**Глава 1**
**Славный новый мир**
По телу волной прошли мурашки от красок нового мира и лёгкого чувства дежавю. Владимир появился среди цветов, в центре небольшой поляны, залитой дневным светом. Поляну окружала густая трава, под тенью крон могучих деревьев. Зелёные великаны широким веером раскинули ветви, которые были усажены густыми кустами, словно они заросли омелой. Каждый ствол внизу расходился крупной сетью огромных корней. Их запутанный лабиринт тянулся метров на двадцать, пока отростки не начинали тонуть в тёмно-зелёном травяном покрывале, уходя под землю.
Осознав, что их, наконец, перенесло в нормальный мир, Владимир закрыл глаза. Вдохнув полной грудью, он стал прислушиваться. Влажный лесной воздух очаровывал множеством запахов и заявлял о разнообразии. Незнакомые пересвисты, квохтанье, жужжание и цокот кричали о жизни. Всколыхнув зелень, зашумел миллионом шуршащих приветствий внезапный порыв ветра. До этого момента Владимир не подозревал, насколько соскучился по объятьям полноценной природы.
«Господи…» – подумал он и ветер утих. Владимир открыл глаза. Он оказался в славном мире, но это не Умирама. В траве что-то бегало, в воздухе что-то летало, и за это время на его колени забралось несколько насекомых, напоминающих помесь стрекозы и скорпиона.
Владимир поднял голову: небо было насыщенно-синим, темнее, чем в Умирама или на Земле, и украшено маленькими облачками. Новый мир был чудесен, однако уже не вызывал такого бурного восторга, как это было в первый раз. Но интерес и возбуждение Владимир чувствовал, ведь происходящее казалось вызовом, прямо как повышенный уровень сложности в играх. Теперь, не было сомнений в том, что среди мёртвых миров им будут попадаться и живые, а это, оставляло возможность вернуться в Умирама.
Он печально вздохнул и впервые за долгое время потянулся к рюкзаку, за флейтой. Если Аннет продолжит двигаться в обратном направлении, то услышит звуки сякухати. Ну а если нет, он сам пойдёт искать яростную домохозяйку в доспехах.
Сняв чехол с флейты, Владимир обратил внимание, что стрекоза-скорпионы принялись сражаться. А на его левой ноге обосновался крупный жук в форме огурчика, видимо решивший погреться на солнышке. Не вмешиваясь в чужие разборки и отдых Владимир начал свободные импровизации.
Песнь флейты замедлила окружающую активность и шевеления. Даже оба стрекозо-скорпиона прекратили драку и повернулись к нему, словно разумные существа. Вначале мелодия была грустной, отражая печаль от расставания, но затем изменилась, став резче, игривей. Ведь у Владимира появилась надежда.
Пёстрая мелкая живность выглядывала из травы, не боясь его, а насекомые, обнаглев, занимали всё больше места на его одежде. Где-то в кронах деревьев, судя по треску веток, прыгнул и затих кто-то крупный. Это привлекло внимание, и Владимир подготовился отпрыгнуть в сторону.
«Странности нового мира?» – удивился он, косясь на то самое дерево, ведь кроме существа на нём, все остальные не прятались. Может быть, кто-то из местных жителей или здешняя обезьяна?
Умирама был добрым и уютным миром, но теперь стало очевидно, что таковы далеко не все. Перед ним вставала проблема первого контакта на новом месте. И, конечно же, опять возник вопрос с языком. Если будет очередной инструмент познания, хорошо, если нет, изучение займёт много времени.
«Правда, теперь мы не ограничены другими землянами и более подготовлены. Да и вообще! Вдруг, тут есть гильдии авантюристов и всё такое прочее?»
В небольших паузах между трелями флейты, слух стал улавливать размеренный шум. Владимир разогнал насекомых, убрал флейту в чехол и, сунув его в боковой карман рюкзака, поднялся.
Выйдя к нему словно героиня, с обнажённым мечом и щитом, как настоящая, готовая к бою джасхо, Аннет грозно ступала по густой траве. А за ней, оставляя травяные дорожки, следовали лесные обитатели.
– Выглядишь эпично! – улыбнулся он.
– Ты пришёл в себя? – раздражённо спросила она, выйдя на поляну с цветами.
– Да.
– Хорошо. Что будем делать?
– Действуем осторожно, неагрессивно, никаких смертельных ранений, не влипая в истории, обнаруживаем разумную жизнь. Предусматриваем все риски, идём на контакт. Далее выясняем, где находимся и как попасть в Умирама или Бездну. После решаем, как и что, будем делать в первую очередь.
Аннет от его уверенных слов удивлённо моргнула и начала опускать вооружённые руки.
– Вот только, по-моему, мы тут не одни, – закончил он, указывая на дерево.
***
Сильцуми замерла: в реликтовом лесу, одновременно в двух разных направлениях, возник неестественный, для дикой природы, шум. Первый, ближайший к ней, затих. Второй был похож на грубую поступь человека в тяжёлых доспехах.
Кто-то нарушил их границы! Этот сектор леса принадлежал их семье, и никто не имел права сюда заходить и заниматься сбором. Она быстро закрыла сумку с травами и прыгнула на ветку ближайшего дерева, решив поскорее вернуться, чтобы доложить о преступниках сёстрам. Совершенно незнакомый звук привлёк её внимание со стороны первого шума. Это пела птица из заражённых земель, решила Сильцуми. Иначе объяснить, нечто столь незнакомое, она не могла. И такая редкость могла стоить очень дорого!
Это было опасно, ведь по утрам Сильцуми обычно занималась сбором одна. Но быть полезной семье важнее, а ценность диковинного животного превосходила возможные риски. Осторожно прыгая с ветки на ветку, она стала приближаться к ней, в надежде схватить редкую птицу и сбежать прочь, пока человек в доспехах не подошёл ближе.
Когда листва расступилась, а взгляд обнаружил источник звука, от удивления Сильцуми растерялась. Соскользнув с ветки, она неосторожно приземлилась в коробочку с плодами. Страх охватил её, и тело стало привычно неметь. Это был мужчина, а не птица! И, судя по краткой паузе в пении, он заметил её. Сильцуми затаилась, глубоко дыша, чтобы взять себя в руки, и параллельно разглядывала незнакомца.
Аккуратное лицо, маленькие уши, поверх необычной одежды прикреплены части зелёного доспеха. Он держал странную палку у рта и создавал это красивое пение. Вооружён: за спиной виднелась рукоять меча и лук. Грудь была прикрыта большой сумкой, что скрывала знак статуса, а вокруг собралось местное зверьё, заворожённое пением.
«Браконьер с неведомой магией!»
Мысли завертелись, подкидывая тревог. Рабская печать всё больше сковывала её. Из-за неё, Сильцуми не могла сейчас ни участвовать в конфликте, ни тихо сбежать. Второй человек приближался.
Стараясь не двигаться, Сильцуми покосилась на женщину, явно готовую к бою, в так же незнакомой броне. Нарушители переговорили, а затем мужчина указал в её сторону.
Страх прорвался, и только усилием воли она продолжала держаться, сохраняя слабое равновесие. Следовало срочно что-то сделать, пока она не рухнула вниз.
– Цы! Это арендованная семьёй Цамцац-лу земля, цо! Ца, мои сёстры уже отправились доложить о вашем преступлении, цо! Цы, немедленно уходите! Цо, тогда у нас не будет претензий, ца! – она постаралась напугать преступников первой, как учила старшая сестра. Листва прикроет её слабость, а наказание бессмертных должно устрашить их.
Но злоумышленники проигнорировали её, они переговаривались на чуждом языке и даже смеялись. Сильцуми пригляделась и поняла, что кое-что упустила под действием страха: на них не было никаких знаков – ни рисунков на одежде, ни шевронов, ни браслетов…
Она сделала круговое движение кистью руки в направлении злодеев, но статуса над их головами не возникло. То были безымянные. А то, что они не скрывали лиц, значило, что в живых её не оставят.
***
– Володь? – Аннет растеряно промолвила, явно не представляя, как себя вести.
– Что «Володь»? Вот так это всегда и бывает, – рассмеялся он. – А ты прикинь, как я себя чувствовал в деревне гвутромнов в первый раз! Когда они попрятались, а из-за поворота улицы появился боевой отряд джасхо.
– Думаю, тебе было весело.
– Ну, и это тоже, – хмыкнул он.
– Так что мы будем делать?
– Лучше отступить, но не поворачиваясь спиной.
– Почему?
– У тех, что на деревьях, обычно есть дистанционное оружие, да и встретили нас, прячась, значит, воспринимают как угрозу. Лучше не показывать спин.
Аннет, поняв ход его мыслей и будучи на взводе, вспыхнула аурой. Заняв боевую позу, она прикрыла его собой.
– Тогда держись за мной и отходим, – теперь голос подруги звучал уверенно.
– Ничего себе, какая! Это ты у Аринже научилась? – удивился он, изо всех сил сдерживая искры веселья и глядя на ратных дел домохозяйку.
– Как же ты временами бесишь, Володь! Ты говоришь: «Действуем осторожно», а сам всё превращаешь в шутку.
И тут, со стороны дерева, откуда раздавались крики, послышался хруст веток, и лицом вниз упало тело. Они оба растерянно замерли. Из травы торчал зелёный пушистый хвост.
– Какой-то монстр?! – воскликнула Аннет.
– В обычной ситуации я бы глупо пошутил, но это…. – широко раскрыв глаза, тихо произнёс он.
«Да неужели?!» – мысленно воскликнул Владимир. Внутри, от напряжённого желания подтвердить догадку, всё кипело! Но Ан верно заметила: нужна осторожность. Хотя чертовски хотелось дурить!
– Сейчас всё проверю, Ан.
Он совершил ряд прыжков, осмотрев дерево с разных сторон, и в завершение прыгнул в один из кустов на ветви, откуда кричал носитель хвоста.
– Всё в порядке, она тут одна, – отозвался он.
Спрыгнув и подойдя ближе, Владимир склонился над телом. Детская часть личности, пробудившись, находилась в искреннем восторге от встречи с существом, которых в культуре Земли называли зверолюдами. Узнав про мировую Цепь, он понимал, что рано или поздно может встретить кого-то подобного.
Женское тело, на хвосте зелёный окрас с чёрными полосками из крапинок, причудливые длинные рабочие шорты и куртка с короткими рукавами, на которой красовался белый треугольник. Сумка у правого бедра, несколько разных размеров ножей на поясе. Ноги и руки человеческие, вот только ступни и ладони были шире обычного и заканчивались угрожающе крупными когтями. Лицо было скрыто в траве, а два огромных уха прижаты к голове.
«Неужели кошкодевочка?! Какая-нибудь лесная…»
Всепоглощающий интерес разгорался в груди, требуя перевернуть это «чудо» на спину, чтобы рассмотреть лицо. Но другой голос сообщал, что тут явно что-то не то и просто так с деревьев не падают, ей нужна помощь.
– Это какой-то оборотень? – напряжённо произнесла Аннет, подойдя ближе.
– Это… Нет, не думаю. Не знаю, – ответил он, следя за тем, как когти на пальцах чуда, словно у кошки, рефлекторно то вылезали, то возвращались обратно.
– Слушай, Ан, с ней что-то не так. И меня пугают эти когти, я сейчас соберу её руки вместе, а ты удерживай их.
– Ты с ума сошёл?
– Нет, это осторожность. Я попробую её исцелить, но не хочу, чтобы пациентка задёргалась, оцарапала или поранила меня.
– Какая ещё пациентка? Ты сдурел?! Это совсем не осторожность! Ты что, не видишь, что это какой-то монстр или опасное животное?! Оставим это и уйдём, пока не случились проблемы.
– Нет, проблема уже случилась. Это местный житель, судя по одежде, а помощь местным – это плюс к репутации, – уверенно парировал он.
Поиграв с ним в молчаливые гляделки, Аннет сдалась.
– Хорошо, но надеюсь, это не будет историей, в которую мы влипнем посреди очередного непонятного леса.
Аннет потушила оранжевую ауру, взяла руки девушки и уверенно прижала к земле. Зверолюдка начала жалобно и быстро говорить на местном.
– Чёрт, Володь. Мне это не нравится! Я чувствую себя так, будто принимаю участие в изнасиловании.
Владимир хмыкнул в ответ, подавив смех, когда представил их с подругой со стороны, а затем осторожно приподнял голову девушки.
Это была не кошкодевочка. Светлое симпатичное лицо с лёгким намёком на беличьи черты, средней длины волосы. Глаза тёмно-фиолетовые, крупнее, чем у людей на Земле. Тонкая полоска шерсти от острого подбородка тянулась вниз по горлу, огромные уши с кисточками, получеловеческий-полуживотный носик. Это была самая настоящая белкодевочка! Но трагичное выражение истерзанного шрамами лица быстро свело всю его весёлость на нет.
Под её тяжким взглядом, он ощутил себя источником её страданий. Аннет была права: всё это похоже на акт насилия.
– Мы друзья, сейчас я буду тебя лечить, не бойся, – нахмурив брови, серьёзно сказал он.
Заплаканные глаза девушки округлились, и она начала громко верещать что-то, а затем перешла на совсем непонятную речь, быстро цокая и цакая, словно выдавая длинные очереди из пулемёта.
***
В тихом ужасе, готовясь получить смертельный удар, как ненужный свидетель, Сильцуми ощутила, как её руки схватили, прижав к земле. Маленькая звёздочка надежды засияла во мраке, возможно, её только ограбят или изнасилуют.
– Цим, прошу, не убивайте! – всхлипнула она. – Цо, возьмите все мои вещи, возьмите меня, только не убивайте! Цим, я не окажу сопротивления, умоляю вас! Цо, я не разглядела лиц, я не видела вас, клянусь, цим! – затараторила Сильцуми, зацепившись за мерцающую надежду. Ей вспомнились картины пыток и долгих истязаний. Но мучений она не страшилась с ними можно жить, а вот смерть это конец. – Цим, пожалуйста, делайте всё, только не убивайте… – шёпотом закончила она, ожидая, что над ней сжалятся.
Её голову приподняли, и она инстинктивно пробежалась взглядом по лицам. Нельзя было смотреть, но в панике она не смогла ничего с собой поделать.
Женщина глядела беспощадно. Мужчина же, увидев изуродованное лицо Сильцуми, помрачнел и произнёс что-то зловещее гортанным голосом. Звёздочка надежды померкла, а ужас, смешавшись с горячим желанием жить, выразился в криках о помощи, обращённых к кому угодно.
***
Из-за леденящих душу воплей на весь лес и цоканья, а также испепеляющего взгляда подруги, Владимир поскорее закрыл глаза.
Базовый уровень погружения в личное пространство другого человека, позволял видеть призрачный силуэт всего тела. Но повреждений, которые выражались тёмными пятнами, Владимир не обнаружил. Он погрузился глубже, на уровень между душой и телом. Его встретил уже знакомый фон, отражающий ткани организма, посреди которого парила сфера души. В целом, всё выглядело знакомо, за исключением небольшого чёрного рисунка, похожего на кляксу.
Владимир направил магию частиц жизни в сферу. Светло-золотой поток, пройдя насквозь, не потерял ни капли своих сил, а клякса не пропала. Тогда Владимир решил поступить иначе. В его груди возник тёплый импульс намерения, как тогда, с Кунеримоном. Этот импульс, в виде прозрачного усика, проник в тело девушки и коснулся рисунка. В миг соприкосновения, Владимир ощутил что-то неестественное, неправильное, чужеродное… Что-то, что невозможно было выразить словами. Неправильная клякса растворилась.
«Но что это было? Душевный паразит? Враждебная сущность? Заклинание?» – перебирая варианты, пытался понять он. Если что-то плохое, то наверняка следует восстановить душу? Владимир, коснулся усиком сферы. «Чего-то не хватает, а что-то можно исправить», – он слабо улавливал и переводил в слова свои впечатления. Решив попытаться, он осторожно влил немного прозрачной силы в душу девушки до некой большей правильности. Затем, ещё раз исцелив её и заметив, что частицы сработали, он открыл глаза.
Белкодевочка, с заплаканным, но уже девственно чистым, без шрамов, лицом, тяжело дышала. Её напуганный взгляд быстро перебегал от Аннет к Владимиру.
«Какой же будет сюрприз, когда она увидит себя в зеркале, если они тут, конечно, есть».
– Вот и всё, а ты боялась… – расплывшись в улыбке, начал Владимир, но остановил неуместное продолжение: – Не знаю, что это было, но теперь всё в порядке.
Поняв, что стоит поскорее закончить акт причинения блага. Он посмотрел на её ладони – когти спрятались – повернулся к подруге и произнёс:
– Отпусти её руки. Кажется, она поняла, что мучить её никто не собирается.
– Отойди первым, я лучше защищена, – серьёзно отозвалась она и подхватила свой щит.
Владимир отступил, а следом за ним отошла Аннет.
– Ты уверен, что вылечил её полностью? – с сомнением уточнила она.
– Думаю, да, – неуверенно ответил он, потому что белкодевочка до сих пор безвольно лежала в траве.
От тяжёлого вздоха Аннет ему стало не по себе. Вероятно, зверолюдка по-прежнему боится их. «Может, стоит придать этому моменту больше дружелюбия?» – решил он и покосился на лямку рюкзака. Светло-золотой кристалл из частиц жизни блеснул, поймав луч дневного света. Подойдя ближе, Владимир склонился и положил его в широкую ладонь.
– Володь, что ты делаешь? – настороженно спросила Ан.
– Поделился с ней частичкой Умирама. Не знаю, но, может, это поможет наладить отношения, и она покажет, где местный город. – Лицо подруги выражало явное несогласие, потому он добавил: – Так обычно друзей заводят. Теперь она будет суперблагодарна нам и расскажет местным, какие мы все из себя замечательные герои!
Владимир отступил назад. Белкодевочка перевела взгляд с них на кристалл в ладони, сглотнула и опять разразилась рыданиями.
– Да что не так? – огорчённо растерялся он.
– Мне кажется, ей не понравилось то, что мы с ней сделали. Мне бы и самой не понравилось, если бы меня насильно удерживали. Володь, всё это неправильно, давай уже оставим её в покое и уйдём.
Он не успел ответить. По лесу раздалось громкое цоканье, а следом за ним – нарастающий шум листвы и ломающихся веток. Лежащая белка громко зацокала в ответ. Они с Аннет переглянулись. Похоже, местные приближались.
– Володь, отходим! – Аннет прикрыла его собой и подняла щит.
Он отступил, и начал думать, как объясниться в столь неоднозначной ситуации, но его мысли прервал свист и звон металла. Веер лезвий прошёлся по ним дугой, задев броню и щит Аннет. А сразу после, разметав листья и ветки, между ними с Аннет и лежащей девушкой приземлилась ещё одна белкодевочка с короткой стрижкой. Её кожаная броня, отмеченная белым треугольником с тремя штрихами на груди, полное ярости лицо, оскал и два обнажённых меча не предвещали ничего хорошего.
– А я говорила… – тихо прошипела подруга.
– Действительно, – отозвался он.
Белка издала необычный высокий рёв и прыгнула на Аннет. Зазвенел металл, и в тот же момент в затылок Владимира что-то стукнулось. Он обернулся, отпрыгнул в сторону, обнаружив удивлённое лицо третьей белки, прятавшейся среди листвы за их спинами. Сбоку опять раздалось характерное «дзынь-дзынь».
– Ан, постарайся не убивать, если что, я смогу исцелить, – успел сказать он, и белка с длинными волосами, взмахнув рукой, отправила в него ещё один снаряд.
В лоб неприятно ударило, он едва не упал. Усилив свой прыжок частицами свободы, Владимир попытался опрокинуть спрятавшуюся белку и обездвижить. Но из-за бафа лёгкости после гравитационного мира, он просто уткнулся лицом в её грудь и обхватил талию. На миг они оба изумились неожиданным объятьям. И если он неловко замер, поняв очередную глупость, то белка, не теряя времени, поддела его ногу своей, опрокинула и, придавив телом, приставила нож к его горлу. Её светло-фиолетовый взгляд был серьёзным, а на лице играла победная ухмылка.
***
За спиной раздавались рыдания сестры. Лисницуре замерла после очередной серии выпадов, сохраняя дистанцию с врагом. «Переселенцы? Воры? Убийцы?» – быстро перебирала она в уме. Безымянная не двигалась, заняв защитную стойку. Ярость клокотала в груди, но, как старшей, ей следовало принимать взвешенные решения в интересах всей семьи.
– Ты ранена?! – прокричала Лисницуре на родном языке.
– Нет… – ответила Сильцуми сквозь рыдания.
– Что они с тобой сделали?!
– Не знаю…
Сестра не ранена, а за безымянных выдавали награды. Ворицыма не одобрит трений со Службой Стражей, как и упущенной награды. Не зря Лисницуре пыталась обезвредить женщину, не применяя навыков. Вот только эта стерва с безумным взглядом, уйдя в глухую оборону, неплохо парировала и блокировала её удары и, несмотря на грубые движения, явно имела опыт сражения с противниками, владеющими двумя клинками.
Лисницуре рванула вперёд, обманным уколом в голову спровоцировала безымянную прикрыться щитом. Резкий прыжок влево, рубящий удар по наручу и следом по рукавице. Но безымянная удержала меч и, повернувшись, отвела завершающий удар. Лисницуре вновь отпрыгнула назад. Они обе замерли, оценивающе глядя друг на друга.
– Я захватила мужчину! Но он странный, смеётся! – раздался в стороне озадаченный голос Рюцамиры.
Преимущество теперь было за ними. Однако Лисницуре не нравился взгляд безымянной: он словно выражал презрение к ней! Это выводило её из себя, ведь безымянная сама выглядела как бедномирка с чистым лицом, хоть и нацепила на себя эту явно дорогую броню.
Лисницуре увеличила дистанцию, отступив в сторону так, чтобы развернуть стерву на себя и держать обеих сестёр в поле зрения.
– Цы, твой подельник схвачен, немедленно сдавайся, цо! – прокричала она на общем языке и указала клинком в сторону Рюцамиры.
Безымянная покосилась в указанное место, а на её скулах зло заиграли желваки.
*– Володя, какого хрена? Ты где?! – *выкрикнула стерва на незнакомом наречии.
– Силь, ты можешь двигаться? – Лисницуре перешла на родной язык.
*– Ну, меня взяли врасплох и я типа заложник*, – отозвался мужчина.
– Да… – откликнулась младшая сестра.
– Так вставай, трухлявая бестолочь! – вспылила Лисницуре.
– *Мне помочь?!* – прокричала стерва.
– Ага! – сквозь слёзы отозвалась Силь.
– *Да я и сам могу*, – ответил подельник безымянной.
– Он сломал мой нож, он сильный! – удивлённо воскликнула Рюцамира.
Безымянная вернула взгляд обратно, полный жажды убийства, а затем её окутал плотный оранжевый ореол с красными нитями. Тело Лисницуре покрылось мурашками страха. Такая сила была смертельна!
– Рюц, беги! – воскликнула старшая и, уловив скачок сестры среди веток, повернула корпус к младшей.
Слава лесным богам, безымянная не перешла в нападение. Меч, окутанный ореолом, разрубил бы и клинки и саму Лисницуре!
– Вспышка, – произнесла она, и область вокруг безымянной заполнил каскад световых бликов.
Подскочив, она обхватила младшую одной рукой и со всех сил метнулась в сторону.
Когда, напряжённо вслушиваясь, Лисницуре убедилась в отсутствии погони, то позволила себе немного расслабиться и обратилась к сестре:
– Дура, нас всех чуть не перебили! Ты чего там разлеглась, если могла двигаться?!
– Прости меня… – продолжая рыдать, ответила Сильцуми.
Старшая только сейчас разглядела чистое лицо младшей и поняла: она могла двигаться, несмотря на то что была явно напугана.
Обновлено: 22.01.2026