Солнце высоко взошло в безоблачном небе. Ганкью в недоумении осматривал небеса:
– Здесь едва ли был дождь.
– Это так странно?
– Ещё бы, в Жёлтом море давно не было дождей. Но полное отсутствие осадков по сей день – весьма необычно. Хорошо, что мы запаслись водой.
– Хмм…
Вдалеке сквозь ветви сосновых деревьев Шушоу смогла различить ясно очерченный гребень горы. Она по-прежнему оставалась целью их путешествия. Кроме того…
Шушоу взяла поводья, пока Ганкью закреплял седло на спине у хаку:
– Ганкью, ты знаешь, как вернуться к дороге?
Он раздражённо ответил:
– Если бы я знал, то не волновался бы так из-за воды.
– А ты знаешь, где она?
– Наш побег окончен. Поселение коуши вон там, так что в конечном итоге я выясню, где мы находимся. Но я – не гоуши. Дорога, по которой мы идём, мне не знакома.
– Нужно было заставить Шинкуна вывести нас к дороге, даже если бы это означало скрутить ему руки, – держа в зубах концы поводьев, Шушоу передала Ганкью накидку, отданную ей Шинкуном.
– Ты можешь быть очень вредной девчонкой.
– Но не такой, как ты, Ганкью. Ты думаешь, мы встретимся с Рико и гоуши?
– Откуда мне знать. Мы что-нибудь придумаем, – Ганкью бережно сложил накидку. У них было ещё несколько миль впереди, прежде чем она понадобится. – Раз уж нам повезло наткнуться на одного из богов Гёккея, то догнать гоуши не составит проблем.
– Верно. Я очень удачлива. Эта удача спасла также и тебя, разве нет? – улыбнулась Шушоу, привязав дорожные сумки к седлу.
Охотник взобрался в седло и протянул ей руку:
– Учитывая то, через что мы прошли, я доберусь на гору Хо, несмотря ни на что. А затем решим, что нам делать дальше.
– Если стать императрицей не выйдет, то я хочу быть коуши. Как насчёт того, чтобы взять меня в ученики, Ганкью?
Он ответил с кривой ухмылкой:
– У тебя есть родители, Шушоу?
– Да, конечно.
– Ты не любишь их? – спросил охотник, когда они спускались вдоль берега реки.
– Вовсе нет. Но я действительно не могу их уважать. Их жизненная позиция заключается в том, чтобы поставить больше решёток на окна и нанять больше телохранителей. Когда я спрашивала, почему бы им не отправиться в Шоузан, то они смеялись и говорили, что они лишь простые купцы.
– Разве они не очень богаты?
– Его торговля очень развита. У моего отца каждый второй чиновник в Реншоу подкуплен, и он пользуется беспорядками, что расширить свои торговые возможности. Отец вербует беженцев и заставляет их работать слугами. За счёт дешёвого труда он снижает стоимость зерна в бедных сельскохозяйственных районах, захватывает рынок, а затем взвинчивает на него цены в тех местах, где люди голодают. Такой человек ничем не может восхищать.
– О.
– Поскольку я являюсь членом семьи, то было бы уместно остаться. Это не значит, что я не испытываю чувства долга за то, что моя жизнь была гораздо лучше, чем у других. Но когда мне исполнится восемнадцать, и я получу земельный надел, то собираюсь уйти. Мои братья продали свои наделы и присоединились к семейному делу отца. Но я не буду.
Шушоу повернулась и взглянула на Ганкью:
– Если я стану твоей ученицей, мне не нужно будет ждать восемнадцати.
– Стать учеником можно хоть сейчас. Но разве тебе не нужно волноваться о том, как себя вести в качестве императрицы?
«В качестве императрицы…» – пробормотала про себя Шушоу и снова взглянула на Ганкью:
– Как насчёт такого? Если я не буду избрана, то ты возьмёшь меня в ученицы, а если буду, то ты станешь моим подданным.
Ганкью ухмыльнулся:
– Я?
– Да, ты. В Реншоу люди погибают от нападений йома. Раз уж ты видел Кен, это целесообразно. Реншоу нисколько не подготовлен к тому, чтобы иметь с ними дело. Если всё королевство будет защищено так же как Кен, а половина коуши обучит людей обороняться против йома, то число пострадавших заметно сократится.
Ганкью лишь покачал головой:
– Это не то, из-за чего стоит переживать. Как только правитель взойдёт на трон, йома исчезнут.
– Да, все так говорят. Но очевидно, что никто не подготовлен к разрушениям. Когда в стране есть император и жизнь процветает, люди заботятся разве что о собственном благополучии. Они не воспринимают всерьёз возможную угрозу, пока трон не опустеет.
– Конечно.
– Если я стану императрицей, гоуши потеряют работу. А если они все станут шуши, то из-за чрезмерного количества киджу рынок обрушится. В этом случае будет гораздо лучше поступить на государственную службу, разве нет?
– Министерская работа едва ли подойдёт моему темпераменту.
– Тогда я найму тебя как гоуши. Королевство уже давно идёт к упадку. Его наводняют хищники, гораздо опасней обычных йома. А когда ты не будешь работать моим телохранителем, то сможешь путешествовать к Жёлтому морю и охотиться на киджу для меня. Охота станет куда приятней после того, как я сделаю тебя жрецом. По крайней мере, тебе будет проще в следующий раз, если йома заденет тебя когтями.
– Ну, я подумаю об этом.
«Это вообще ребёнок или взрослый?» – задумался Ганкью. Бесспорно, это был ребёнок, пробудившийся среди руин и внезапно решившийся отправиться в Шоузан. Но успешное осуществление столь бесстрашного замысла было выдающимся достижением для любого взрослого, не говоря уже о ребёнке.
– Ох, верно, – вновь заговорила Шушоу. – Те мерзавцы, что промышляют в Кен, охотясь на киджу других людей, они первые в моём списке дел.
Ганкью громко рассмеялся.
В этот момент раздался ещё один голос:
– Э-ге-гей!
Они посмотрели на киджу, скачущего вниз по склону близлежащего холма. Этим киджу был суугу.
– Ого! Это же Сейсай. Рико пришёл, чтобы встретить нас.
– Он проделал огромную работу, чтобы разыскать нас, учитывая, как далеко мы ушли от тех мест, где сражались хищником.
– Действительно. Может, он выследил нас по запаху.
Шушоу рассмеялась и подняла руку. Суугу преодолел оставшуюся часть склона в один большой прыжок и приземлился в нескольких ярдах от хаку.
– Похоже, вы двое удачно добрались.
Шушоу немного выпятила грудь:
– Потому что здесь была я. Ты тоже хорошо выглядишь, Рико. Ты встретил гоуши?
– Да, правда, без тебя.
– Это тоже хорошо.
Рико усмехнулся. Он спустился с суугу и похлопал его по шее. Сейсай подпрыгнул высоко вверх, приземлился на вершине холма, посмотрел на другую сторону, а затем снова на них.
– Это гоуши? Они пришли сюда?
– Да, – сказал Рико, кивнув.
– Они без труда разыскали нас. Я же говорил, что они выследят нас по запаху.
– По запаху? В общем да. Вам не о чем было волноваться.
Шушоу склонила голову на бок и посмотрела на Ганкью. Казалось, он был смущён не меньше её. Рико больше ничего не сказал. Он протянул руку. Всё ещё находясь в недоумении, Шушоу ответила на его жест и выбралась из седла.
Ведя Ганкью за собой, Рико спросил:
– Как твоя нога?
– В порядке, и снова спасибо счастливой фортуне Шушоу. А что происходит?
Рико ответил с лукавой ухмылкой:
– Большой переполох.
Он похлопал хаку по шее:
– Приятно видеть, что ты тоже цел и невредим, – он посмотрел через плечо. – Я считаю, что хаку мне подходит больше. И я не буду возражать, если ты снова захочешь обменяться на суугу.
– Я-то нет, но вот хаку, думаю, будет.
Шушоу не удержалась от смеха:
– О, это не так. Хаку особенный.
– Не спрашивай, – сказал Ганкью, когда Рико направлял их вперёд.
– Потому что он получил самое лучшее в мире имя. Шуши вроде Ганкью никогда не сможет его отдать.
– Я же тебе сказал… – начал Ганкью. На вершине холма Сейсай взмахнул своим восхитительно длинным хвостом.
– Они здесь.
Рико прищурился. Облако пыли поднялось высоко за холмом. Рокушоку преодолел вершину возвышенности, за ним последовал целый отряд киджу. С Сейсаем во главе они ловко спустились по крутому склону.
Шушоу изумлённо наблюдала за этим. Так же, как и Ганкью. Среди гоуши, одетых в привычную одежду, находились женщины в красочных кимоно. Ещё более странным казалось то, что одним из порядка тридцати всадников был мужчина, которого она не узнала. Он ехал верхом на йома. Не киджу, а именно йома. Его золотистые волосы блистали в лазурном небе подобно нитям искрящейся бронзы.
Ганкью и Шушоу моментально лишились дара речи.
– Ганкью, это же…
– Вероятно, это он.
Шушоу повернулась к Рико:
– Почему кирин идёт сюда?
– Я думаю, есть только одна объективная причина для этого.
– Одна объективная причина?
Охотник посмотрел на приближающуюся толпу людей и ухмыльнулся:
– Да, они здесь, чтобы встретить нас.
– Нас? Но зачем?
– А как ты думаешь?
– Но кого?
Рико усмехнулся:
– Я родился в Со. А Ганкью…
– А я в Рю. И я совершенно уверен, что хаку родился в Жёлтом море.
– Но… – пробормотала Шушоу.
Рико похлопал её по плечу:
– Увы, здесь есть только один человек, который родился в Кё.
– Ты же это не серьёзно, – Шушоу прильнула к Ганкью. – Что мне нужно делать?
Он похлопал ошеломлённую девочку по спине:
– Ты и твоя удача привела к нам жреца, а теперь кирина. Что ещё остаётся сказать?
Девочка со счастливой фортуной смогла расположить к себе целое королевство. Ей оставалось сказать только лишь одно: «Да, конечно».
– Иди.
Ганкью легонько подтолкнул её. Она сделала два шага вперёд и смущённо обернулась. Опираясь о хаку, Гакнью указал ей пальцем. Рико улыбнулся и подал знак рукой, чтобы она не останавливалась.
Шушоу кивнула и направилась дальше, встречая толпу людей у основания холма.
Там находились гоуши, среди которых был Кинхаку, и встревоженный Шоутан. Женщины, которых она не узнала, должно быть, были нёсэн с горы Хо.
Шушоу замерла в оцепенении. Все они спешились и опустились на колени. Это было бы уместно, если бы они кланялись кирину. Но почему нёсэн и гоуши поклонились ей?
Только лишь мужчина с дружелюбным лицом и бронзовыми волосами остался в седле. Некоторое время кирин смотрел на девочку, стоящую перед ним. Он прищурился, а затем радостно улыбнулся и тоже спешился. Несмотря на крепкое телосложение, он двигался с лёгкой грацией и беззвучно опустился на землю.
– Хм… – сказала Шушоу в замешательстве.
Он подошёл к ней и преклонил колено:
– Я пришёл, чтобы поприветствовать тебя, – сказал он с искренней улыбкой, его слова еле слышно звучали и отдавались эхом.
– Меня?
– Да, тебя.
Его выражение лица напоминало человека, которой только что испытал невероятную улыбку фортуны.
– Правда?
Он кивнул:
– Я ощущал твой императорский дух всю дорогу от горы Хо.
Шушоу пристально на него посмотрела. Девочка присвоила себе кимоно Кейки, сбежала из дому на мокиоку, оставив Реншоу посреди зимы, и пересекла Кё до Жёлтого моря. Оглядываясь на всё это теперь, она осознала, какое невероятное расстояние ей пришлось преодолеть.
В её мозгу мгновенно возник неукротимый порыв. Шушоу подняла правую руку. Группа людей, изумлённо наблюдавшая со стороны, вздрогнула в унисон, когда маленькая девочка ударила взрослого мужчину по голове.
– Тогда почему ты не пришёл, когда я родилась, безмозглый болван!
Кирин посмотрел на неё в ошеломлённом недоумении. Щёки молодой девушки налились красным румянцем. Она опустила плечи и глубоко вздохнула. После чего её лицо озарила улыбка.
Кирин тоже улыбнулся от всей души и склонил голову до самой земли.
Обновлено: 15.02.2026