Голос Фу Яньчжи был спокойным. Он совершенно не осознавал, что каждый раз даёт ей какие-нибудь обещания. Как сейчас, когда только что согласился погулять с ней снова.
Цзи Цинъин пришла в голову новая идея. Она встала рядом с мужчиной и поинтересовалась:
— Так это и есть награда?
— Хм?
Не расслышав, Фу Яньчжи склонился к ней всем телом и тихо переспросил:
— Что?
Девушка поджала губы, наклонилась к его уху и прошептала:
— Я спросила, следует ли считать это наградой за конкурс.
Влажное и тёплое дыхание коснулось его уха. Фу Яньчжи на мгновение замер, прищурив свои чернильные глаза, и, понизив голос, уточнил:
— Ты хочешь эту штуку в качестве награды за конкурс?
Она кивнула, прежде чем снова покачать головой.
— Я хочу пойти и запустить воздушного змея, но я не хочу считать это наградой.
Девушка почему-то чувствовала, что сегодня ей можно зайти немного дальше.
Фу Яньчжи внезапно улыбнулся:
— Тогда выбирай одного из них.
Глаза Цзи Цинъин загорелись от предвкушения. Мужчина взглянул в расширившиеся почти до краёв радужки зрачки и добавил:
— А награда будет другая.
В конце концов Цзи Цинъин остановила свой выбор на воздушном змее в виде бабочки. Продавец оценил заинтересовавшуюся товаром парочку и с энтузиазмом попытался прорекламировать свои шедевры:
— Что, только одного? Здесь так много прекрасных змеев!
— Несомненно. Но этот – самый лучший, — сказала Цзи Цинъин.
Владелец поскучнел и больше не уговаривал их. Купив воздушного змея, пара продолжила путь. Когда они проходили мимо мужчины, торговавшего засахаренным боярышником, Фу Яньчжи почему-то оглянулся. Девушка решила поддразнить его:
— Теперь уже ты захотел сладенького?
Мужчина поднял брови. Цзи Цинъин рассмеялась и не стала рассказывать правдивую историю о том, что на самом деле она вовсе не хотела есть боярышник в тот день на съёмках. Но теперь кусочки десерта так заманчиво блестели в свете уличного фонаря, и их цвет был таким насыщенным... Каждый шарик ярко блестел глазурью из боярышникового сиропа, словно покрытый красным полупрозрачным мёдом. Очень соблазнительно.
— Сестра Чжао сегодня дежурит? — небрежно спросила Цзи Цинъин, приближаясь к прилавку. Фу Яньчжи кивнул.
— Тогда давай купим ещё несколько шампуров для неё.
Доктор ничего не сказал, но, когда она набрала пучок шампуров, он сразу же оплатил счёт. Это получилось очень естественно… К тому времени, как парочка добралась до вестибюля больницы, кто-то окликнул Фу Яньчжи. Цзи Цинъин пригляделась. Эта женщина оказалась матерью её маленькой знакомой сяо Мэн.
Фу Яньчжи откликнулся и искоса посмотрел на девушку:
— Почему бы тебе не подняться первой?
Цзи Цинъин кивнула:
— Конечно, вы можете поговорить наедине.
Она не посмела медлить и вскоре поднялась на лифте на верхний этаж. Как только девушка оказалась в отделении Фу Яньчжи, она увидела Чжао Идун, сидящую в углу вестибюля.
Услышав шум, медсестра сразу же встала и машинально спросила:
— Здравствуйте, вам что-нибудь?.. — она узнала знакомое лицо прежде, чем успела договорить, и удивлённо произнесла. — Сяо Цинъин, что привело тебя сюда?
Цзи Цинъин улыбнулась, протягивая ей леденцовую трость, которую она держала в руках.
— Пришла вас проведать.
Чжао Идун приняла подарок и бросила на собеседницу хитрый взгляд.
— Проведать доктора Фу, верно? — она наклонила голову и посмотрела в сторону кабинета Фу Яньчжи, свет в котором был тусклым. — Но доктор Фу ушёл и до сих пор не вернулся.
— Я знаю.
Чжао Идун замерла. Ей вдруг пришло в голову, что выражение лица врача перед уходом было на редкость рассеянным. Хотя это не бросалось в глаза, те, кто был знаком с ним, могли заметить в его поведении что-то необычное.
При одной мысли об этом её глаза загорелись от любопытства. Женщину охватил приступ болтливости.
— Так вы ужинали вместе с доктором Фу, не так ли?
Цзи Цинъин хмыкнула и напомнила:
— Этот боярышник специально для вас, к чаю. Угощение от доктора Фу.
Чжао Идун слегка усмехнулась:
— Вряд ли это была идея доктора Фу, верно?
Девушка не осмелилась признаться в своём участии, но медсестру не обмануло её молчание.
— На самом деле, должно быть, это ты сказала доктору купить их. Он, конечно, может дарить подарки, но никогда ничего не покупает специально.
Цзи Цинъин стало очень любопытно:
— Тогда какие подарки он может дарить, раз он их не покупает?
Чжао Идун на мгновение задумалась.
— У нас в отделении есть традиция поздравлять друг друга на дни рождения. Подарок должен быть простым, но искренним.
— М-м-м?
Чжао Идун улыбнулась какому-то своему воспоминанию и продолжила:
— Доктор Сюй, а также другие врачи и медсестры всегда делают подарки друг другу, кроме доктора Фу… Всегда, независимо от того, у кого день рождения, он дарит красные конверты с денежкой.
Цзи Цинъин подумала, что это вполне соответствовало характеру Фу Яньчжи.
— Разве это плохой подарок?
Чжао Идун кивнула:
— Хороший, однако некоторые коллеги считают, что доктору Фу не хватает личных привязанностей, и он слишком холоден.
— Я предположу, что он просто боится того, что людям не понравится его выбор подарка, — заметила Цзи Цинъин.
Чжао Идун несколько раз медленно кивнула:
— Я тоже так думаю, и мне кажется, что доктор Фу на самом деле очень душевный человек.
Девушка была удивлена:
— Почему?
Медсестра горько улыбнулась и прошептала:
— Ты знаешь про сяо Мэн?
— Да.
Чжао Идун вздохнула:
— Девочку, вероятно, скоро будут выписывать из больницы.
Цзи Цинъин непонимающе уставилась на неё:
— Ей становится лучше?
— Дело не в этом, — покачала головой медсестра. — Просто больница постоянно проводит различные обследования, и расходы на пребывание в стационаре – это не то, что может позволить себе среднестатистическая семья. Поэтому родители девочки хотят, чтобы её выписали.
Рот Цзи Цинъин открылся и закрылся, прежде чем она тихим голосом смогла спросить:
— И вы, ребята, это одобряете?
Чжао Идун расстроенно покачала головой.
— Доктор Фу был первым, кто стал протестовать, но мы ничего не можем сделать, несмотря на то, что не согласны. Так много пациентов приходят и уходят, мы не можем покрыть все их расходы, мы можем только попытаться убедить их и оказать им максимальную поддержку.
Цзи Цинъин не издала ни звука. Ей пришло в голову, что при встрече сегодня вечером выражение лица Фу Яньчжи действительно было немного ненормальным.
После минутного молчания девушка протянула руку и похлопала Чжао Идун по плечу.
— Вы здесь и так делаете всё возможное, не стоит зацикливаться.
Чжао Идун кивнула:
— Я знаю. Я-то в порядке, но у доктора Фу с сяо Мэн сложились такие трогательные отношения. Милая маленькая девочка, интересно, что ждёт её в будущем...
Цзи Цинъин стояла как вкопанная.
— У неё ведь проблемы с сердцем, ей собираются делать пересадку?
— Да, — Чжао Идун кивнула, — но не сейчас.
Цзи Цинъин больше не задавала вопросов. Помолчав некоторое время, она посмотрела на медсестру.
— Я пойду вниз, встречу Фу Яньчжи.
— Хорошо.
Когда девушка нашла доктора, он стоял под деревом снаружи вестибюля. Лунный свет рисовал контур его фигуры, но тень не давала разглядеть выражение лица. И всё же необъяснимым образом Цзи Цинъин в этот момент ощутила его беспокойство.
Всегда полная энтузиазма, сейчас она почувствовала опустошение, как будто её кто-то ударил. Девушка остановилась, сжимая в руке палочку с сахарным боярышником, раздумывая, подойти к нему или дать побыть в одиночестве. Однако, прежде чем она смогла принять решение, мужчина заметил её присутствие. В ночной темноте его глаза казались совершенно чёрными.
— Зачем ты спустилась? — совершенно спокойным тоном поинтересовался Фу Яньчжи, подходя к ней. По голосу было совершенно незаметно, что его настроение изменилось.
Цзи Цинъин с недоумением моргнула и посмотрела на мужчину.
— Просто хотела посмотреть, где застрял доктор Фу, и почему он до сих пор не появился, — она ткнула пальцем в экран своего телефона, указывая на время, и недовольно пробормотала. — Прошло полчаса.
Фу Яньчжи опустил глаза и поймал её обиженный взгляд.
— Хм… Извини, давай поднимемся прямо сейчас.
Обновлено: 12.02.2026