Поскольку Линь Яньшу пришёл немного позже, оба ещё не успели позавтракать, но в этот раз Жуань Сян, нарушая привычный порядок, одна отправилась на крышу во время перемены.
Ключ вошёл в замочную скважину, повернулся, и девушка, словно вор, приоткрыла тяжёлую дверь на крышу, протиснулась в щель и юркнула внутрь.
В Первой школе крыша официально закрыта для посещения. Говорили, что несколько лет назад один старшеклассник, не выдержав давления перед экзаменами, попытался с неё спрыгнуть, чтобы «освободиться» в прямом и переносном смысле. К счастью, одноклассники вовремя его заметили, и он так и не успел обнять законы гравитации.
Репутация столетней школы чуть не пострадала, и после долгого обсуждения руководство постановило навсегда закрыть доступ ученикам.
Что касается того, как им двоим удавалось тайком пробираться на крышу, тут нельзя не упомянуть особый навык Линь Яньшу — взлом замков.
Жуань Сян до сих пор помнит его выражение лица, когда он впервые продемонстрировал это умение. Он заявил, что это его врождённый талант, которому многие завидуют.
Услышав это, Жуань Сян воскликнула:
— Кроты роют норы, а ты взламываешь замки — явно родственные души.
За что тут же получила в ответ щипки за щёки.
Но каждый раз взламывать замок было хлопотно, и в итоге Линь Яньшу просто купил точно такой же, заменил оригинальный, а ключи разделили между собой. Перед уборками они вешали обратно старый замок, и пока что это сходило им с рук.
Когда Линь Яньшу поднялся на крышу, он издалека заметил Жуань Сян, стоящую у ограждения и что-то набирающую в телефоне.
Ветер растрепал её пучок, а её щёки, белые и нежные, напоминали прозрачные плоды личи.
Линь Яньшу подошёл и, случайно бросив взгляд на экран, спросил:
— Ищешь репетитора?
Девушка быстро заблокировала экран, холодно молчала.
— Я знаю одну преподавательницу, она неплохо объясняет. Дать тебе её контакты? Можешь заниматься вместе со мной.
Вместе?
Одна мысль об этом вызвала у Жуань Сян тошноту, и она резко отказалась. Однако её предательски заурчавший живот тут же выдал её.
Линь Яньшу достал из термосумки стакан с кашей и протянул ей:
— У тебя плохое настроение?
Жуань Сян недовольно буркнула «угу», а её и без того скверное настроение окончательно рухнуло, когда она увидела в его правой руке тыквенную кашу с ячменём.
Когда они ещё были вместе, Линь Яньшу часто готовил ей эту кашу, хотя поначалу он вообще не умел готовить.
В детстве Жуань Сян из-за семейных обстоятельств редко питалась нормально, и у неё развились проблемы с желудком. Она была привередлива в еде, а доставка казалась Линь Яньшу слишком жирной и грязной. Боясь, что она отравится, он начал учиться готовить.
Его кулинарный талант стремился к нулю — почти всё, что он делал, было несъедобным. Жуань Сян, щадя его самолюбие, еле-еле проглатывала пару кусочков. Лишь тыквенная каша с ячменём получалась сносно.
Линь Яньшу любил добавлять в неё сахар, оправдывая это тем, что сладость способна заглушить горечь жизни.
Жуань Сян до сих пор помнит, как впервые попробовала эту кашу и удивлённо спросила:
— Почему она сладкая?
Тогда он спокойно и искренне ответил, что хотел отдать ей всю сладость.
Она не хотела вспоминать, что тогда поняла его слова как «хочу отдать тебе всю любовь».
Сахар можно разделить поровну, но Жуань Сян не ожидала, что с любовью тоже так получится. Та самая, казавшаяся уникальной, оказалась применима и к другим.
— Точно не хочешь мне рассказать, товарищ Жуань? Может, я смогу помочь.
Его голос вырвал её из мучительных воспоминаний. Она холодно взглянула на него и отказалась.
Линь Яньшу, привыкший к её перепадам настроения, продолжал уговаривать:
— Жуань Сян, иногда проблемы, которые ты копишь внутри, как вредный мусор. Кажется, что переваришь — и ничего. Но мусор не исчезнет, а только навредит. Лучше выбрось его в урну.
— Значит, ты сам признаёшь, что ты — урна? Неплохое самоосознание, Линь Яньшу.
— Разве урны бывают такими красивыми? Ладно, раз уж у кого-то плохое настроение, могу на время им стать.
Жуань Сян слегка сжала губы.
Воспоминания лишь усилили её раздражение. Она уже собралась отыграться на нём, но её слова застряли в горле, прерванные резким окриком.
Голос принадлежал мужчине средних лет с густыми, будто нарисованными кистью, бровями и властной осанкой. Он гневно крикнул:
— Вы из какого класса? Кто ваш классный руководитель? Разве вы не знаете, что выход на крышу запрещён?
Не было бы счастья, да несчастье помогло.
Линь Яньшу нахмурился, автоматически сделав шаг вперёд, чтобы прикрыть Жуань Сян.
Он шёпотом спросил у неё:
— Разве директор Гао не уехал на конференцию в Третью школу? Как он тут оказался?
— Я вас спрашиваю! Молчите и ещё изображаете идиллию?!
Когда лицо директора Гао стало ещё суровее, Линь Яньшу уже открыл рот, чтобы объясниться, но внезапно услышал за своей спиной всхлипывания.
Он обернулся и увидел, что у прежде холодной и равнодушной девушки глаза наполнились слезами.
— Товарищ Линь Яньшу…
Она произнесла это негромко, но достаточно чётко, чтобы все услышали:
— Пожалуйста, перестаньте преследовать меня… Я правда… правда не испытываю к вам чувств. Так что прекратите приставать с признаниями, хорошо?
Линь Яньшу:
— ?
…
Записи Жуань Сян:
7 августа 2018 года.
Ненавижу кашу. Особенно сладкую. Ненавижу мужчин. Особенно тех, кого зовут Линь Яньшу.
Обновлено: 21.01.2026