударила
разбушевавшуюся птицу, она отлетела
назад и тут же вокруг неё образовалась
сферическая клетка из воды. Затем
отец убрал барьер и опустил клетку вниз Кажется,
что птица громко щебечет внутри, но
снаружи звук почти не слышен. — Все,
что я вижу, это ...... факт, что на моего
ребенка напали..... Как
только мой отец опустил руку в клетку
с водой, она потеряла форму и упала на
землю, просачиваясь в нее. Птица
была поймана отцом и не могла вырваться,
а лишь бессильно билась. Когда
отец сжал руку, птица больше не могла
сохранять свою форму и разделилась на
шесть светящихся шаров. Одного
из них все еще держал отец, а остальные
пять разлетелись и попытались сбежать. Но
Хиругпапа не позволил им. Когда
он поднял одну руку и легонько взмахнул
ею, длинное тонкое пламя энергично
вырвалось, преследуя фей. Оно
поочередно охватило пять ускользающих
рассеянных огоньков, в мгновение ока
испарив их. — Хайдаэлин…
мы не можем позволить этому закончиться
вот так…— сказал отец, глядя холодным
взглядом на последний оставшийся,
желто-зеленый огонёк, который бился в
его руке. Шар
света, раздавленный в его руке, растворился
в воздухе под легким дуновением ветерка. — Я
же говорил! Это не Хайдаэлин, а Хилилит. Отец
сейчас испускает пугающую ауру, но
Хиругпапа без колебаний разговаривает
с ним. Отец
слегка наклонил голову. — Недавно…
о чем ты говоришь… Дух ветра… Хайдаэлин,
не так ли? — Да,
Хайдаэлин- дух ветра! Но не единственный
дух ветра! Это Хилилит послала фею! — Хилилит,
это...? Я
чувствую, что разговор совсем не
получается, возможно, это потому, что
они- два несовместимых по стихии духа,
вода и огонь. Я
попеременно смотрела то на отца, то на
Хиругпапу, переживая за одноглазого
рыцаря, рану которого исцелял водный
купол. Курараг сделал то же самое,
поочередно обращая свой взгляд на
говорящих отцов. — Вартраст,
только не говори, что никогда не слышал
о Хилилит. — Это
имя, я раньше не слышал... Хиругпапа
был ошеломлен этим ответом и преувеличенно
посмотрел на небо. В отличие от моего
отца, который почти не двигается, он
остро реагирует. — Понятно,
Вартраст! Твоя информация о духе ветра
давно устарела! Хилилит — дитя ребёнка
Хайдаэлин! (Хиругпапа
не использовал термин «внук») Вероятно,
это связано с тем, что люди и духи
по-разному думают о семье. Человеческие
бабушки и дедушки обычно любят своих
внуков, но духи имеют семейные связи
только со своими детьми. Когда
говорят, семья духов, единственное, что
приходит на ум, — это один ребенок, в
случае родителя, и один родитель, в
случае ребенка. Я
не живу с теми, кому прихожусь внучкой,
и почти не имею к ним никакого отношения. Поэтому,
хотя они и признаются "детьми,
рожденными их детьми", они не склонны
думать о них как о "своих" внуках. — Даже
у ребёнка Хайдаэлин родился ребёнок...—
Сказал отец, не слишком удивившись. — Во-первых,
я не могу поверить, что сострадательная
Хайдаэлин мола совершить такой трусливый
поступок. Напасть на ребенка! В
середине его замечания гнев Хиругпапы,
казалось, снова вспыхнул. — Это
правда, что Хайдаэлин… любила детей…
Мне так кажется. Отец
продолжил ровным голосом. — Тогда
тот, против кого мы должны отомстить,
это Хилилит? — Следуй
за мной. Я знаю Хилилит, так что давай
полетим к ней первой. — Отец…… Слушая
разговор между ними, я начала беспокоиться,
не собираются ли они напасть на духа
ветра по имени Хилилит. Я
не боюсь, что мой отец или Хиругпапа
пострадают. Я никогда не видела, чтобы
они были серьёзны, но эти двое определенно
сильны. Я
беспокоюсь о Хилилит. Странно
сочувствовать тому, кто на тебя напал,
но поведение птицы тоже было странным,
а мысль о возмездии со стороны этих двух
разъяренных людей заставила бы меня
дрожать и плакать от ужаса. — Было
бы опасно оставлять это позади...— Сказал
отец и посмотрев на меня, поднял меня
одной рукой. Кажется,
Хиругпапа собирается взять с собой
Курарага. У
меня много вопросов о том, почему она
напала на нас, и что она знает о капитане
Сареле, поэтому я не против отправится
к Хилилит, но меня также беспокоит
одноглазый рыцарь и остальные. Птицы
— не единственные феи, созданные Хилилит,
и люди-убийцы могут воспользоваться
темнотой и снова напасть. — Отец,
я переживаю стоит ли нам оставлять
рыцарей здесь. Потому
что, они здесь застряли на долго. — Мил,
не беспокойся о нас, иди поговори с этим
Духом Ветра по имени Хилилит. Начальник
форта, присевший рядом с одноглазым
рыцарем, кивнули на слова Кикса. — Но
если враги снова нападут... — Тогда…
давай сделаем это.— Пробормотал отец
и перевернул ладонь второй руки. Из
центра почти без перерыва один за другим
начали вылетать светло-голубые шары
света. Это феи моего отца. В
отличие от моей феи, они большие и
спокойные, я завидую. Всего
их было 10. Когда феи выстраивались в
ряд, они превращались в змею с голубой
чешуей. При
длине тела более одного метра она очень
тонкая, но выглядит внушительно. — Защити
их... Повинуясь
приказу отца, фея в форме змеи медленно
приблизилась к рыцарям. Тина,
кажется боящаяся змей, немного отступила
назад, но фея не обратила на это внимания
и забралась на купол воды, окутывающий
одноглазого рыцаря, свернулась клубочком. — Пойдем…… Белый
туман окутал моего отца. Хиругпапа
и Курараг уже исчезли, видимо они ушли
раньше. Тело
моего отца тоже превратилось в туман,
и я тоже попал в него и исчез. — Я
скоро вернусь! Сказав
это, я полетела в Хилилит.
Дух
ветра... нет, это фея... раздражает. Сказав
это отец возвёл вокруг водный барьер,
огородив нас от птицы Это
купол, но внутри он не заполнен водой,
а состоит из тонкой пленки воды. Атака
птицы, будь то рубящий удар или торнадо,
лишь сотрясает воду, барьер поглощает
удар. Начальник
форта и Кикс, которым раньше приходилось
блокировали все атаки, вздохнули с
облегчением и оглянулись на Одноглазого
рыцаря, забеспокоившись о присутствии
его отца. — Мил,
этот человек — твой отец?..— Нерешительно
прошептал начальник форта, посмотрев
на отца. В
форте я часто рассказывала о своём отце,
так что, должно быть, догадался. — Да,
это-мой отец! Когда
я ответила, начальник форта и лидер
попытались успокоиться и поприветствовать
моего отца. В
отличие от матери, отец не интересуется
человеческим миром и не вмешивается в
человеческие дела. Не союзник, но и не
враг. Он лишь гневается когда его озеро
загрязняют. (Вот
почему я думаю, что ему безразличны ваши
приветствия) — Милфи! Курараг
вернулся немного позже. И
тогда же и большого столба пламени
появился Хиругпапа. Как
и у Курарага, у него смуглая кожа, и как
всегда выше пояса у него только татуировки
и золотые украшения. (Он
выше обычного взрослого мужчины, примерно
такого же роста, как мой отец.) Во всяком
случае, он красивый мужчина с темными
чертами лица, от него так и веет — Что
это? Пленка воды... Хм? Ах! Мокро! Хиругпапа
нахмурился, глядя на водный барьер,
окружавшую их, а затем широко раскрыл
глаза, увидев своего отца. — Вартраст!
Почему ты здесь! Хиругпапа
повышает голос. Он
крикнул настолько громко, что у меня
звенело в ушах, а весь барьер пошёл
рябью. Подобно
тому, как дух огня представляет угрозу
для духа снега, он может быть опасен и
для духа воды. Курараг
несколько раз встречался с моим отцом,
но всегда нервничал, чтобы случайно не
коснуться его тела. — Хируг. — Эй,
что это за водная пленка!? — Ветер
раздражает... — Ветер? Хиругпапа
подозрительно посмотрел на него. Сейчас
птицу не видно, но она продолжает летать
поблизости и иногда атаковать барьер. — Фея
Хилилит? Что она делает? — Должно
быть, это Хайдаэлин… — Нет,
это точно Хилилит, этот ощущение. Хиругпапа,
казалось, был знаком с духом ветра. — Ты
целишься в моего сына… и Милфирию? Несмотря
на то, что барьер блокировал атаки птицы,
она смотрела только на меня и Курарага. Брови
Хиругпапы нахмурились. — Что,
черт возьми, ты делаешь!? Нападаешь на
маленьких детей! Его
голос был полон гнева. — Даже
мы не знаем. — Кажется
она нас не слышит. Мы
с Курарагом выкрикнули по очереди. Пока
я это делала, птица пыталась пробить
водный барьер, а мой хвост спрятался
под тело. — Меня
не интересует причина... Глядя
на птицу, голос моего отца был тихим,
как спокойное озеро, но он был немного
ниже обычного и звучал тревожнее, чем
обычно. — Я
просто... Только
я подумала, что в волны на барьере стали
больше, на птицу накатилась особенно
большая волна. Когда волна ударила
разбушевавшуюся птицу, она отлетела
назад и тут же вокруг неё образовалась
сферическая клетка из воды. Затем
отец убрал барьер и опустил клетку вниз Кажется,
что птица громко щебечет внутри, но
снаружи звук почти не слышен. — Все,
что я вижу, это ...... факт, что на моего
ребенка напали..... Как
только мой отец опустил руку в клетку
с водой, она потеряла форму и упала на
землю, просачиваясь в нее. Птица
была поймана отцом и не могла вырваться,
а лишь бессильно билась. Когда
отец сжал руку, птица больше не могла
сохранять свою форму и разделилась на
шесть светящихся шаров. Одного
из них все еще держал отец, а остальные
пять разлетелись и попытались сбежать. Но
Хиругпапа не позволил им. Когда
он поднял одну руку и легонько взмахнул
ею, длинное тонкое пламя энергично
вырвалось, преследуя фей. Оно
поочередно охватило пять ускользающих
рассеянных огоньков, в мгновение ока
испарив их. — Хайдаэлин…
мы не можем позволить этому закончиться
вот так…— сказал отец, глядя холодным
взглядом на последний оставшийся,
желто-зеленый огонёк, который бился в
его руке. Шар
света, раздавленный в его руке, растворился
в воздухе под легким дуновением ветерка. — Я
же говорил! Это не Хайдаэлин, а Хилилит. Отец
сейчас испускает пугающую ауру, но
Хиругпапа без колебаний разговаривает
с ним. Отец
слегка наклонил голову. — Недавно…
о чем ты говоришь… Дух ветра… Хайдаэлин,
не так ли? — Да,
Хайдаэлин- дух ветра! Но не единственный
дух ветра! Это Хилилит послала фею! — Хилилит,
это...? Я
чувствую, что разговор совсем не
получается, возможно, это потому, что
они- два несовместимых по стихии духа,
вода и огонь. Я
попеременно смотрела то на отца, то на
Хиругпапу, переживая за одноглазого
рыцаря, рану которого исцелял водный
купол. Курараг сделал то же самое,
поочередно обращая свой взгляд на
говорящих отцов. — Вартраст,
только не говори, что никогда не слышал
о Хилилит. — Это
имя, я раньше не слышал... Хиругпапа
был ошеломлен этим ответом и преувеличенно
посмотрел на небо. В отличие от моего
отца, который почти не двигается, он
остро реагирует. — Понятно,
Вартраст! Твоя информация о духе ветра
давно устарела! Хилилит — дитя ребёнка
Хайдаэлин! (Хиругпапа
не использовал термин «внук») Вероятно,
это связано с тем, что люди и духи
по-разному думают о семье. Человеческие
бабушки и дедушки обычно любят своих
внуков, но духи имеют семейные связи
только со своими детьми. Когда
говорят, семья духов, единственное, что
приходит на ум, — это один ребенок, в
случае родителя, и один родитель, в
случае ребенка. Я
не живу с теми, кому прихожусь внучкой,
и почти не имею к ним никакого отношения. Поэтому,
хотя они и признаются "детьми,
рожденными их детьми", они не склонны
думать о них как о "своих" внуках. — Даже
у ребёнка Хайдаэлин родился ребёнок...—
Сказал отец, не слишком удивившись. — Во-первых,
я не могу поверить, что сострадательная
Хайдаэлин мола совершить такой трусливый
поступок. Напасть на ребенка! В
середине его замечания гнев Хиругпапы,
казалось, снова вспыхнул. — Это
правда, что Хайдаэлин… любила детей…
Мне так кажется. Отец
продолжил ровным голосом. — Тогда
тот, против кого мы должны отомстить,
это Хилилит? — Следуй
за мной. Я знаю Хилилит, так что давай
полетим к ней первой. — Отец…… Слушая
разговор между ними, я начала беспокоиться,
не собираются ли они напасть на духа
ветра по имени Хилилит. Я
не боюсь, что мой отец или Хиругпапа
пострадают. Я никогда не видела, чтобы
они были серьёзны, но эти двое определенно
сильны. Я
беспокоюсь о Хилилит. Странно
сочувствовать тому, кто на тебя напал,
но поведение птицы тоже было странным,
а мысль о возмездии со стороны этих двух
разъяренных людей заставила бы меня
дрожать и плакать от ужаса. — Было
бы опасно оставлять это позади...— Сказал
отец и посмотрев на меня, поднял меня
одной рукой. Кажется,
Хиругпапа собирается взять с собой
Курарага. У
меня много вопросов о том, почему она
напала на нас, и что она знает о капитане
Сареле, поэтому я не против отправится
к Хилилит, но меня также беспокоит
одноглазый рыцарь и остальные. Птицы
— не единственные феи, созданные Хилилит,
и люди-убийцы могут воспользоваться
темнотой и снова напасть. — Отец,
я переживаю стоит ли нам оставлять
рыцарей здесь. Потому
что, они здесь застряли на долго. — Мил,
не беспокойся о нас, иди поговори с этим
Духом Ветра по имени Хилилит. Начальник
форта, присевший рядом с одноглазым
рыцарем, кивнули на слова Кикса. — Но
если враги снова нападут... — Тогда…
давай сделаем это.— Пробормотал отец
и перевернул ладонь второй руки. Из
центра почти без перерыва один за другим
начали вылетать светло-голубые шары
света. Это феи моего отца. В
отличие от моей феи, они большие и
спокойные, я завидую. Всего
их было 10. Когда феи выстраивались в
ряд, они превращались в змею с голубой
чешуей. При
длине тела более одного метра она очень
тонкая, но выглядит внушительно. — Защити
их... Повинуясь
приказу отца, фея в форме змеи медленно
приблизилась к рыцарям. Тина,
кажется боящаяся змей, немного отступила
назад, но фея не обратила на это внимания
и забралась на купол воды, окутывающий
одноглазого рыцаря, свернулась клубочком. — Пойдем…… Белый
туман окутал моего отца. Хиругпапа
и Курараг уже исчезли, видимо они ушли
раньше. Тело
моего отца тоже превратилось в туман,
и я тоже попал в него и исчез. — Я
скоро вернусь! Сказав
это, я полетела в Хилилит.
Обновлено: 12.01.2026