Глава 27 — 11.1.

– Какого черта он с нами?! – вызверилась на Нила, виновато смотрящего в ответ. Из леса рядом, ужасно громко крича и клекоча, в небо взвилась стая ярких птиц, уносясь в глубину архипелага и достаточно сильно пугая нас. – Тише, а? – Нил выглядел бледненько и ответил шепотом, – Ультиматум. И вообще, ты не представляешь, чего мне стоило избавить его от кляпа! – Ну, зато вы успели подружиться, – невозмутимо пожала плечами, внутренне краснея. – И что он успел рассказать? – А ничего, – Нил был сама доброта. – Сказал лишь то, что хищники ближе к центру. Но, я успел разузнать о его способностях. Ему нужно пользоваться пальцами для создания печатей заклинаний, а не самими руками. Лютер презрительно сплюнул, явно услышав его, после начал насвистывать, рассматривая корвет и подозрительно помалкивая. – Что ж, тоже не плохо. Значит, на охоте будет своими ножками шевелить, – улыбнулась, терпеливо ожидая, пока Говард, Нора и Рок спустятся по трапу. Сонро, Дик и Шура остались на корабле, где старпом принялся заполнять бортовой журнал, благо объемная книжка–журнал с чистыми листами была, а чернила нашлись у Сонро. Дик ему помогал, с трудом вспоминая карту звездного неба и приблизительные координаты. Бутылочник же занялся тем, что выводил новые способы и команды для общения с Пипой. Хитрая ленивая задница. – Нора, иди с Говардом, – кивнула женщине. – У вас корзины – наберете трав и фруктов. Далеко от берега и корабля не отходите – лучше уже потом, все вместе, сходим куда надо. А я с остальными поохочусь – помощник у меня сам вызвался, – мрачно улыбнулась пленнику. – Так же, у нас всех есть фляги – если встретите пресный источник, наберите воды и запомните его местоположение. – Хорошо, капитан, – кивнули они. – Говард, защищаешь вас обоих. Не геройствуй, если будет опасно – бросайте все и бегите обратно. Если что – стреляй. Мы должны услышать. – Слушаюсь, – понятливо кивнул мужчина. – Эй, сними с меня это! – возмущенно возопил Лютер, стоило ребятам скрыться в зарослях. – Не все, – качнула головой, подходя и убирая стекло, оставляя его лишь на пальцах. – Теперь только так. – Эй, и что я этими варежками должен делать, дура?! – возмутился он. – Держать мне сама будешь! – Тише, иначе я верну кляп на место, – строго посмотрела на него. – И это не варежки, я просто склеила три твоих пальца – это не смертельно. Идем, нам нужно добыть пищу. И тебе она тоже понадобится, так что заткнись и никуда не убегай. Эту преграду ты так просто не снимешь, – кивнула на поблескивающие синим пальцы. – Если меня съедят, то это будет на твоей совести! – отвернулся он, скучающим взглядом глядя на убийственно спокойное море. – Ты не будешь долго мучиться, вот это я могу тебе пообещать, – язвительно отозвалась, поправляя ремешок винтовки и проверяя наличие запасных магазинов и патронов. – Нил, как твоя рука? – Ну, разгибается она с трудом, но уже почти не болит, только тянет, – парень задумчиво пошевелил пальцами, находящейся на перевязи, руки. – М–да, веселая у меня группа, – покачала головой. – Так, а где Рок? Рок? РОК! – А? – невинно высунулась мордашка ребенка из кустов. – Я тут, а ты чего кричишь? – Вылезай оттуда немедленно! – приказала бледная я, отдаленно чувствуя, как запоздало пробегает табун мурашек и пересыхает горло. – Не смей никуда уходить, слышишь?! – Хорошо! – серые глаза наполнились слезами. – Тут везде опасно: растения, животные – сожрать может что угодно! – ухватила его за плечо, притягивая к себе. – Не отходи! – Хорошо… – мальчик, не сдержавшись, заплакал, стараясь смотреть прямо, а в результате, шагнув вперед, обхватил меня за пояс, утыкаясь лицом в живот. – Не уйду, только не злись! Я на мгновение замерла, с упавшим в пятки сердцем понимая, что только что накричала на того, для кого являлась первым и, похоже, единственным человек, который подарил ему желание жить и показал, как это, когда любят. Какая же я тварь, чтоб меня… – Все-все, не плачь, – запустила руку в спутанные волосы, успокаивая. – Извини, я просто испугалась. Все, не плачь. – Эй, вы долго еще будете сопли разводить?! – донеслось от Лютера. – Заткнись, идиот! – рявкнул Нил, отвешивая ему громкую оплеуху. Завязавшийся скандал я с успокоившимся Роком встретили широкими улыбками, первыми направляясь в сторону памятной поляны с примятой травой и, оттуда, сквозь чащу, к примеченному до этого возвышению. – Сонь, а это съедобно? – любопытно ткнул пальцем в сторону ярких и неизвестных мне плодов мальчик. – Запомни, малыш: съедобно все. Просто некоторые вещи всего лишь дважды в жизни, – поучительно подняла палец, серьезно глядя в округлившиеся глаза Рока. – Ага. Первый и последний раз, – заржал Лютер, идущий следом за нами и убивший всю интригу на корню. – Долго еще ползти? – А я не знаю, – пожала плечами. – Лучше скажи, есть ли на этой земле еще люди кроме нас? Селения? – С другой стороны есть какой-то зачуханный городишко с отбросами, – выдал он, задумчиво рассматривая склеенные пальцы. – Так чего же ты попер к нам, а не туда? – задал резонный вопрос Нил. – Чтобы добраться туда, нужно пересечь широкую реку, которая делит эту гребаную землю пополам! Моего барьера не хватало, а кормить подводную живность я не собираюсь, – вынужденно признался он. – А люди, ты их видел? – Да были какие-то в лодках, но они были далеко, – поморщился он. – Ладно, в таком случае поохотимся, а потом обогнем архипелаг на корабле и выйдем к городу или что там еще, – кивнула, после вновь перевела взгляд на ребенка. – Не думаю, что это можно есть, посмотри – под кустом какие-то косточки, оставшиеся от зверей. Лучше не рисковать – я уверена, что Нора и Говард наберут много чего вкусного и полезного. – Хорошо, – грустно кивнул он, вставая с корточек. – И что, ты настолько крута, что отсюда сможешь кого-то подстрелить? – ехидно пропел Лютер, оглядывая наш холмик и открывающийся с него вид. – То, что ты имеешь награду за голову, еще не означает, что ты хороший стрелок. – То, что у тебя награда за голову выше, еще не означает, что ты умеешь что-то кроме умения хамить и язвить. – Но она выше, и я все еще жив, – легко парировал он. – А может я просто не хочу попадаться? – сверкнула глазами, становясь на колено и приникая к окуляру. – Только идиот будет радоваться большой сумме за голову. А я не из таких – я не хочу попадаться. – Но попалась же, – хрипло рассмеялся он, садясь на камешек. – И за это я еще поговорю с ними. Особенно с тем самым фотографом, – криво улыбнулась, отмечая шевеление на одной из полян и, перенастроив дальность, увидела табун из пасущихся лосей. – А тут довольно–таки крупные животные… – рога впечатляли. – Ну, это же хорошо? – непонимающе повернулся ко мне Рок. – Да, малыш, очень хорошо, – усмехнувшись, отозвалась. Грянул выстрел. Лось вздрогнул и осел на землю – перепуганные сохатые ломанулись во все стороны, оставляя на поляне судорожно дергающееся тело, отпускающее душу на волю. – И как его тащить?! – в один голос завопили парни, когда спустившись с холма и добравшись до добычи, мы смогли реально оценить ее размеры. Скажем так, лежа на боку, лось был мне по плечо. А я была не низенькая, где-то метр восемьдесят, может, чуть выше – тело еще росло, из–за чего возникла потребность в новой одежде и белье. – Да это издевательство! – Нил кое–как вскарабкался на тушу, уже оттуда оценивая ее размеры. – А рога-то какие! – Если на земле, заселенной людьми, есть торговцы, они купят их, – уверенно кивнула. – А если и не они, то какие-нибудь заезжие купцы – размер впечатляющий. – Это не отменяет того факта, что это нужно как-то дотащить! – Лютер не унимался. – Дотащим – это наш обед, – я отошла в сторону, думая над тем, что же можно такого создать для облегчения транспортировки. Рок уже убежал куда-то в сторону морды, вероятно, чтобы оценить по достоинству размеры короны дикого зверя. – Проще сожрать половину на месте, – раздалось с лося. – Может, хоть выпотрошим? – Запах привлечет хищников. С учетом того, какие тут травоядные… У нас не много шансов, если не успеем заметить. – Сонь… – жалобно позвал меня Рок. – Малыш, я немного занята… – Сонь!.. – мальчик не унимался, только в голос ему добавился еще и страх. Я нахмурилась, идя к нему. – Что? О! – выглянув из-за туши, удивленно вылупилась в сторону огромной полосатой кошки, что-то зажавшей в зубах – наружу торчали только перья и, почему-то четыре лапки: две из них явно принадлежали не птице. – А если бы у меня был мой барьер, я бы уже в два счета разобрался с ним, – Лютер старался не двигаться, внимательно наблюдая за хищником, но промолчать не смог. – Сонь, не попорти ему шкуру, – тихо проговорил Нил, становясь единственной целью лесного хищника – его сочли тем, кто завалил лося. В принципе, по закону стаи вожак первый, кто пробует добычу. А он все еще был верхом на туше. – Хорошо, тогда отвлекай его, – я медленно стянула с плеча винтовку, отходя назад и приседая. Зверь, глухо рыкнув, вышел из–под тени деревьев на свет, медленно подступая к лосю. – Да у него лапа размером с половину Рока, – присвистнул Нил. Тигр угрожающе зарычал. – Соня… – Рок попятился, но, споткнувшись, рухнул спиной на землю. – Соня! – Не шевелитесь, – шепнула. – Не провоцируйте его. – А скоро нам и не нужно будет шевелиться, – Лютер помрачнел. – Только медленно и дружно перевариваться. Чуть успокоив дыхание, я резко вскинула винтовку, мгновение прицеливаясь и рывком выжимая спуск. Хорошо, что обойма у меня из обычных патронов: выстрел, и, теряющий свою добычу зверь, делающий вперед еще пару шагов на подгибающихся лапах, пропахав мордой землю и траву, остановился рядом с оцепеневшим мальчиком. – Люди самые страшные из зверей и чудовищ, – подойдя к ребенку, подняла того на ноги. – Не бойся, малыш. Он тебя уже не тронет. – Если будешь до конца жизни с ним нянчиться, вырастишь рохлю и соплю, не более, – Лютер, как самый храбрый, подошел к зверю, на проверку пиная того носком сапога. – Не лезь к ним, – Нил шустро сполз с лося, и, подойдя к тигру, постоял пару секунд над ним, после, сделав еще пару шагов вперед, склонился, что-то рассматривая в траве. – Что там? – крикнула ему, ища гильзу. Штучный товар, мать его – так скоро вся моя жизнь сведется к тому, что я буду над ними трястись, ползая на карачках и пачкая колени травяным соком. – Я… я не знаю, – сипло отозвался он. – Это… Это что-то странное. – Уф, нашла, – довольно пробормотала, поднимаясь на ноги и направляясь к нему. – Что тут у тебя? Ох ты ж… – Вот и я о том, – покивал он головой, осторожно беря в руки тельце размером с взрослую кошку. Орел, черный, о чем говорил огромный клюв и массивные птичьи лапы и крылья, но с ушами как у кошки и длинным телом с задними лапами. Кошачьими, выдающими в нем будущего крупного хищника, и длинным хвостом с кистью на конце. – А за такую игрушку на любом рынке дадут много, – смерил взглядом непонятное существо Лютер. – Причем, как за живую, так и за мертвую. – Только тронь, – Нил прижал непонятное животное к груди, зверем глядя на парня. – Это же грифон! Я удивленно вскинула бровь – они же в легендах только бывают. Или очередной выкидыш непонятного мира? – Ой, какие мы страшные! – заржал тот. – У нас будут только проблемы с этим зверем. И с этой тварью тоже, – пнул он ногой тигра. – С каких это пор «у нас»? – С тех, когда я должен таскать настрелянную добычу, ледя, – прогнусавил он. – Еще и столько! – Придется постараться, – выдохнула, подзывая к себе повозку. – Например, держать за ручку. – Она сама движется?! – Лютер неприкрыто вылупился в сторону моего творения, замершего возле лося. – Нечего так удивляться, – пожала плечами и, подойдя к туше, присела, опуская ладони на землю. Хрусталь, точнее что-то более крепкое и непонятное, скользнуло в нее, поддевая тушу и, набравшись под ней на достаточную высоту, стало под углом, сгружая добычу на повозку, тут же ушедшую колесами в почву. Упс, недоработка – нужно сделать гусеницы. Вспомнить бы еще их строение… Лыжи, что ли, присобачить? Спустя десяток минут мы тянули что-то непонятное, на куче маленьких шариков и полозьях. Увидь кто это из оружейников моего мира, и меня единогласно сожгли бы на медленном огне… – Слышь, Лютер, а зачем ты волосы красишь в такой непонятный цвет? Вампир с зеленой башкой ужаса не внушает, скорее наоборот предлагает сбегать за улыбчивыми людьми в белых халатах и с рубашкой с большими рукавами в чемодане, – пыхтя и отдуваясь, поинтересовалась у парня, сжимая ручку телеги. Всей моей силы не хватало на то, чтобы они двигались сами – приходилось тянуть. – Это мой натуральный цвет волос! – возмутился парень, тянущий вторую телегу в связке с Роком. А что делать-то? Нил так же не мог работать в полную силу… Надо было Сонро с собой тащить, нехрен ему зад просиживать в трюмах. – Да ну? – усмехнулась, не поверив. – Смотри сама! – оскорбился он, бросая ручку тележки и, буквально мизинцами, быстро расстегнул пряжку ремня, стягивая штаны вместе с бельем и демонстрируя мне… В общем, натуральный цвет. – Ну, зато мы все дружно убедились в том, что ты и сам в состоянии сходить в туалет, – улыбнулась, продолжая движение. Сзади гневно засопели, хотя, вскоре, все это перекрыл задорный смех Нила, по достоинству оценившего демонстрацию и саму ситуацию в целом. Хорошо, что Лютер догадался повернуться спиной к Року. На берегу нас уже ждали Нора и Говард, стоя рядом с полными корзинами. Рок, радостно завопив, бросил ручку и помчался к ним, подбегая к женщине и, порывисто обняв, скользнул к корзине, выуживая на свет спелое манго и тут же вгрызаясь в сочную мякоть. – Вкушняна! – довольно отозвался он, напрочь игнорируя возмущенные вопли зеленоволосого, который остался в гордом одиночестве. – Я смотрю, у вас богатый улов, – приветственно улыбнулась им, подходя ближе и, наконец-то, отпуская ручку. Лось, сволочь, явно рос специально для того, чтобы теперь у меня жестоко болела спина и ныли руки и ноги. – Боги были благосклонны к нам, – легко улыбнулась женщина. – И в вашу сторону они так же посмотрели. – Да, повезло нам, – хохотнул Нил, все еще не отошедший от выходки Лютера. Говорить о том, сколько сил и непечатных слов было задействовано, пока наша добыча была погружена на борт, а с нас сошло семь потов, можно было долго и со вкусом. Поэтому к обнаруженному Говардом и Норой ручью с водой отправились Шура и Сонро, реквизировавшие наши тележки. Я поспешно сбежала в трюм от лицезрения процесса разделки мяса и вообще освежевания добычи. Одного взгляда на буквально поющие ножи в руках Норы хватило, чтобы ухватив корзины с фруктами, скрыться в прохладе помещения. Остатка воды из бочек хватило на то, чтобы промыть все и уложить в холодильник со странной волшебной кнопочкой, после нажатия на которую, огромный агрегат начал гудеть и, как подобает каждому честному холодильнику, морозить. Удобная штука, однако. Нужно будет как-нибудь разузнать о том, что же у него внутри его мозга. Спустя минут десять, в помещение заглянул чем-то взволнованный Шура. – Сонь, я там залежи хрусталя и кварца нашел, возможно, тебя это… – Да! – подпрыгнула на месте, перебивая его – я уже давно облизывалась на оставшиеся камешки в моем мешочке, да только разум настойчиво твердил о том, что стоит повременить и не тратить их, не спускать в никуда без дела. Мало ли, какие проблемы могут по жизни возникнуть? – Тогда идем, я укажу тебе направление, – кивнул он. Подмигнув Року, я рванула следом за мужчиной, и, выбежав наружу, поспешно отвернулась от вымазанной в крови женщины… Да там все успели вымазаться, чего стоил Сонро, со страдающим выражением на лице разрезающий мясо на куски, которые можно было бы положить на сковороду. Лишь один Нил сидел в стороне и что-то ласково бормотал своей четырехлапой находке, которая уже очухалась и печально попискивала. Пипа, заинтересовавшись непонятным существом, крутилась рядом. – Нам нужен повар и срочно, – покачала головой, глядя на бурые потеки на палубе. – Не стоит всей команде заниматься подобным. – Сделаю заметку, – Шура быстро пробежал взглядом по береговой линии, видимо, ища какие-то ориентиры. – Вон, смотри: видишь ту высокую пальму? Иди к ней. Она как раз растет над озером, в которое впадает наш ручей. Стена, на которой образуется водопад, почти вся состоит из минерала. С тобой сходить? – Нет, не стоит. Я одарена силами, да и винтовка со мной, как и маленький охранник, – усмехнулась, и, взяв Рока за руку, устремилась к трапу. – Чтобы к нашему возвращению уже успели пожарить достойную порцию мяса! – Будет выполнено, капитан! – донеслось вслед задорное. Вот все понять не могу, им реально по кайфу так меня называть, или просто издеваются?! Достичь озера оказалось не сложно – шум льющейся воды был слышен издали, да и низко растущие мангровые деревья, корнями уходящие в озеро, так же служили прекрасным ориентиром. – Вон они, вон они, – запрыгал на месте Рок, дергая меня за руку и указывая вперед. – Идем скорее! – Уже спешу, – слабо улыбнулась. Ну да, он же чудес ожидает, магии. Что ж, а я просто жрать хочу. И я слышу то, как зовет меня кварц и, что-то еще, грозно поющее в ответ на молчаливый призыв. – Обсидиан. – Что? – удивленно повернул ко мне мордашку мальчик. Я поспешила объяснить. – Обсидиан. Это вулканическое стекло. Видишь вон ту большую гору вдалеке? Это вулкан, сейчас или потухший, или спящий. Судя по тому, какая тут почва и насколько густая трава – он извергался не так уж и давно. Сотня лет максимум – после такого вот природного бедствия, на поверхность выходит много полезных минералов, на которых впоследствии всходит множество растений. – Ух ты! Ты так много знаешь! – восторженный взгляд ребенка заставил меня незаметно поежиться. Не особо и много, просто… Просто это знаю. – Ладно. Как у тебя с пресной водой? – В смысле? – Ну, ты сын Морского Дьявола. Море соленое. А что на счет пресной воды? – Так же, – кивнул он, жадно глядя на озеро. – Тогда иди, искупайся, что ли, – пожала плечами. – Я тут надолго. Только если начнешь замерзать – вылезай. – Я не замерзну, – он обезоруживающе улыбнулся. – Морские Дъяволы тысячелетиями жили на дне морском, а там очень холодно! – Ну, тогда предостерегать тебя о том, чтобы ты не отплывал далеко от берега, явно не стоит, – пробормотала и, под звонкий смех, повернулась к скале, хищно окидывая взглядом свой «шведский стол». Позади меня раздались довольные визги и плеск воды. Даже стало немного завидно – у меня были куда более важные дела, чем плескание в водоеме. – Ну как, успешно? – лениво поинтересовался Дик, вполглаза наблюдая за тем, как я и Рок за обе щеки уплетаем лосятину. – Ага, не то слово, – довольно отозвалась, чувствуя внутреннее удовлетворение от того, что теперь не испытывала голода по части стекляшек. – Гляди, – вытянув руку вперед, сотворила длинную спицу из черного стекла. – Обсидиан! А еще в наличие кварц и хороший хрусталь. – Ты выглядишь сытой, даже невзирая на то, что от тебя сейчас только что искры не летят по части поглощения мяса, – усмехнулся он. Фыркнув в ответ, продолжила прерванное. – Нил рассказал о том, что сообщил Лютер. Ветра тут нет, а течения, если и есть – нам не сильно помогут. Так что, сейчас доедим и… – На весла, – понятливо кивнула, расслабленно откидываясь спиной на доски фальшборта. – Остальные уже отдохнули, так что мы начнем первыми, – Дик поднялся на ноги и, потянувшись, уверенно пошел по направлению к трюмам. Оплывать архипелаг пришлось в течение получаса – за весла я так и не взялась, не успела. Достигнув узкости по левому борту, корабль повернул, осторожно скользя посередине в надежде не напороться на подводные камни–скалы или не запутаться в корнях. Город открылся спустя еще минут десять – сначала показались редкие домишки, стоящие на сваях над водой. Потом пара маленьких причалов с несколькими лодками и, наконец, открывшееся из–за поворота огромное пространство с широким причалом и парой–тройкой кораблей, пришвартованных там же. Какие-то палатки торговцев, стоявшие прямо возле площадки для швартовки. Снующий туда–сюда люд, кидающий любопытные взгляды на наш корвет. Город, похоже, был не настолько и неприветлив, как пытался сообщить об этом Лютер. Во всяком случае, среди сновавших на берегу людей встречались и белые, обряженные в одежды торговцев, и черные, в каких-то набедренных повязках и с корзинами на головах. Были и дети, краснокожие как Нора, бегающие шумной толпой за каким-то подобием мяча. Мелькнула пара вужалок. Жизнь в городе кипела, и нам предстояло в нее влиться, добавив разнообразия. Интересно, стоит ли мечтать о спокойствии? Глядя на расцветающие улыбки на лицах Нила и Лютера я начинала понимать, что нет. Горбатого могила исправит. Чего стоила залитая стеклом застежка на капитанских часах.