— Что, уже уходишь, Ёсида?
С поступления в университет прошёл месяц, наступили майские праздники. Нодзоми и одногруппницы вытащили Хоноку на барбекю, организованное активом.
— А-а, э-э… У меня ещё есть дела…
— Ой, да ладно тебе! Вечером будет фейерверк, а потом мы в караоке!
— Вот-вот, завтра выходной, нечего домой спешить!
Где-то тридцать новоиспечённых первокурсников собрались на площадке для барбекю в загородном лесу. За сборами, обустройством и жаркой мяса с овощами прошло уже больше трёх часов. Все уже успели поесть, поэтому кто-то прогуливался по лесу, кто-то спустился к пруду с удочками, кто-то пошёл купаться к реке, а некоторые просто заливались пивом.
Хонока не любила большие скопления людей, а уж нечто вроде барбекю в компании почти что незнакомцев она тем более пусть вежливо, но настойчиво избегала. Однако наступать на те же грабли, ещё и в университете избегать людей, Хонока не хотела. В конечном счёте решающим аргументом стало то, что согласилась Нодзоми. Хонока надеялась, что за приятной едой и беседами у неё получится завести новых друзей, но действительность не оправдала её ожиданий: к ней постоянно лезли поговорить парни-старшекурсники, а после выпивки ещё и начали приставать. За Хоноку тут же вступились неравнодушные девушки, но мужская часть компании всё равно не оставляла попыток флиртовать при каждом удобном случае.
— Во, будешь тюхай[✱]Коктейль на основе сётю с крепостью пива.? Он как раз девчачий, персиковый.
— А, нет, я несовершеннолетняя…
— Какая законопослушная! Хотя так даже интереснее.
— Нет, простите, я уже ухожу!
Разумеется, никаких дел у неё не было, но Хонока чувствовала, что долго в такой обстановке не вытерпит. Конечно, автобусы здесь ходили редко, но лучше одной стоять на остановке, чем тут общаться с пьяными парнями.
— Да ладно тебе, оставайся-ка! Кстати, Ёсида, у тебя парень есть? Если нет, то записываюсь в кандидаты!
— Чего-о? Ты в зеркало-то посмотрись!
— Во-во, где ты, а где Ёсида. Ей нужен кто-то вроде… — студент вдруг ахнул и замолчал.
— Да, сэмпай? Ты хотел сказать, что ей нужен кто-то вроде тебя?
Прижавшая к себе сумку Хонока поняла, что за её спиной с грозным видом стоит Нодзоми. Благодаря высокому росту и модельной внешности она мигом утихомирила всю толпу.
— Увы, лучше всего рядом с Хонокой смотрюсь я. А вы смиритесь.
— Что? Мацусита, вы с Ёсидой…
— Сами додумайте.
Осадив разбуянившихся парней, Нодзоми пошла провожать Хоноку до остановки.
— Я же сразу сказала, не надо себя пересиливать. Я сама-то сюда пришла только потому, что хороший знакомый пригласил, — устало недовольствовала Нодзоми, пока они шли по дороге. — Когда уже поймёшь, что у тебя лицо как с обложки?
— Н-но ведь у тебя тоже…
— Сначала научись постоять за себя, потом можешь так говорить, — отрезала Нодзоми, чуть не ткнув пальцем в нос Хоноки.
Та опустила плечи, не зная, что и сказать. За первый месяц студенческой жизни Нодзоми уже много раз выручала её. Многие студенты пришли на их курс из других школ и ничего не знали о жизни Хоноки последние несколько лет, зато видели её приятную внешность и пытались разговорить. И ладно бы ещё разговоры заканчивались рабочими вопросами: «где такая-то аудитория?», «где достать учебники?», но ведь нет, её спрашивали, на какие курсы она ходит, где живёт и с кем встречается. Каждый раз, когда очередной парень пытался таким образом залезть к Хоноке в душу, она напрочь немела. И каждый раз на помощь приходила Нодзоми. Хотя она училась на другом факультете, пары по общеобразовательным дисциплинам они посещали вместе, поэтому чаще оказывались вместе, чем порознь.
— Тяжело это… быть студентом… — вздыхая обронила Хонока.
Должно быть, за школу она слишком привыкла к одиночеству. Теперь та жизнь кончилась, началась новая и непривычная, в которой Хонока даже очередной корпус в огромном университетском кампусе находила с трудом. А навязчивая мысль о том, что нужно выстраивать социальные связи, окончательно выбивала почву из-под ног. Хонока надеялась, что барбекю хоть немного поможет привыкнуть к новым людям, но эта планка оказалась слишком высокой.
— Я уже всё объяснила остальным, езжай домой и поспи. Не скучай, я тоже вернусь, как стемнеет, — Нодзоми похлопала Хоноку по голове, словно ребёнка. — А, или пусть лучше тебя парень утешит?
— Парень?
— Как там его… Ёсихико?
Хонока от неожиданности обомлела. Её щеки покраснели буквально за секунду.
— Н-нет, мы с Ёсихико не…
— А как тогда? Потому что я от тебя слышу только о двух парнях: о Ёсихико и о помешавшемся на тебе брате.
Замечание было настолько метким, что Хоноке оказалось нечем ответить. Она было подумала, что надо вступиться за брата, но тот подарил ей на поступление дизайнерскую сумку, кошелёк и туфли — больше чем на сто пятьдесят тысяч иен — так что спорить Хонока не могла, он и правда испытывает какие-то нездоровые чувства к собственной сестре. Если уж на то пошло, как он узнал её размер ноги, если они до прошлого года не общались? В лоб он этого точно не спрашивал… Неужели обувь возле порога проверил? Или спросил у родителей? Хотелось верить, что второе.
Девушки болтали о всякой всячине, пока не приехал автобус. Хонока благополучно села в полупустой салон и лишь тогда позволила себе выдохнуть с облегчением. Она немного волновалась за Нодзоми, которая собиралась вернуться к пьяной компании, но там были и другие девушки, которые наверняка решат пойти домой все вместе. В конце концов, Нодзоми не так безнадёжна в социальном плане. В своё время она даже прибилась к самым элитным девушкам их школы, пусть и исключительно в своих интересах. Даже сейчас те, кто учился с Нодзоми раньше, продолжали смотреть на неё снизу вверх. Кроме того, она наконец-то уладила дела со своим отцом и стала не такой угрюмой, всё чаще ходила с распущенными волосами и не стеснялась демонстрировать длинные ноги, на которые порой засматривалась даже Хонока.
— Лишь бы не заставлять её нянчиться со мной… — прошептала она, сев на самое заднее место.
Сейчас, когда Нодзоми жила полноценной студенческой жизнью и заводила новых друзей, Хонока всё чаще думала, что же мешает ей самой. Она не хотела становиться обсузой и потому твёрдо решила прийти на барбекю, но ничем хорошим это не закончилось.
Хонока достала смартфон и уставилась на экран. Всё общение с Ёсихико за последний месяц ограничилось лишь несколькими сообщениями. Девушка так отчаянно пыталась привыкнуть к новой жизни, что даже не предлагала ему увидеться. Тем более что веские поводы для встречи появлялись только во время заказов. Хонока уже собиралась запустить мессенджер, но вспомнила слова Нодзоми и застыла. Из-за недавнего разговора она невольно задумалась о своих отношениях с Ёсихико и напряглась. Должно быть, он видит в ней всего лишь незрелую девушку, с которой можно говорить только о богах. Возможно, их отношения настолько поверхностные, что легко оборвутся, если девушка перестанет писать сообщения.
Хонока вздохнула и посмотрела в окно. За ним проплывали зелёные холмы и светило майское солнце. Вдруг навстречу неторопливому автобусу промчался красный кабриолет. Он промелькнул так быстро, что девушка даже не успела обратить на него внимание и продолжала смотреть на яркую листву деревьев и небесную синеву. Лишь через несколько секунд в голову ударила мысль — она уже видела эту машину.
Охваченная неясным волнением, девушка развернулась и посмотрела в заднее окно. К счастью, других машин в округе не было, и она увидела, как красный кабриолет разворачивается с умопомрачительным заносом под душераздирающий визг шин. Увидев за рулём хорошо знакомую богиню, Хонока невольно закрыла руками рот.
— Остановите, пожалуйста!
Она торопливо нажала кнопку остановки по требованию и бросила ещё один взгляд на увязавшуюся за автобусом машину. Если не изменяла память, этот кабриолет принадлежал автопрокату в Токио. На пассажирском сиденье улыбался незнакомый мужчина, а сзади сидел Ёсихико, почему-то прижимающий к себе сову и жабу. Из пустоты между передними сиденьями выглядывала морда Когане. Хонока понятия не имела, что происходит, но раз машина едет за автобусом, девушка наверняка зачем-то понадобилась этой компании. И раз так, лучше бы выйти поскорее, а не то погоня перерастет в автогонку.
— Давно не виделись, Хонока!
Стоило сойти на ближайшей остановке, как девушка оказалась в объятиях Сусэрибимэ. Мягкое тело богини источало сладкий цветочный аромат.
— Г-госпожа Сусэрибимэ, что происходит?..
Хонока посмотрела на машину. С пассажирского сиденья по-прежнему улыбался мужчина в старом кимоно. Судя по необычной для наших дней внешности, тоже какой-то бог.
— Как что? Тебя ищем! Ёсихико хочет тебе кое-что передать, — сказала Сусэрибимэ и буквально вытащила Ёсихико из машины. Несмотря на изящную внешность, руки этой богини были полны неумолимой силы. — Пока, Ёсихико! Удачи! — бросила она напоследок лакею, грохнувшемуся на дорогу — он явно плохо перенёс поездку.
Вновь сев в автомобиль, она вдавила педаль и в мгновение ока пропала с глаз.
— Ёсихико? Всё хорошо?
Растерянная Хонока первым делом усадила распластавшегося на дороге Ёсихико.
— Как Куэбико-но-микото не укачивает?.. Не понимаю… — выдавил из себя лакей.
Судя по бледному лицу, чувствовал он себя не очень. Хотя чего ещё ожидать от лихой езды Сусэрибимэ, да ещё по просёлочным-то дорогами?
— Ты здесь из-за какого-то заказа?..
— Ну, в целом да, но заказ уже завершился…
Хонока по-прежнему ничего не понимала, но тут Ёсихико достал из сумки нечто в красивой обёртке и протянул ей.
— Знаю, что припозднился, но вот. Поздравляю с поступлением.
Девушка впала в ещё больший ступор.
— Сусэрибимэ пообещала помочь, но предлагала только то, что хотелось ей самой, так что извини, пришлось выбирать на свой вкус.
Ёсихико виновато улыбнулся, а Хонока неуверенно взяла подарок. Руки ощутили приятную тяжесть.
— Я мог бы и попозже отдать, но гонщица заявила, что тут важно не упустить момент, и не принимала никаких возражений… Прости, что мы тебя настигли в такой глуши.
Ситуация, наконец, прояснилась, и Хонока с облегчением вздохнула. Сначала ей казалось, что случилась какая-то беда, но оказалось, что нет.
— Можно, я открою?
— Только не ожидай слишком многого, — скромно заметил Ёсихико и усмехнулся сам над собой.
Тем временем Хонока бережно сняла обёртку. Она не ожидала подарка от Ёсихико и чувствовала, как душа наполняется радостью.
— А…
Через прозрачный пластик виднелась нежно-розовая шариковая ручка с приглушённым жемчужным блеском и хорошо заметной надписью: «HONOKA YOSHIDA».
— Извини, что купил такую дешёвую. Хотелось сделать тебе практичный подарок, — виновато пояснил Ёсихико опешившей Хоноке. — Наверное, не угодил, да?
Услышав сомнения в голосе парня, Хонока резко подняла глаза и замотала головой.
— Н-нет-нет! Я не поэтому, я… от радости! — кое-как подобрала она слова, прижимая ручку к груди и сердясь на саму себя за неумение выражать сильные эмоции. — С-спасибо! Я… я буду всегда хранить её, правда-правда!
Щёки горели, да и не только они. Всё тело наполнилось невыносимым жаром.
— Рад, что тебе понравилось, — Ёсихико позволил себе расслабиться и улыбнуться, и Хонока сделала то же самое.
Она ещё не знала, как называется охватившее её чувство, но день озарения неумолимо приближался.
***
— Ничего, что мы их оставили прямо на окраине леса, Сусэрибимэ? — еле пересиливая ветер, спросил Куэбико-но-микото, пока машина стремительно спускалась по серпантину.
— Ничего страшного. Автобусы ещё ходят, а торопиться им некуда. Молодость — она такая. Мне даже вспомнились те нежные чувства, которые я испытывала к мужу первое время после знакомства, — богиня мечтательно улыбнулась, не прекращая лихо рулить.
— Вспоминаются чувства, говоришь… — пробормотал Когане, бросая взгляд на задние сиденья, где лежали полуживые Фуку и Ё.
Вдруг лис вскинул морду.
«Хоидзин. Неужели ты считаешь, что в твоей собственной памяти нет пробелов?»
В тот день, когда голубой бог произнёс эти слова, в груди Когане разразилась настоящая буря.
— Неужели я тоже потерял память?
Ветер мигом подхватил и унёс этот тихий шёпот.
— Неужели я даже не помню, что именно забыл?..
Откуда-то из воспоминания донеслось чьё-то рыдание.
Обновлено: 08.04.2026