— Эта старая служанка приветствует госпожу гуйфэй. Да пребудет с вами благословение.
А Ли, сидевшая в паланкине, даже не подняла век, лишь равнодушно хмыкнула.
Старая мамка не была уверена в намерениях гуйфэй, но все же заговорила:
— Госпожа, Чэнь пинь в данный момент отдыхает после полудня и, боюсь, не сможет принять вас. Простите нас.
— Неужели? — только успела сказать А Ли, как из дворца раздался звонкий женский голос.
— Это гуйфэй пришла?
Сначала появился голос, затем толпа служанок, а потом и сама Ся Нуаньчунь, поддерживаемая под руки.
Сейчас она выглядела куда красивее, чем при первой встрече. Вся сияла: кожа белая как молоко, волосы черные как смоль, цвет лица прекрасный, да и черты лица стали тоньше.
Живот заметно вырос — видно, что беременна.
А еще тот розоватый шарик внутри нее стал больше!
Такой внешности нельзя добиться просто хорошим уходом. Видимо, она выполнила немало заданий системы и получила много наград.
— Врачи говорят, что у меня двойня, поэтому живот больше, чем у обычных женщин, — пояснила она, заметив, что А Ли пристально смотрит на ее живот. В голосе звучали гордость и самодовольство.
Она знала, что все во дворце ей завидуют!
А Ли иногда действительно не понимала, почему они считали, что завоевать любовь мужчины с помощью живота — это такое достижение.
— Так значит, это ты называешь "отдыхом после полудня"? — спросила А Ли.
Старая мамка вспотела от волнения. Откуда ей было знать, что Чэнь пинь сама выйдет? Все старались защитить императорского наследника в ее утробе, а она сама лезет на рожон.
Теперь мамка оказалась между двух огней.
— Госпожа гуйфэй, пощадите! Пощадите! — испуганно забормотала она, кланяясь.
А Ли прекрасно понимала, почему та вышла: если бы Чэнь пинь не появилась, а А Ли не смогла бы войти, весь этот спектакль пошел бы насмарку.
— Сестрица, не вините мамку. Я действительно дремала. С тех пор как забеременела, постоянно хочется спать, то и дело прикладываюсь. Только что услышала, что вы пришли, и сразу вышла встретить.
— Как же быстро ты проснулась — даже волосы не растрепались, — язвительно заметила А Ли.
Вместо того чтобы рассердиться, Чэнь пинь лишь рассмеялась еще веселее. Она обожала видеть, как эти женщины зеленеют от зависти. Чем язвительнее были слова, тем больше удовольствия она получала. Какое значение имели их высокие титулы, если их животы были пусты!
— У меня некрасивая поза во сне, поэтому император специально приказал сделать шезлонг, чтобы мне было удобнее. Но что это мы стоим? Сестрица, заходите, выпейте чаю!
Зная, что это ловушка, А Ли всё же сошла с паланкина, опираясь на руку молодого евнуха, и с усмышкой посмотрела на Ся Нуаньчунь, отчего у той мурашки по коже побежали.
— Что же вы не ведёте? Стоите как вкопанные! Или хотите, чтобы она прямо здесь выкинула, а вину на меня свалила? — слова А Ли прозвучали настолько прямо, что лицо наложницы на мгновение побелело.
— Сестрица, что вы! Врачи сказали, что мой плод крепок, и ничего плохого не случится.
А Ли бросила взгляд на её живот, изобразив презрение и фыркнув:
— Надеюсь, так и будет.
Она знала, что Ся Нуаньчунь считает эти два комочка в животе своим сокровищем; скорее сама умрёт, чем допустит их гибель. Никаких подстав с выкидышем тут не будет.
Но раз уж та затеяла этот спектакль, значит, дело в её животе. Хочет возвыситься за счёт А Ли.
Подумав, А Ли пришла к выводу: скорее всего, её Система дала задание оклеветать её. Если получится, получит награду.
Но А Ли не позволит этому случиться.
Дворец Чусян теперь не сравнить с тем, что был раньше.
Теперь он не уступал по роскоши даже дворцу Цюаньхуа. Каждая деталь интерьера, каждая безделушка — всё было высшего качества.
Даже фрукты на столе были самыми свежими, с капельками воды на кожице.
Вся эта роскошь ясно показывала, насколько возвысилась Чэнь пинь.
Власть — замечательная штука. Не зря люди так её жаждут.
— Сестрица, попробуйте! У меня, конечно, чай неважный. Император сказал, что сейчас важнее всего императорский наследник, поэтому мне запретили пить обычный чай. Только фруктовый. Не знаю, понравится ли вам?
Какое же это было зрелище — выскочка, возомнившая себя важной персоной.
А Ли лишь мельком взглянула, даже не протянув руку, и брезгливо сморщилась.
— И правда, дрянь.
Ся Нуаньчунь скрипнула зубами от злости, но через мгновение вновь растянула губы в улыбке.
— Сестрица никогда не носила ребёнка, поэтому вам это не понять. Но когда у вас появится своё дитя, вы узнаете: ради его благополучия можно на всё пойти.
Она опустила глаза, якобы поглаживая живот, но на самом деле защищая его. Всё ещё боялась, что её ребёнку может что-то угрожать.
Но вместо ожидаемой схватки Шу гуйфэй спокойно сидела в кресле, будто наблюдала за спектаклем, где Ся Нуаньчунь играла одну единственную роль.
Разве это та самая высокомерная и надменная Шу гуйфэй, о которой ходили слухи?
[Хозяин, это нормально. Шу гуйфэй безумно любит императора. Это его первый ребёнок с момента восшествия на престол. Ради императора она не тронет вашего ребёнка.]
А Ли приподняла бровь. Не ожидала, что Система способна на такой анализ. Хороший анализ. Только больше так не анализируй.
Ся Нуаньчунь тоже просияла от осознания. Вот почему её провокации не работают!
Но даже если Шу гуйфэй не хочет вредить её ребёнку, она сама не намерена оставлять её в покое!
[Хозяин, напоминаю: до завершения задания осталось пять часов. Как можно скорее выполните план «Уничтожение первой любви». В случае успеха вы получите награду «Лёгкость ласточки». В случае неудачи будут сняты очки.]
Обновлено: 21.01.2026