В ушах эхом отозвалось уведомление Системы.
Линь Чжихэнь поджал губы: в этот момент он не на шутку разнервничался.
Он впервые получил от Системы задание «средней» сложности, и оно оказалось куда труднее, чем он ожидал. Требовалось получить одобрение сразу четырех наставников на этапе комментариев.
Судя по прошлому выпуску, из пяти наставников двое его недолюбливали, и как минимум один питал неприязнь к Сун Гэ.
Это означало, что для выполнения задания нужно было заставить хотя бы одного из них изменить свое мнение.
Линь Чжихэнь перевел взгляд на судейские кресла.
Сможет ли эта песня переубедить наставника Го Цзяхэ?
Вряд ли. В прошлый раз тот влепил им самый низкий балл, прямо заявив, что подобные песни не востребованы на молодежном рынке и им стоит попытать счастья на «Проспекте Славы».
Сегодняшняя композиция выдержана в том же стиле, так что шансы на его благосклонность ничтожно малы.
Тогда наставник Ван Цун?
В прошлый раз он проявил симпатию к жанру, но счел, что Линь Чжихэнь тянет Сун Гэ на дно, из-за чего и снизил оценку. Получается, успех задания напрямую зависит от того, как он проявит себя в глазах Ван Цуна в этот раз.
«Интересно, за задание средней сложности песня в награду должна быть очень хорошей, верно?» – подумал он. Было бы ужасно досадно упустить такой приз.
Пока Линь Чжихэнь витал в облаках, на сцену вышел безупречно одетый в строгий костюм ведущий.
— Далее по программе – этап комментариев наставников. Итак, кто первым выскажется о дуэте «Феникс на Увядшем Платане»?
Камера переключилась на судейские кресла.
Как и в прошлом выпуске, соблюдался принцип очередности между мужчинами и женщинами. Первой микрофон взяла прямолинейная Чжао Вэйвэй.
— Одно слово: кайф!
Она выразила самую суть, и зрители в зале поддержали её бурными аплодисментами.
Чжао Вэйвэй на секунду зажмурилась, смакуя послевкусие, а затем заговорила серьезно:
— Я слушала вас на одном дыхании. Мощный текст, мелодия и аранжировка, полная электронных элементов – это мгновенно захватывает сердце слушателя.
— При этом посыл предельно прост и понятен, — продолжила она. — Позитивные слова передаются через энергичный ритм и вокал, помогая слушателю настроиться на нужный лад. Это было просто великолепно!
С этими словами она без колебаний подняла табличку с оценкой: «первый ранг».
Чат прямой трансляции буквально взорвался.
«Вау, Вэйвэй к ним так добра! Второй выпуск подряд ставит первый ранг!»
«Они этого заслуживают! Обожаю их!»
В отличие от зрителей, участники за кулисами, глядя на столь явное покровительство Чжао Вэйвэй, едва сдерживали зависть. Наладить такие отношения с наставником – мечта любого конкурсанта.
Ведущий с улыбкой произнес: — «Феникс на Увядшем Платане», наставница Вэйвэй вас действительно очень любит. Продолжайте в том же духе, не подведите её ожиданий!
— Мы постараемся, — ответили Линь Чжихэнь и Сун Гэ, с благодарностью поклонившись Чжао Вэйвэй.
Ракурс сменился.
Го Цзяхэ с явной неохотой взял микрофон. Глядя на дуэт на сцене, он поджал губы и разочарованно покачал головой.
— Я остаюсь при своем мнении: подобному жанру не место на этой сцене. Ваша песня «Свобода и воля» написана уж слишком вольно и сумбурно. Для меня это звучит как обычный попсовый шлягер. Я такое не ценю и не люблю, поэтому моя оценка будет соответствующей.
Он поднял табличку. Камера наехала крупным планом: в кадре снова красовался худший, «шестой ранг».
«Да он издевается?»
«Две недели подряд ставить худшую оценку… Это уже слишком очевидная предвзятость!»
«Что за бред? Где обещанная честность и справедливость шоу?»
Поклонники дуэта негодовали, а самые вспыльчивые зрители в чате уже перешли на прямые оскорбления в адрес судьи.
Однако другие участники, для которых дуэт был опасным конкурентом, втайне ликовали, видя очередное фиаско фаворитов. «Приятно смотреть! Видеть ваш взлет больнее, чем собственное выбывание».
Тем временем за судейским столом накалялась обстановка. Чжао Вэйвэй, сжав маленькие кулачки, яростно сверлила Го Цзяхэ взглядом.
Это случалось уже второй раз. Она начала всерьез подозревать, что Го Цзяхэ метит именно в неё. Гнев едва удавалось сдерживать – ей хотелось прямо сейчас потребовать объяснений: чем она его обидела и почему каждый раз, когда она ставит высший балл, он тут же бьет по участникам низшим?
— Я не считаю, что это попсовый шлягер.
Раздался властный голос «старшей сестры» Шэнь Фэй, которая сидела между ними и решила вмешаться, пока конфликт не разгорелся. Она подняла микрофон:
— На мой взгляд, эта песня – крепкий середнячок для китайской эстрады. Пусть в ней нет вычурных и глубоких метафор, у неё свои достоинства. Она легко запоминается, а припев буквально врезается в память…
Не успела она договорить, как зал взорвался аплодисментами.
Стало очевидно, на чьей стороне симпатии зрителей. Одно дело – спор между наставниками, но когда вмешалась аудитория, Го Цзяхэ почувствовал, что теряет лицо. Он бесцеремонно перебил Шэнь Фэй:
— «Шагай вперед и не смотри назад, всё мало мне, мало мне, мало мне…» – пропел он с сарказмом. — Я таких текстов по три штуки в день могу писать. Если это не попсовый шлягер, то что тогда?
В зале раздались редкие смешки.
«Умора! Говорит, что песня отстой, а сам поет её лучше всех!»
«Неплохо исполнил! Оказывается, вы – их самый преданный фанат!»
«Да ты уже задолбал!» – Линь Чжихэнь в ярости сжал кулаки в карманах брюк. Этот выскочка вечно портит ему всё своими низкими баллами. С такими оценками ему никогда не попасть в Первый класс, не говоря уже о дебюте и ресурсах.
— Наставник Го Цзяхэ, здравствуйте.
Линь Чжихэнь высвободил руку, которую пыталась удержать Сун Гэ, перехватил микрофон у ведущего и вмешался:
— Вы утверждаете, что моя песня не подходит для этой сцены, так как её аудитория – молодежь. Позвольте спросить, если смотреть шире: разве всё это шоу не ориентировано на молодежь?
Все замерли в изумлении.
Отобрать микрофон у ведущего и перебить наставника? Это же настоящий скандал в прямом эфире! Какая дерзость!
Участники за кулисами зашушукались, гадая, какое наказание последует за такую выходку.
На самом деле, в музыкальных шоу стычки между конкурсантами и судьями – дело обычное. Линь Чжихэнь просчитал риски: он решил бороться за свои права, не переходя границ, иначе под таким давлением о дебюте можно было забыть.
«Что же делать?» – Сун Гэ давно заметила, что Линь Чжихэнь на взводе, но не ожидала такой импульсивности. Она не успела его остановить и теперь стояла бледная от волнения, мечтая извиниться перед ведущим и судьями, но микрофона у неё не было.
— Каждое произведение – это дитя творца, — продолжил Линь Чжихэнь. — И мне очень больно, когда на него вешают ярлык «неподходящего». Раз это шоу популярно среди молодежи, то если я наберу сегодня много голосов, это докажет, что моя песня востребована. Наставник Го Цзяхэ, если это произойдет, не могли бы вы впредь воздержаться от слов о том, что мои песни не подходят этой сцене?
— Идет.
Он решил заключить пари? Го Цзяхэ согласился без колебаний. Неужели он, наставник, позволит какому-то выскочке взять над собой верх?
— Послушай, у нас шестьдесят три группы участников. Я не буду прижимать тебя к стенке, возьмем среднее значение. Если по количеству голосов ты попадешь в топ-30 – ты выиграл, и я больше не скажу ни слова. Согласен?
Линь Чжихэнь покачал головой и поднял три пальца:
— Топ-30 – это слишком легко. Пусть будет топ-3.
— Сколько?!
Зал охнул от изумления.
Обновлено: 20.02.2026