Посреди каменистой песчаной пустыни Кино подняла голову к небу. Ни единого облачка.
Затем она опустила взгляд на каменный колодец. Ни капли воды.
Горько усмехнувшись, она покачала головой.
— Ну что, я же говорил? Судя по началу, это путешествие - провальная затея, — произнёс Гермес, стоя за спиной Кино, одетой в белую рубашку и чёрный жилет.
Кино заглянула в чёрную как смоль глубину колодца.
— Что же делать? — пробормотала она.
— Да ничего тут не поделаешь, — быстро ответил Гермес. — Ещё не поздно. Давай вернёмся к Мастеру.
Кино решительно покачала головой.
— Нет.
— Ты можешь умереть здесь.
Она снова отрицательно мотнула головой.
— Знаю. Но я не хочу возвращаться.
— Ну и упрямая же ты. Я понимаю твои чувства, но без воды ты далеко не уедешь. Ты можешь выбрать, высохнуть и умереть, но что насчёт меня? Я не хочу остаться закопанным в песках рядом с твоим мумифицированным телом, Кино.
— Я тоже не хочу становиться мумией. И…
— И? — переспросил Гермес. Кино ударила ладонями по краям колодца и закричала в его пустую глубину:
— Почему?! Почему этот колодец сухой?!
— Что посеешь, то и пожнёшь. Или, может, бог странствий хочет сказать, что ты достигла своего предела.
Кино вытерла пот со лба.
— Фух. От крика я вся вспотела. И пить хочется.
— Тогда, может, вернёмся? — лукаво предложил Гермес.
— Нет.
— Ну и упрямая, Кино. Если уж умирать, я бы предпочёл, чтобы это случилось там, где найдётся другой наездник, который возьмёт меня.
— Вряд ли так получится, — сказала Кино, доставая из своих вещей верёвку.
— Собираешься повеситься? — поинтересовался Гермес.
Кино натянула верёвку между колодцем и Гермесом, соорудила тент и легла в тени.
— Кино, ты не спишь? Ты вообще жива? — спросил Гермес. Ответ Кино прозвучал слабо:
— Не сплю. И жива.
— Тебе лучше побыстрее принять решение, а то будет поздно.
— Ага.
— У тебя два варианта. Либо как-то добраться до Мастера на остатках воды и получить нагоняй за то, что сбежала. Либо умереть здесь, в пустыне.
— Мне не нравятся оба варианта.
Кино поднялась и вышла из тени.
Подул ветер, подняв волну пыли.
— Кино, самое важное для путешественника — решительность. Это касается и новичков, и профессионалов, — спокойно заметил Гермес.
Кино ничего не ответила, надела пальто, сняла тент и накрыла им Гермеса.
— Кино?
Гермес ничего не видел. В ответ ему услышался усмехающийся голос:
— Нет, Гермес. Самое важное для путешественника… это везение.
В тот же миг капля воды шлёпнулась по тенту.
Вскоре к ней присоединились другие, застучав в такт и сливаясь в бесконечный ритм.
Пошёл дождь.
Обновлено: 09.04.2026