Он лениво облизал мои губы.
Спуск был резким, но Сиэль, как и всегда, безупречно контролировал полет. Благодаря этому мы с Эйденом мягко коснулись земли. Однако я, видимо, слишком давно не испытывала ничего подобного, поэтому всё тело сковало напряжение.
Стоило мне выдохнуть и расслабиться, как гайдинг, который я так тщательно сдерживала, начал просачиваться наружу. Но поскольку Сиэля, за которым нужно было следить, рядом не оказалось, я, не обращая на это внимания, обратилась к Эйдену:
— Юный герцог, пожалуйста, проходите в особняк.
Я взяла за руку Эйдена, стоявшего с мертвенно-бледным лицом, и потянула за собой. Он с самого начала не сводил с меня глаз по какой-то неведомой причине, но сейчас меня это мало волновало.
— Ох, госпожа! — заметив меня, подбежала Мери.
— Мери, проводи юного герцога в гостевую комнату и попроси другую служанку принести ему горячего чая. А как закончишь, зайди ко мне.
— Да, всё будет сделано.
Когда я попыталась высвободить руку, Эйден сжал пальцы крепче, не желая меня отпускать.
— ...Куда ты собираешься? — спросил он.
— Мне нужно кое-что проверить. Не могли бы вы отпустить меня?
— А... Прости.
Эйден разжал пальцы с крайне разочарованным видом. Я знала, что разница в возрасте у нас небольшая, но сейчас он вел себя как капризный младший брат, поэтому я решила пояснить:
— Появились монстры, я должна всё осмотреть.
— Вы сами, леди?
— Я просто понаблюдаю издалека.
— А, вот как. Удивительно...
— Что ж, я пойду.
Попрощавшись, я быстро ушла. С самого детства я видела, как отец и брат Артур отправлялись на вылазки при каждом появлении монстров. Но ощущать их присутствие так близко мне не доводилось очень давно, и это внушало тревогу.
Артур как-то упоминал, что с горы за особняком отлично видны казармы стражи. Я решила отправиться туда верхом. Как только Мери пришла, я быстро скинула платье и переоделась в костюм для верховой езды.
Мама, кажется, еще не знала о моем возвращении, так что я воспользовалась моментом: вывела лошадь и поскакала к горе. Подъем был пологим, и я быстро добралась до вершины.
Как и говорил брат, казармы были как на ладони, а в небе над ними кто-то парил. Фигура казалась крошечной, размером с ноготь, но я не могла не узнать всадника небес.
Вокруг него бушевало алое пламя.
Увидев это, я почувствовала облегчение. Не то чтобы я сомневалась в силах отца или Артура, но им пришлось бы повозиться куда дольше, чем эсперу, способному решить проблему одним ударом.
Стоит ли мне поблагодарить монстров за то, что они вылезли именно тогда, когда он был поблизости? Говорят, после такой зачистки твари долго не показываются, так что теперь можно было не волноваться.
Только сейчас я смогла как следует осмотреться. Гора находилась совсем рядом с домом, но я ни разу здесь не бывала. Высокие деревья тянулись к облакам, а солнечные лучи, пробивающиеся сквозь листву, создавали сказочную картину.
Я медленно вела лошадь вглубь леса. Было странно ощущать себя чужой на земле, принадлежащей моей семье.
Листья шуршали под легким ветром. Слышалось пение птиц и суета белок. Свежий ветерок приятно холодил шею. Из любопытства я поднялась на самый пик, но не обнаружила там ничего особенного — вершина напоминала скорее широкий холм, чем крутую скалу.
Вскоре я выехала на просторную поляну. Хотя «поляна» — громкое слово, это место густо заросло какой-то зеленью. Присмотревшись к знакомым листьям, я замерла.
«Это что, картошка?..»
Место было совсем рядом с поместьем, так что, возможно, её выращивала мама или дядя Ханс. Я и раньше знала, что они рачительно ведут хозяйство, но не подозревала о тайных плантациях.
Осмотрев вершину, я развернула лошадь. В тот же миг свежий ветерок исчез, и меня обдало волной горячего воздуха, словно в парилке.
И тут же сверху кто-то рухнул. Не просто приземлился, а буквально рухнул — тяжело, с глухим ударом.
Мне не нужно было видеть лицо, чтобы понять, кто это. Сколько в этом мире людей, способных летать? Да еще и в такой глуши. Только один человек мгновение назад парил в небе.
— Герцог?
Я позвала его, скорее для проформы, но ответа не последовало. Бросить его здесь было бы выше моих сил.
Тем более я видела, как он использовал способности. Вдруг ему нужен гайдинг? Как он справлялся раньше, когда рядом не было гайда?
Зная, что у него наверняка есть при себе препараты для стабилизации, я всё же слезла с лошади и осторожно подошла ближе.
Почувствовав, насколько нестабильна его энергия, я отвела лошадь к середине склона и привязала там, после чего вернулась пешком. С ним, обладателем магии Огня и Ветра, нужно быть предельно осторожной в такие моменты. Иногда его сила вырывалась наружу против его воли.
Предчувствие не обмануло: когда я снова поднялась на вершину, там уже начали вспыхивать языки пламени. Сколько же сил он потратил, чтобы довести себя до такого состояния?
Я знала его возможности лучше, чем кто-либо, и понимала: это еще не безумие, но состояние, максимально к нему близкое. В прошлом у него часто случались подобные приступы. Не раздумывая, я решительно направилась к нему. Когда эспер теряет контроль, страдает не только он сам, поэтому его необходимо было усмирить.
Он упал совсем рядом с домом, и к тому же мне нужно было проверить, действительно ли я пробудилась как гайд. Единственный способ убедиться в этом — провести гайдинг, а встреча с эспером без сознания была идеальным шансом.
При ближайшем рассмотрении Сиэль выглядел паршиво. Лицо в ссадинах от падения, кожа приобрела болезненный синюшный оттенок. Но даже в таком виде он оставался пугающе красив. В этот момент я поняла себя прежнюю — почему я когда-то не смогла в него не влюбиться.
После того как я насмотрелась на товарищей, которые влачили существование как живые мертвецы с потухшими глазами, встреча с таким сияющим человеком не могла не оставить след. А осознание того, что он — «мой» эспер, лишь подлило масла в огонь чувств.
Я сняла перчатки. Одним лишь излучением энергии здесь было не обойтись. Я взяла его за руку, чтобы провести базовый контактный гайдинг.
Его ладонь, гораздо больше моей, была покрыта мозолями от меча. На вид она казалась гладкой, так что прикосновение ощущалось непривычно. Рука была обжигающе горячей — и из-за его стихии, и из-за лихорадки, вызванной откатом.
При контакте энергия внутри меня взбунтовалась, а затем мгновенно хлынула потоком. Странное чувство, словно она только этого и ждала. Раньше, когда я была гайдом, такого не случалось. Казалось, сила переполняла меня, причиняя неудобства, и теперь я с облегчением сбрасывала её эсперу.
Даже от простого касания утекал мощный поток энергии. Опасаясь, что он может прийти в себя и увидеть меня, я прикрыла ему глаза свободной рукой. Сиэль тяжело дышал и метался, но, поглощая мою силу, постепенно успокаивался.
Убедившись, что пламя вокруг погасло, я хотела отпустить его руку. Но он оказался быстрее: Сиэль резко дернул меня на себя. Я беспомощно повалилась прямо на него.
Его огромная ладонь легко обхватила мою голову, прижимая к себе. От неожиданного столкновения губы пронзило болью, и я невольно застонала. В ту же секунду горячий язык лениво скользнул по моим губам.
Словно извиняясь за причиненную боль.
Судя по тому, как он, даже не приходя в сознание, жадно впился в меня, вытягивая гайдинг, он был запредельно истощен. Какого черта он валяется здесь, когда у него есть Святая? Только заставляет меня нервничать.
С трудом отстранившись от его губ, отдающих привкусом железа, я почувствовала, как он навалился на меня всем телом. Он что-то бессвязно бормотал в бреду.
— Со...
В прошлом он часто неразборчиво шептал имя на «Со», и я, конечно, думала, что он зовет Союн. Но если он и сейчас твердит то же самое, может, это кто-то другой? Или имя вообще начинается на «Са»?
— Я... не... Со...
Знакомые слова. Раньше, когда он доходил до предела, а потом получал гайдинг, он всегда начинал невнятно извиняться и признаваться в любви. Не знала, что эта привычка была у него еще до попадания в Корею...
— Ха... ц.
Почувствовав аппетитный запах, я цокнула языком. Похоже, картошка в земле всё-таки поджарилась от его жара. Мама расстроится, когда узнает...
Сиэль всё еще придавливал меня к земле, и, задыхаясь под его весом, я привычно ударила его по затылку. Эспер он или нет, но когда на тебя наваливается туша ростом под 190 сантиметров — это не шутки.
Оттолкнув обмякшее тело, я тыльной стороной ладони вытерла горящие губы.
«Мама устроит скандал, если увидит...»
Спокойно бы принял гайдинг, так нет же, надо было лезть с поцелуями. Ну что за человек...
Убедившись, что он надежно отключился, я поднялась. Стряхнув землю с одежды, я направилась к лошади.
Эсперы склонны к самообману. Какими бы могущественными ни были их способности, им не стоит забывать, что они прежде всего люди. Человеческая кожа у всех одинаковая, это не шкура монстра.
Кажется, они забывают, что в бессознательном состоянии, когда нельзя использовать силу, они так же смертны, как и любой обычный человек.
Был случай, когда гайд убил своего эспера, и даже тогда другие эсперы просто посчитали погибшего идиотом.
Я покачала головой, отгоняя старые воспоминания, и вскочила в седло.
Обновлено: 23.01.2026