Глава 7 — Глава 7. Олливандер

Глава 7. Олливандер У Фрутти-Ти определенно была кровь жмыра. Благодаря обостренным чувствам, унаследованным от предков, кот что-то почуял. Он безостановочно кружил вокруг Рона, принюхиваясь, а его серьезная морда и острый взгляд заставляли ноги мальчика дрожать от страха. Рон даже не смел возразить, лишь молча возносил молитвы за спасение Коросты. На этом список мелких покупок был исчерпан. Молли вычеркнула очередной пункт и с удовлетворением кивнула: — Отлично, остался только Олливандер. Рон, Вон, мои хорошие, совсем скоро у вас будут свои собственные палочки. Эта новость хоть немного утешила Рона. Вместе с потоком людей семья направилась вглубь Косого переулка. Лавка Олливандера была здесь старейшей, появившись задолго до того, как «Дырявый котел» стал вратами в магический мир (паб был основан в 1500 году). Она пряталась в самом конце переулка — маленькая, обветшалая лавчонка. По облупившейся краске и запыленной витрине невозможно было догадаться о ее славном прошлом. Лишь вывеска говорила о многовековой истории: [Олливандер — производители отличных волшебных палочек с 382-го года до нашей эры] Семья Уизли вошла внутрь. Помещение было крошечным, а может, казалось таким из-за обилия товара: тысячи узких коробочек громоздились друг на друге, достигая самого потолка. В магазине царила тишина. Лишь тихий звон колокольчика при открытии двери нарушил покой, отчего пыль и безмолвие внутри показались пропитанными какой-то тайной магией. Из-за стеллажей вышел старик с большими бледными глазами. В полумраке лавки они светились, словно две луны. — О, добрый день, гости. Добро пожаловать к Олливандеру. Его голос был мягким и словно призрачным. Вон услышал, как Рон рядом с ним громко сглотнул. Молли же, напротив, привыкла к этому. Она бывала здесь раз пять, считая и тот день, когда сама получала первую палочку. Учеба Билла, Чарли, Перси, Фреда и Джорджа начиналась практически друг за другом, так что передавать старые палочки по наследству не получалось. Она громко поздоровалась: — Добрый день, мистер Олливандер. Вы помните меня? — Конечно, конечно, — закивал Олливандер, отвечая своим невесомым голосом. — Молли Пруэтт Уизли, не нужно спрашивать меня об этом каждый раз, я еще не выжил из ума. Итак... Он перевел взгляд на Вона и Рона и тихо произнес: — Двое новых Уизли поступают в школу? — Да, мистер Олливандер. — Ах, начало учебного года в Хогвартсе — это всегда самые счастливые дни для меня. И, разумеется, не только из-за прибыли, хотя это одна из причин. Куда важнее то, что палочки, созданные моими руками, наконец-то обретают своих хозяев. Олливандер приложил руку к уху и загадочно прошептал: — Слышите? Некоторые палочки ликуют. Так кто из вас начнет? — ...Кхм! Рон, до смерти напуганный стариком, в панике схватил мать за руку и потянул к выходу: — Пусть Вон будет первым, мам! Мне нужно подышать свежим воздухом! Молли ничего не оставалось, как выйти с ним, оставив Вона наедине с невозмутимым Олливандером. Мастер достал из кармана рулетку: — Мистер Вон Уизли, какой рукой Вы пользуетесь? — Правой. Олливандер кивнул и принялся измерять Вона, тихо приговаривая: — Мистер Вон Уизли, я слышал о Вас. Гений зельеварения. — Благодарю, мистер Олливандер. — Вы, кажется, меня не боитесь? Вон посмотрел на него и покачал головой: — Когда я впервые варил зелье, я тоже довел Рона до слез. Он решил, что я накладываю на него проклятие, а я просто привык бормотать себе под нос во время работы. Олливандер понимающе закивал: — Да, да. У мастеров своего дела всегда есть маленькие причуды, а также убеждения и принципы, непонятные посторонним. Вон приподнял бровь: — Значит, измерять каждого клиента — это Ваш принцип? — Разумеется. Ведь каждый человек уникален, как и каждая палочка. Мне нужно узнать о Вас как можно больше, чтобы подобрать идеальный инструмент. Вон поднял голову, оглядывая тысячи коробок: — Я слышал, что для изготовления палочек Вы используете только волос единорога, перо феникса и сердечную жилу дракона. При столь ограниченном наборе материалов, как Вы гарантируете отсутствие повторов? — О, вопрос истинного зельевара! Должен признать, Вы зрите в корень, — с удовольствием ответил Олливандер. — Другим юным волшебникам я обычно говорю, что каждый единорог, феникс и дракон уникальны — это им проще понять. Но раз спросили Вы, отвечу честно: дело еще и в выборе древесины для корпуса. Говоря это, он закончил измерения. Задумавшись на мгновение, он вытащил одну из коробок, достал палочку и обеими руками протянул ее Вону: — Двенадцать дюймов, сердечная жила дракона, пихта. Она любит сосредоточенных, волевых, даже властных волшебников. Вон взял ее в руку и слегка взмахнул. По маленькой лавке тут же пронесся порыв ураганного ветра. Олливандер немедленно забрал палочку и подмигнул Вону: — Видите? Вы ей очень нравитесь, но Вы ей не подходите! Вскоре мастер извлек другую коробку: — Десять с половиной дюймов, сердечная жила дракона, вяз. Ходит легенда, что она предпочитает чистокровных волшебников, но, по моему опыту, это лишь вздор, распускаемый чистокровными семьями. Я считаю, что она выбирает благородных волшебников с задатками лидера. На этот раз, стоило Вону взмахнуть палочкой, как в воздухе взорвались мириады золотых искр. Но Олливандер снова забрал ее. — Вы ей тоже по душе, но вы не подходите друг другу... После двух тестов и благодаря своему максимальному таланту в зельеварении, позволяющему чувствовать материалы, у Вона начали появляться догадки. Когда Олливандер говорил, что «некоторые палочки ликуют», возможно, он не просто напускал туману. Испытывая те две палочки, Вон действительно ощутил исходящую от них радость. Это было очень смутное, неясное чувство, но вполне реальное. Поэтому, когда Олливандер достал третью палочку, Вон не стал ее брать, а спросил: — Вы упоминали о выборе древесины. Правильно ли я понимаю, что у каждой палочки свой характер и предпочтения, и определяются они именно деревом? Олливандер явно опешил. Его большие светлые глаза моргнули, и лишь спустя мгновение он медленно кивнул. — Весьма проницательно, мистер Вон Уизли. Это секрет каждого мастера: сердцевина определяет лишь то, для какой магии лучше подходит палочка, а вот дерево — это ключ к выбору волшебника! Вон задумался. Конечно, он не мог, как Олливандер, слышать «ликование палочек», но, сопоставив слова мастера «Вы ей нравитесь, но Вы ей не подходите» со своей историей попаданца, он кое-что понял. Вон решил, что ему нужна особенная палочка, подходящая именно ему! Отношения между палочкой и волшебником — это не просто выбор и избранность, это взаимное дополнение. Олливандер говорил «не подходит», потому что не знал Вона до конца. Он не знал о его перерождении в этом мире! Подумав об этом, Вон закрыл глаза, высвободил свою магическую силу и снял ментальный блок Окклюменции, который держал постоянно! В следующее мгновение он почувствовал зов. Он подошел к беспорядочно заваленному стеллажу и вытащил одну из коробок. Открыв ее, он ощутил, что палочка буквально рвется к нему в руку. З-з-з! Стоило Вону взмахнуть ею, как воздух прорезали электрические дуги. Словно живые змеи, они ветвились, извивались и скользили по бесчисленным коробкам на полках. Глаза Олливандера округлились от изумления: — Четырнадцать дюймов, сердечная жила дракона и... бузина! Высокомерная, экстремальная и взрывная... Она любит тех, у кого... необычная судьба...